Апелляционное постановление № 22К-1874/2025 от 29 октября 2025 г. по делу № 3/2-150/2025 Ивановский областной суд (Ивановская область) - Уголовное
Судья Вьюгин И.В. Дело №22К-1874/2025 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г.Иваново 30 октября 2025 года Ивановский областной суд в составе: председательствующего судьи Араблинской А.Р., при помощнике судьи Бобровой Е.В., с участием: обвиняемого ФИО1, посредством видео-конференц-связи, защитников – адвокатов Жукова Д.В., Апариной К.В., прокурора Грачева Д.А., рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам защитников-адвокатов Жукова Д.В., Сперанской Т.В. и Апариной К.В. в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Октябрьского районного суда г.Иваново от 07 октября 2025 года, которым в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина Российской Федерации, не судимого, обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных ч.6 ст. 290 УК РФ , продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть по 14 декабря 2025 года включительно.
Изложив содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции
постановлением Октябрьского районного суда г.Иваново от 07 октября 2025 года ФИО22., обвиняемому в совершении двух преступлений, предусмотренных ч.6 ст. 290 УК РФ , продлен срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть по 14 декабря 2025 года включительно.
В апелляционной жалобе защитник – адвокат Жуков Д.В. считает, что постановление суда не отвечает требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ о законности, обоснованности и мотивированности процессуального решения. По мнению защитника, при рассмотрении ходатайства следователя не в полной мере проверена обоснованность обвинения ФИО1, его причастность к инкриминируемому деянию, в постановлении имеется лишь указание на то, что обоснованность подозрения в причастности вытекает из приложенных материалов. Ссылаясь на пункты 21,22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывает, что при продлении срока содержания под стражей судам необходимо проверять наличие предусмотренных статьей 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами, а также необходимо учитывать иные обстоятельства, указанные в статье 99 УПК РФ ; обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей. Сообщает, что наличие обоснованного подозрения в совершении лицом преступления определенной категории является необходимым условием законности при первоначальном заключении его под стражу, однако по истечении времени оно перестает быть достаточным, и суду следует установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей. Отмечает, что тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок, могут служить основанием для заключения обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от органов дознания и предварительного следствия, в дальнейшем одни эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения. Обращает внимание, что наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по делу на начальных этапах предварительного расследования может служить основанием для решения вопроса о содержании обвиняемого под стражей, однако впоследствии суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие как результаты расследования или судебного разбирательства, личность обвиняемого, его поведение до и после задержания и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, оказать давление на участников уголовного судопроизводства или иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде. Отмечает, что суду следует проверять обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования, и обращать внимание на соблюдение следователем требований, предъявляемых к ходатайству, предусмотренных ч.8 ст. 109 УПК РФ . Обращает внимание, что сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей, решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения. Считает, что вышеуказанные положения закона при рассмотрении ходатайства о продлении ФИО1 срока содержания под стражей в полной мере не были соблюдены. По мнению защитника, выводы суда о том, что ФИО1, находясь вне изоляции от общества, осознавая тяжесть обвинения, с учетом характера вменяемого деяния может оказать воздействие и давление на свидетелей и других фигурантов дела с целью склонения к изменению ими показаний в свою пользу, уклонения от предоставления необходимой следствию информации, а равно принять меры для уничтожения или сокрытия