Апелляционное постановление № 22-1927/2025 от 11 мая 2025 г.
Приморский краевой суд (Приморский край) - Уголовное Судья: Милицин А.В. Дело № 22-1927\2025 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Владивосток 12 мая 2025 года Приморский краевой суд в составе: председательствующего Гончаровой Н.Н., при помощнике судьи Мурадхановой Л.А., с участием прокурора Гончаровой Е.В., адвоката Сотова С.С. рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление и.о. прокурора <адрес> ФИО6, апелляционную жалобу адвоката ФИО8 на приговор Арсеньевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, Республики Узбекистан, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, ранее не судимый, осужден по ст. 138.1 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года.
В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание назначено условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев с возложением ряда обязанностей.
Дополнительное наказание в виде права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, постановлено исполнять самостоятельно.
Мера процессуального принуждения в отношении ФИО1 - обязательство о явке, отменена по вступлению приговора в законную силу.
В приговоре решена судьба вещественных доказательств.
Конфискован и обращен в собственность государства мобильный телефон марки « iPhone », в корпусе серого и черного цветов, модели «А1457».
Заслушав доклад судьи ФИО7, мнение прокурора ФИО5, поддержавшей доводы апелляционного представления, адвоката ФИО8, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции,
ФИО1 признан виновным в незаконном приобретении специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации.
В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал.
В апелляционном представлении и.о. прокурора <адрес> ФИО6, не оспаривая выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, полагает приговор подлежащим изменению в связи с неправильным применением уголовного закона.
Полагает, что выводы суда о возможности достижения целей уголовного наказания при назначении дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, не мотивированы.
Считает, что допущенное нарушение является существенным, приговор не отвечает требованиям справедливости и не способствует достижению целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ .
Просит приговор суда изменить, назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 6 месяцев условно, с испытательным сроком 2 года 6 месяцев.
В апелляционной жалобе адвокат ФИО8 с приговором не согласен, указывает на неправильное применение уголовного закона.
Просит учесть, что в ходе производства по делу ФИО1 вину свою не признал, никакого негласного получения информации от ее обладателя устройство, квалифицированное судом как специальное техническое средство, предназначенное для негласного получения информации, не предполагало; назначением устройства являются скрытые от окружающих переговоры с лицом, которое передаёт информацию и понимает это, то есть имеется адресная передача информации между двумя лицами, в которой не происходит получение информации от третьих лиц без их ведома.
Указывает, что квалифицирующим признаком является установление предназначения СТС для получения информации (составляющей охраняемую законом тайну) без ведома её обладателя, в обвинении и в приговоре суда не указано, без ведома какого обладателя информации эта информация должна быть получена.
По заключению эксперта исследованная им система функционирует как система скрытной от окружающих передачи аудиоинформации, однако экспертом не установлено, что такая информация должна быть получена без ведома её обладателя. Носитель СТС получает информацию скрытно от окружающих, для лица, передающего информацию, она не является негласной, такое лицо само передаёт информацию, а окружающие, от которых носитель СТС скрытно получает информацию, не являются обладателями такой информации.
Считает, что указанное СТС нельзя признать предназначенным для скрытного получения информации, объектом преступного посягательства состава преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ , являются конституционные права граждан на сохранность тайны (в случаях, когда это прямо предусмотрено законом), в данном случае сама формулировка обвинения отрицает нарушение конституционных прав граждан, в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления.
Указание судом на то, что объектом посягательства со стороны ФИО1 являлись конституционные права граждан на жизнь и охрану здоровья, не соответствует ст. 138.1 УК РФ , по смыслу которой деяние посягает не на любое конституционное право, а на охраняемую законом тайну.
Полагает, что сведения, которые предполагалось передавать с помощью указанного специального технического средства, не относятся к сведениям, составляющим охраняемую законом тайну, а нарушение требований действующих нормативных актов со стороны ФИО1 не посягали на жизнь и здоровье граждан, поскольку объектом такого нарушения является посягательство на установленный порядок проведения экзамена, что деянием, предусмотренным ст. 138.1 УК РФ , не является.
Указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, так как судом не приняты во внимание доводы стороны защиты о недопустимости заключения эксперта по мотиву того, что заключение основывается не только на объяснении ФИО1 и заключении специалиста, но и на непосредственном исследовании специального технического устройства.
Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона, правовые позиции Конституционного и Верховного Судов РФ, указывает, что ФИО1 опрашивался не дознавателем, а оперуполномоченным в соответствии с ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», так как данное должностное лицо не имело полномочий на проведение опроса в порядке ст. 144 - 145 УПК РФ , объяснение ФИО1 не является доказательством и не могло направляться специалисту для дачи заключения от ДД.ММ.ГГГГ №.
По заключению специалиста от ДД.ММ.ГГГГ № установить работоспособность технического средства возможным не представилось, сведения о работе устройства, указанные специалистом, взяты из объяснения ФИО1, которое доказательством не является, что влечет невозможность признания допустимым доказательством заключения эксперта, данного на его основе.
По результатам заключения технической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ работоспособность и техническое назначение устройства экспертом (в силу невозможности это проверить) установлены исходя из заключения специалиста, которое дано на основании объяснения ФИО1, которое по делу допустимым доказательством не является.
При этом ФИО1 специальными познаниями не обладает и давать экспертную оценку технической части устройства не может, в связи с чем, такое объяснение не может быть самостоятельным безусловным основанием для экспертной оценки на его основании исключительно и может быть оценено экспертом только в совокупности с иными сведениями, документами, материалами, предметами, которых у эксперта не имелось, поскольку помимо самого устройства (работоспособность которого экспертом не проверена) эксперту предоставлено лишь заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, которое содержит выводы специалиста аналогичные выводам эксперта (о том, что самостоятельно с помощью специальных познаний специалист не смог проверить работоспособность устройства, сведения о его назначении получены из объяснения ФИО1).
Положенное судом в основу приговора заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ является недопустимым, поскольку оно получено с применением недопустимого доказательства (заключения специалиста, полученного на основании одного лишь объяснения ФИО1); оно не отвечает критериям необходимости проведения экспертизы (наличие специальных знаний), поскольку несмотря на наличие специальных знаний эксперт не установил ни работоспособоность, ни принадлежность технического средства в ходе экспертизы, на что прямо указывается в заключении эксперта - как в описательной части, так и в выводах, о том что эксперт не может проверить работоспособность устройства, находящегося в запароленном виде, а также неисправности проводов.
Кроме того, судом допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона.
Так, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ экспертом исследовался телефон марки/модели Apple Iphone model А 1457, принадлежность которого к специальным техническим средствам и функциональное назначение которого и должны быть определены экспертом.
Однако в обвинительном заключении указано, что ФИО1 приобрёл мобильный телефон марки/модели Apple Iphone model А 1547 Поскольку иных сведений, идентифицирующих указанный мобильный телефон, обвинение не содержит, суд не вправе был определять соответствие исследованного экспертом телефона и телефона, указанного в обвинении с другими идентификационными данными.
Просит приговор отменить, постановить в отношении ФИО1 оправдательный приговор.
Возражения на апелляционное представление и апелляционную жалобу не поступали.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, надлежащий анализ и правильная оценка которым даны в приговоре суда.