иных доказательств по делу, чем воспрепятствовать производству по уголовному делу, а также ввиду тяжести обвинения и осознавая о возможной ответственности, при нахождении вне строгой изоляции, имея место регистрации и иных родственников в ином регионе РФ, а равно финансовую возможность, может скрыться от следствия с целью уклонения от уголовного преследования, являются предположением следователя, поддержанного судом, и не подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами. Отмечает, что в постановлении суда содержатся те же мотивы, что и приведенные ранее в постановлениях суда от 16.04.2025, 10.06.2025, 06.08.2025 об избрании ФИО1 меры пресечения и продлении срока содержания под стражей. Полагает, что судом не указаны конкретные и убедительные мотивы, обосновывающие необходимость продления обвиняемому срока содержания под стражей, не приняты во внимание и не оценены в совокупности другие фактические данные, которые могут повлиять на решение суда. Сообщает, что в судебном заседании 06.08.2025 при рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания под стражей следователь, поддержавший ходатайство, сообщал, что предварительное расследование по уголовному делу в отношении ФИО1 находится на завершающей стадии, а также сообщил об отсутствии в материалах дела конкретных сведений об уничтожении доказательств, оказания воздействия на участников производства по делу или о намерении ФИО1 совершить такие действия или скрыться от органов следствия. Считает, что к моменту вынесения обжалуемого постановления эти обстоятельства не претерпели изменения, ФИО1 по-прежнему не намерен каким-либо образом препятствовать производству по делу. Указывает, что этапы предварительного расследования по уголовному делу пройдены. Полагает, что наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу не может служить основанием для решения о содержании обвиняемого под стражей. По мнению защитнка, суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, а именно результаты расследования, личность обвиняемого, его поведение до и после задержания и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств или оказать давление на участников уголовного судопроизводства, либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде. Указывает, что перечисление в обжалуемом постановлении этих обстоятельств никак нельзя назвать их анализом, и из этих обстоятельств не следует однозначный вывод о невозможности продолжения расследования при более мягкой мере пресечения в отношении его подзащитного. Выражает несогласие с доводом суда о том, что наличие финансов, регистрации и родственников в ином регионе РФ, позволяют утверждать о возможности скрыться. Сообщает о наличии у ФИО1 места жительства на территории г.Иваново, где он может находится на законных основаниях, его семья и место работы также находятся в г.Иваново. Считает, что без внимания остались доводы стороны защиты об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих причастность ФИО1 к инкриминируемому деянию, поскольку представленные в обоснование ходатайства материалы, в том числе оперативно-розыскной деятельности однозначно и объективно не свидетельствуют об участии ФИО1 в совершении преступления. По мнению защитника, решение суда является необоснованным, выводы не подтверждены конкретными фактическими данными, которые указывали бы на возможное совершение ФИО1 действий, направленных на избежание встреч с органами следствия или воспрепятствование производству по делу. Указывает, что сама по себе необходимость дальнейшего производства процессуальных действий не может выступать в качестве достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. По мнению защитника, установленная в судебном заседании совокупность обстоятельств, в том числе наличие у ФИО1 фактических брачных отношений с ФИО7, наличие пяти несовершеннолетних детей, постоянного места жительства и регистрации, работы, гражданства Российской Федерации, многочисленных благодарностей, свидетельствует об отсутствии достаточных оснований для сохранения в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. Сообщает об отсутствии у ФИО1 намерений скрываться от предварительного следствия, препятствовать производству по делу, фактических сведений, свидетельствующих об обратном, в уголовном деле не имеется. Просит отменить постановление суда, отказать в удовлетворении ходатайства следователя, избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста.
В апелляционной жалобе защитники-адвокаты Сперанская Т.В. и Апарина К.В., приводя в жалобе обстоятельства, которыми суд мотивировал свое решение, считают, что постановление не отвечает требованиям законности, обоснованности и мотивированности, указанным в ч.4 ст. 7 УПК РФ , ввиду чего оно подлежит отмене. Полагают, что суд не привел каких-либо конкретных обстоятельств, которые обосновали бы необходимость дальнейшего содержания ФИО1 под стражей. Ссылаясь на пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», указывают, что при продлении срока содержания под стражей судам необходимо проверять наличие предусмотренных статьей 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. По мнению защитников, вопреки приведенному положению, суд при продлении срока содержания ФИО1 под стражей не привел каких-либо конкретных сведений и доказательств, которые обосновали бы возможность ФИО1 воспрепятствовать производству по уголовному делу путем совершения действий, указанных в ст. 97 УПК РФ , вместо этого суд, ссылаясь на ст. 110 УПК РФ , указывает, что обстоятельства, которые послужили основанием для избрания меры пресечения, в настоящий момент не отпали. Отмечают, что применяемая судом норма, является общей для всех мер пресечения, в то время как заключение под стражу, являясь самой строгой из существующих мер, требует дополнительных гарантий защиты прав человека, одной из которых является предписание Верховного Суда РФ о том, что в каждом решении о продлении в отношении такого лица срока содержания под стражей должно быть указано на наличие достаточных данных о том, что достижение целей применения мер пресечения возможна только при сохранении в отношении этого лица наиболее строгой из них (абз. 2. п.21 постановления Пленума ВС РФ). Считают, что данное предписание судом первой инстанции соблюдено не было. Указывают, что на протяжении всего периода предварительного расследования, начиная с момента задержания ФИО1 в апреле 2025 года, органы предварительного следствия и суд как при избрании, так и при каждом продлении срока меры пресечения в виде заключения под стражу ссылаются только на тяжесть предъявленного ФИО1 обвинения. Ссылаясь на абз.4 п.21 постановления Пленума ВС РФ, отмечают, что тяжесть предъявленного обвинения может служить основанием для решения вопроса о содержании под стражей только на начальных этапах расследования, в дальнейшем одно только это обстоятельство не может являться достаточным для продления срока действия данной меры пресечения. По мнению апеллянтов, указание суда на то обстоятельство, что ФИО1 по роду своей деятельности имеет определенные служебные связи, как с должностными лицами государственных органов, так и иные профессионально-служебные отношения с лицами - сотрудниками организаций, фигурирующих в деле (связанных с взаимодействием с должностными лицами органов власти), а также обладает информацией о лицах, дающих показания по делу (свидетелях, иных фигурантах), что дает основание полагать о наличии у него возможности воспрепятствовать производству по делу, также не является обоснованным. Обращают внимание, что само по себе занятие высокой государственной должности, как возможность воспрепятствовать производству по делу судами может учитываться только на первоначальных этапах расследования, в дальнейшем суд обязан учитывать иные значимые обстоятельства, а именно конкретные данные, которые обосновывают довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, или оказать давление на участников уголовного судопроизводства, либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде. Отмечают, что органом следствия не приведено ни одного фактического обстоятельства, подтверждающего использование ФИО1 своих связей, приобретенных в период занятия государственной должности, а судом, соответственно, не учтено это при принятии решения о продлении срока содержания под стражей. Считают, что ни одно из приведенных обстоятельств, ни одно из предписаний постановления Пленума Верховного Суда РФ, разъясняющих порядок продления срока содержания под стражей, судом не выполнено, ввиду чего постановление не соответствует критериям законности, обоснованности, нарушает конституционные права ФИО1 на свободу и справедливое судебное разбирательство. Полагают, что судом полностью не учтены данные о личности при продлении срока содержания под стражей ФИО1 По мнению стороны защиты, суд при принятии решения о продлении срока меры пресечения устранился от оценки обстоятельств, которые подлежат учету при избрании и продлении любой меры пресечения и, в особенности, заключения под стражу, в том числе данных о личности, характера совершенного преступления и прочих. Ссылаясь на п.21 постановления Пленума ВС РФ, отмечают, что при продлении срока содержания под стражей суду надлежит учитывать обстоятельства, указанные в статье 99 УПК РФ , и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу, решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения. Считают, что