Вина ФИО1 в совершении незаконного приобретения специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, установлена: показаниями в судебном заседании ФИО1, пояснившего, что около года он не мог сдать экзамен для получения водительского удостоверения, на сайте Фарпост нашел объявление об оказании помощи в сдаче экзамена, по телефону ему пообещали помочь. После чего он приехал в <адрес>, записался на экзамен на ДД.ММ.ГГГГ, встретился с незнакомым ему человеком, который передал ему аппаратуру: наушники, провода, телефон, пояснив, что на экзамене ему через наушники будет поступать информация, кнопкой он будет отвечать; телефон он положил в карман, провод был под свитером, с указанной аппаратурой он пришел на экзамен в ГИБДД. Использовать аппаратуру он не смог из-за неполадок, на вопросы отвечал самостоятельно, экзамен не сдал, сотрудники полиции вывели его и еще одного парня в другое помещение, где он снял с себя провода и бросил в урну, телефон оставался при нём; показаниями свидетеля Свидетель №1, что ДД.ММ.ГГГГ в составе следственно-оперативной группы по сообщению о выявлении граждан, одним из которых был ФИО1, которые использовали при сдаче экзамена технические средства, свободный оборот которых запрещён, она прибыла в МЭО ГИБДД УМВД России по <адрес> в <адрес>; в ходе осмотра места происшествии были изъяты два мобильных телефона марки Iphone и провода к ним; показаниями свидетеля Свидетель №2, что ДД.ММ.ГГГГ он пришел в МЭО ГИБДД в <адрес> по записи для сдачи теоретического экзамена на управление транспортным средством; по просьбе сотрудника полиции он принял участие в осмотре места происшествия, в ходе которого в присутствии ФИО1 были изъяты телефон и провода; показаниями свидетеля Свидетель №3, начальника отделения № МЭО ГИБДД в <адрес>, что ДД.ММ.ГГГГ поступили заявления от ФИО1 и Свидетель №4 о приеме квалифицированного экзамена после прекращения основания лишения права управления транспортными средствами.
ДД.ММ.ГГГГ перед проведением экзамена для лиц, сдающих экзамен, он разъяснил, что запрещено использовать технические средства и любые источники информации, что при выявлении таких случаев лицо считается не сдавшим экзамен.
В ходе экзамена ФИО1 допустил ошибки и вышел из класса, следом за ним вышел Свидетель №4, после проведения экзамена он узнал, что у ФИО1 и Свидетель №4 были обнаружены технические средства, запрещенные к свободному обороту на территории Российской Федерации: мобильные телефоны с комплектами проводов к ним; показаниями свидетеля Свидетель №4, пояснившего, что после лишения водительских прав он несколько раз не смог сдать теоретический экзамен. После чего он через «вотсап» обратился за помощью к постороннему лицу – мужчине, который сообщил ему, что ДД.ММ.ГГГГ необходимо приехать в <адрес>, записаться на экзамен в ГИБДД, также сообщил адрес квартиры, где с ним будет проводиться инструктаж.
По приезду в <адрес> он записался на экзамен, прибыл в указанную квартиру, где неизвестный инструктор рассказал порядок сдачи экзамена и провел тренировку сдачи теоретического экзамена при помощи телефона марки Aphone, при этом в ухо вставлялся микронаушник, на шею вешался провод с микрофоном, к большому пальцу ноги крепился провод с кнопкой, в кармане одежды размещался телефон марки Aphone, к которому крепились провода; после начала экзамена ему должны были позвонить на данный телефон, диктовать буквы в алфавитном порядке, чтобы выяснить название вопроса, при правильном ответе он должен нажимать пальцем ноги на кнопку, чтобы ему диктовали правильные ответы на вопросы; вместе с ним в указанной квартире присутствовал ФИО1.
Рано утром ДД.ММ.ГГГГ в указанной квартире ему выдали телефон марки Aphone, микронаушник, изолентой прикрепили к телу провода, ФИО1 также был в квартире.
Однако и при помощи указанного способа он также не смог сдать экзамен, у него и ФИО1 сотрудники полиции изъяли мобильные телефоны марки Aphone и провода к ним; материалами уголовного дела: протоколом осмотра места происшествия, протоколом осмотра комплекса проводов, мобильного телефона Aphone, заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, копией протокола проведения экзаменов от ДД.ММ.ГГГГ, сведениями о привлечении ФИО1 к административной ответственности.
Совокупность вышеуказанных приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку в приговоре, привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.
Действия осужденного ФИО1 по ст. 138.1 УК РФ квалифицированы верно. Оснований для иной правовой оценки действий осужденного, а также для оправдания ФИО1 по предъявленному ему обвинению не имеется.
Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 46 "О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137 , 138 , 138.1 , 139 , 144.1 , 145 , 145.1 Уголовного кодекса Российской Федерации)" уголовная ответственность по ст. 138.1 УК РФ за незаконные производство, приобретение и (или) сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, наступает в тех случаях, когда указанные действия совершаются в нарушение требований законодательства Российской Федерации (например, Федеральных законов от ДД.ММ.ГГГГ N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", от ДД.ММ.ГГГГ N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности", постановлений Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 770, от ДД.ММ.ГГГГ N 214, от ДД.ММ.ГГГГ N 287) без соответствующей лицензии и не для целей деятельности органов, уполномоченных на осуществление оперативно-розыскной деятельности.
Материалами дела достоверно установлено, что ФИО1 приобрёл специальное техническое средство, предназначенное для негласного получения информации, знал о его фактическом предназначении, осознавал, что приобретаемый им телефон с комплексом проводов, микрофоном и микронаушником предназначен для не гласного (скрытого) получения аудиоинформации, данная функция является основным предназначением телефона, при этом не намерен был его использовать в целях обеспечения личной безопасности, сохранности имущества или иных бытовых целей.
Специальные технические средства, предназначенные для негласного получения информации, отнесены законодательством РФ к числу продукции, использование которой физическим и юридическим лицам, не уполномоченным на то Федеральным законом "Об оперативно-розыскной деятельности", запрещено.
Поскольку ФИО1 не обладает соответствующей лицензией, не является субъектом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, и обязан соблюдать законодательство РФ, выводы суда о наличии в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ , являются правильными.
Доводы стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, поскольку имела место только передача информации между двумя определенными лицами без получения информации от третьих лиц без их ведома, об отсутствии намерения посягать на конституционные права граждан, были тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с приведением мотивов принятого решения как противоречащие совокупности исследованных доказательств и фактическим обстоятельствам содеянного, не согласиться с которыми у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.
Так, приобретенное ФИО1 специальное техническое устройство было фактически предназначено для негласного получения информации кандидатами в водители при сдаче ими теоретической части экзамена с применением и использованием информации, полученной в результате аудиоподсказок ответов на вопросы экзаменационных билетов, то есть при скрытом доступе к информации о Правилах дорожного движения, в которых государством установлен единый порядок дорожного движения и требования к безопасности дорожного движения на всей территории Российской Федерации, без их изучения, знания и понимания в нарушение установленного порядка сдачи экзамена для получения водительского удостоверения, что, несомненно, посягает на конституционные права граждан на жизнь и на охрану здоровья, так как сдача экзамена на право управления транспортными средствами при помощи специального технического средства, предназначенного для негласного получения акустической информации для помощи в сдаче такого экзамена, то есть без надлежащей проверки знаний кандидата в водители требований Правил дорожного движения в сфере безопасности дорожного движения, не гарантирует предупреждение дорожно-транспортных происшествий и снижение тяжести их последствий, то есть посягает на охраняемые и гарантируемые государством конституционные права граждан на жизнь и на охрану здоровья.
Подлежат отклонению и доводы адвоката ФИО8 о недопустимости заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что оно получено на основании заключения специалиста, также являющегося недопустимым доказательством, так как специалист сделал свои выводы только на основании объяснения ФИО1, которое не является доказательством, при этом сам ФИО1 не обладает специальными познаниями, позволяющими ему дать оценку технической части устройства и его работоспособности, поскольку в п. 4 ч. 1 ст. 195 УК РФ не содержится требования о том, что материалы, предоставляемые в распоряжение эксперта (специалиста), должны иметь статус доказательств по делу, экспертом кроме объяснения был исследован непосредственно сам телефон с фрагментами проводов, изъятый у ФИО1.
При непосредственном исследовании телефона с фрагментами проводов экспертом однозначно установлено, что изъятые предметы являются системой приема-передачи аудио информации, которые негласно (скрытно) использовались для приема и передачи аудио информации по беспроводному каналу связи, по функциональной возможности и конструктивной приспособленности относятся к категории специальных технических средств, предназначенных для негласного получения акустической информации.
Сведения о работоспособности телефона с фрагментами проводов подтверждаются материалами уголовного дела и сомнений не вызывают, поскольку накануне экзамена ФИО1 был ознакомлен с работой данного устройства, знал принцип его использования, не предъявлял лицу, передавшему ему телефон с проводами, претензий по качеству и состоянию аппаратуры, пришел на экзамен с указанной аппаратурой, скрыв провода на себе под одеждой, у него имелся наушник, использовал аппаратуру при сдаче экзамена, то есть техническое состояние аппаратуры не вызвало у ФИО1 сомнений в отношении её работоспособности.