данные о личности ФИО1 явно свидетельствуют о том, что он не намеревается как-либо воспрепятствовать производству по делу. Сообщают, что ФИО1 никогда не нарушал ранее избранную в отношении него меру пресечения, не уничтожал доказательства, не оказывал давление на свидетелей, ввиду отсутствия необходимости совершения указанных действий; ФИО1 не признает вину не потому, что он хочет скрыть совершенное им преступное деяние, а потому что он не совершал какого-либо преступления, ввиду чего уничтожать какие-либо доказательства, которых в принципе не существует, он не может. Отмечают, что все доказательства в виновности ФИО1 сводятся к показаниям лиц, которые по настоящему уголовному делу находятся в статусе обвиняемых, иные доказательства по делу отсутствуют. Указывают, что ФИО1 является добропорядочным гражданином с активной гражданской позицией, который никогда не привлекался к административной или уголовной ответственности, положительно характеризуется по месту жительства и месту работы, имеет множество благодарностей и благодарственных писем, у ФИО1 отсутствуют заграничный паспорт, который был сдан еще в 2022 году, какой-либо документ, подтверждающий легальность нахождения, проживания за границей (гражданство, ВНЖ иностранного государства), имущество за границей и прочие сведения, которые могли бы свидетельствовать о возможности у ФИО1 скрыться от органов следствия и суда. Обращают внимание, что ФИО1 является многодетным отцом: у него пятеро несовершеннолетних детей, в числе которых один грудной ребенок, родившийся в августе 2025 года, помимо детей, на его иждивении находится гражданская супруга ФИО1 - ФИО7, которая является родильницей ФИО7 и в настоящее время переживает большой стресс, связанный как с рождением ребенка, так и в связи с нахождением мужа под стражей, что является фактором, оказывающим существенное негативное влияние на здоровье последней. По мнению защитников, приведенные обстоятельства подтверждают, что ФИО1 не может иметь даже намерения скрыться от органов следствия и суда. Отмечают, что преступление, в совершении которого обвиняется ФИО1, относится к ненасильственным преступлениям, в связи с чем это обстоятельство также подлежит учету в связи с изменениями, внесенными в уголовно-процессуальный кодекс РФ в мае 2025 года, направленными на гуманизацию применения уголовно-процессуальных мер принуждения по преступлениям, которые не носят насильственного характера, между тем законодательные изменения в отношении ФИО1 не применялись. Считают, что суд не учел ни одного из вышеприведенного обстоятельства, подлежащего применению, в силу прямого указания уголовно-процессуального закона они подлежат учету судом апелляционной инстанции. Отмечают, что органом предварительного следствия допускается процессуальная волокита, которая судом не пресекается и не учитывается при решении вопроса о продлении срока содержания ФИО1 под стражей. Полагают, что в связи с тем, что конкретных данных, подтверждающих возможность совершения ФИО1 действий, которые воспрепятствовали бы производству по делу, единственным законным и мотивированным основанием для продления срока содержания под стражей будет являться ссылка суда на необходимость производства следственных действий, однако, в соответствии с ч.8 ст. 109 УПК РФ , сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Сообщают, что основные свидетели по делу допрошены, доказательства получены, уголовное дело расследуется не одним следователем, а следственной группой, в которой работает порядка десятка следователей, представленная суду стороной обвинения статистика следственных действий подтверждает выполненную работу не за предыдущий двухмесячный период продления срока предварительного расследования и срока содержания под стражей, а за весь период с начала предварительного следствия. Указывает, что в настоящий момент, спустя больше полугода с момент возбуждения уголовного дела, органом следствия не представлено конкретных данных, которые бы подтвердили причастность ФИО1 к совершению инкриминируемого деяния, кроме показаний лиц, которые по настоящему делу привлечены также в качестве обвиняемых. Обращают внимание, что показания других фигурантов по уголовному делу, при отсутствии каких-либо иных доказательств, не могут оценены как достоверные, поскольку они являются средством защиты, направлены на избежание от уголовной ответственности и за их заведомую недостоверность обвиняемые не могут быть привлечены к уголовной ответственности. По мнению апеллянтов, именно по причине отсутствия прямых доказательств причастности ФИО1 к совершению инкриминируемых деяний, орган следствия затягивает предварительное следствие, однако суд не учел данного обстоятельства. Просит отменить постановление и избрать в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста по месту пребывания: <адрес>, <адрес>, <адрес>, либо иную более мягкую меру пресечения, не связанную с изоляцией от общества.
В возражениях на апелляционную жалобу защитника - адвоката Жукова Д.В., поданную в защиту обвиняемого ФИО1, начальник отдела по надзору за исполнением законодательства о противодействии коррупции Прокуратуры Ивановской области ФИО2 с приведением соответствующих мотивов указывает на законность, обоснованность постановления о продлении срока содержания под стражей ФИО1 По мнению прокурора, приведенные в жалобе обстоятельства являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, в связи с чем фактически направленны на переоценку установленных обстоятельств. Полагает, что оспариваемое решение отвечает требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ , содержит надлежащую мотивировку, основано на объективных данных, содержащихся в материалах дела и исследованных в судебном заседании. Просят постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.
В суде апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1, защитники-адвокаты Жуков Д.В. и Апарина К.В. поддержали доводы апелляционных жалоб.
Прокурор Грачев Д.А. просил обжалуемое постановление оставить без изменения.
Проверив представленные материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 14 апреля 2025 года следователем по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Ивановской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.6 ст. 290 УК РФ , в отношении ФИО1, и по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 291.1 УК РФ , в отношении ФИО10 23 мая 2025 года и.о. руководителя СО по г.Кинешма СУ СК России по Ивановской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п.«в» ч.3 ст. 286 УК РФ , в связи с деятельностью ФИО23 по заключению и исполнению госконтрактов. 30 июня 2025 года уголовное дело № изъято из производства и.о. руководителя СО по г.Кинешма СУ СК России по Ивановской области и передано для дальнейшего расследования руководителю второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Ивановской области, постановлением от 04 июля 2025 года уголовные дела № и № соединены в одно производства, с присвоением соединенному уголовному делу №. 21 августа 2025 года следователем по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Ивановской области возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.6 ст. 290 УК РФ , в отношении ФИО1, по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст. 291.1 УК РФ , в отношении ФИО10, по признакам преступления, предусмотренного ч.5 ст. 291 УК РФ , в отношении ФИО11 Постановлением от 31 августа 2025 года уголовные дела № и № соединены в одно производство, с присвоением соединенному уголовному делу №. 15 апреля 2025 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91 , 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст. 290 УК РФ , в тот же день ему предъявлено обвинение по ч.6 ст. 290 УК РФ .
Постановлением Октябрьского районного суда г.Иваново от 16 апреля 2025 года, с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Ивановского областного суда от 29 апреля 2025 года, ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 30 суток, по 13 июня 2025 года включительно.
В дальнейшем срок предварительного следствия по уголовному делу в установленном законом порядке продлевался, последний раз 02 октября 2025 года продлен до 8 месяцев, то есть до 14 декабря 2025 года.
Срок содержания под стражей в отношении ФИО1 также продлевался, последний раз постановлением от 06 августа 2025 года на 02 месяца, всего до 06 месяцев, то есть по 14 октября 2025 года включительно. 02 октября 2025 года ФИО1 предъявлено обвинение по двум преступлениям, предусмотренным ч.6 ст. 290 УК РФ .
Поскольку окончить предварительное следствие до истечения срока содержания ФИО1 под стражей не представилось возможным, следователь с согласия руководителя соответствующего следственного органа обратился в суд с ходатайством о продлении этого срока на 2 месяца, а всего до 8 месяцев 00 суток, т.е. по 14 декабря 2025 года включительно, по результатам рассмотрения которого судом вынесено обжалуемое решение.
Согласно ч.2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ , на срок до 6 месяцев, дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения.
В силу требований ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ .
Вопреки мнению стороны защиты, судом первой инстанции исследовались все обстоятельства, которые в соответствии с требованиями ст. 97 , 99 , 108 , 109 УПК РФ необходимы для принятия решения о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, эти обстоятельства получили правильную оценку при принятии обжалуемого решения, выводы суда с достаточной полнотой мотивированы. Несогласие стороны защиты с выводами суда само по себе не свидетельствует о незаконности и необоснованности этих выводов.