Как следует из заключения, эксперт указывает только на наличие пароля на телефоне, сведений о каких-либо технических неисправностях в представленном на исследование телефоне с проводами, которые не позволили бы эксперту дать заключение, не имеется.
Вопрос о принадлежности телефона с фрагментами проводов носит правовой характер и не относится к компетенции эксперта.
Сомнений в компетентности и квалификации эксперта не имеется, поскольку экспертиза дана экспертом, имеющим специальные познания в области предмета исследования, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ .
Учитывая положения п. 24 ст. 5 , п. 1 ч. 1 ст. 40 УПК РФ , п. 1 ч. 1, ч. 3 ст. 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", Приказа МВД России от ДД.ММ.ГГГГ N 199 об утверждении Перечня оперативных подразделений органов внутренних дел Российской Федерации, правомочных осуществлять оперативно-розыскную деятельность, включающий подразделения специальных технических мероприятий, ч. 3 ст. 25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 3-ФЗ "О полиции", нарушений требований ст. 144 - 145 УПК РФ при проведении опроса ФИО1 не допущено.
Согласно материалам уголовного дела телефон «1phone» был использован ФИО1 при совершении указанного преступления, в связи с чем, судом первой инстанции принято обоснованное решение о конфискации данного имущества обвиняемого как средства совершения преступления.
Оснований для возвращения данного вещественного доказательства осужденному ФИО1 не имеется.
Наличие в обвинительном заключении технической ошибки в указании номера модели телефона как «А 1547» не влияет на выводы суда, изложенные в приговоре и не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку с учётом совокупности исследованных доказательств и материалов уголовного дела отсутствуют сомнения в том, что для исследования эксперту был предоставлен именно тот мобильный телефон, который был изъят у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.
Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, в пределах санкции статьи УК РФ, по которой он признан виновным, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, влияния назначенного наказания на исправление виновного и условия жизни его семьи, данных о личности осужденного, изложенных в приговоре, смягчающих обстоятельств – наличие малолетнего ребенка.
Отягчающих обстоятельств не установлено.
В приговоре надлежащим образом мотивированы выводы о невозможности назначения ФИО1 иного наказания, кроме лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ , и об отсутствии оснований для применения положений ст. 64 , ч. 6 ст. 15 УК РФ .
Назначенное наказание отвечает принципам справедливости, содержащимся в ст. 6 УК РФ , целям наказания, установленным ч. 2 ст. 43 УК РФ , по своему виду и размеру является справедливым, соразмерным содеянному.
Каких-либо не учтенных судом первой инстанции обстоятельств, влекущих необходимость смягчения назначенного ФИО1 наказания, не выявлено.
Вместе с тем, приговор подлежит изменению по доводам апелляционного представления.
В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ суд должен мотивировать назначение дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в том случае, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ в качестве наказания за соответствующее преступление.
Однако в описательно-мотивировочной части приговора суд не мотивировал необходимость назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, которое не предусмотрено санкцией ст. 138.1 УК РФ .
В связи с чем, указание на назначение данного дополнительного наказания подлежит исключению из приговора.
Существенных нарушений закона, влекущих отмену приговора, по делу не установлено.
Руководствуясь ст. 389.20 , ст. 389.28 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
Приговор Арсеньевского городского суда Приморского края от 25 февраля 2025 года в отношении ФИО1 изменить.
Исключить из приговора указание о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года.
Считать ФИО1 осужденным по ст. 138.1 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев.
В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление удовлетворить, апелляционную жалобу адвоката Сотова С.С. оставить без удовлетворения.
Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке и в сроки, установленные гл. 47.1 УПК РФ.
Разъяснить сторонам право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий: Н.Н. Гончарова Суд: Приморский краевой суд (Приморский край) (подробнее) Судьи дела: Гончарова Надежда Николаевна (судья) (подробнее)