Суд первой инстанции правильно согласился с ходатайством следователя, исследовал данных о личности обвиняемого, характер и тяжесть выдвинутого против него обвинения, продлил срок содержания обвиняемого под стражей, признав этот срок разумным, не выходящим за рамки срока предварительного расследования.
Ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО1 внесено в суд следователем, в чьем производстве находится дело, с согласия надлежащего руководителя следственного органа, то есть с соблюдением ч.2 ст. 109 УПК РФ .
Задержание ФИО1 произведено при наличии оснований и с соблюдением порядка задержания, предусмотренных ст.ст. 91 , 92 УПК РФ .
Вопреки доводам стороны защиты, рассматривая ходатайство, суд убедился в достаточности данных об обоснованности подозрения в причастности к преступлениям ФИО1, которое подтверждается представленными и исследованными в ходе рассмотрения дела материалами, в числе которых показания свидетелей ФИО12, ФИО13, обвиняемых ФИО14, ФИО10, протоколы очных ставок между ФИО1 и ФИО15, между ФИО16 и ФИО10, между ФИО1 и ФИО17, между ФИО1 и ФИО18, между ФИО1 и ФИО19 При этом нельзя согласиться с утверждением апеллянтов о том, что обоснованность подозрения причастности ФИО1 к инкриминируемым деяниям следует только из показаний лиц, являющихся обвиняемыми по делу, поскольку представленные материалы дела содержат и показания лиц, допрошенных по делу в качестве свидетелей. Оценка же достоверности показаний обвиняемых и свидетелей и доказанность выдвинутого против ФИО1 обвинения не является предметом настоящего разбирательства, поскольку отнесена к исключительной компетенции суда первой инстанции при рассмотрении дела по существу.
Указание же судом в постановлении о проверке обоснованности подозрения ФИО1 в причастности к преступлению при избрании последнему меры пресечения, материалам дела не противоречит и следует из постановления суда от 16 апреля 2025 года, вступившего в законную силу.
Обвинение предъявлено ФИО1 с соблюдением норм, предусмотренных главой 23 УПК РФ.
При принятии обжалуемого решения суд учитывал необходимость выполнения по делу указанных в ходатайстве следственных действий, надлежащим образом проверил эффективность расследования и обоснованно согласился с утверждением органа расследования о невозможности окончания расследования в настоящее время по объективным причинам, справедливо не усмотрел волокиты по делу.
Следствием приведены объективные причины невозможности выполнить в установленный срок все необходимые следственные и процессуальные действия, в постановлении суда указанные обстоятельства подробно проанализированы, в связи с чем сделан обоснованный вывод о том, что продление срока предварительного следствия вызвано объективными обстоятельствами.
Сторона защиты указала о том, что следователем в судебном заседании 06.08.2025 сообщалось о нахождении производства по делу на завершающей стадии. Вместе с тем, при рассмотрении ходатайства 07.10.2025 следователь при оглашении постановления сообщила о том, что предварительное следствие продолжается, с учетом нового эпизода необходимо провести ряд следственных и процессуальных действий.
Вопреки доводам стороны защиты, следователем в хронометраже отражены следственные и процессуальные действия, проведенные с момента возбуждения уголовного дела до обращения в суд с ходатайством, в том числе с последнего продления обвиняемому срока содержания под стражей, при этом их количество является достаточным и не свидетельствует о неэффективности производства предварительного следствия.
Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что уголовное дело представляет собой особую сложность, которая обусловлена объемом материалов уголовного дела (20 томов), числа обвиняемых (3), характера расследуемых деяний, значительного количества проведенных процессуальных и следственных действий, в том числе экспертиз (8).
Ссылку стороны защиты на то, что иные фигуранты по делу не содержатся под стражей, суд апелляционной инстанции находит неубедительной, поскольку рассмотрение вопроса по мере пресечения носит индивидуальный характер, в каждом случае решение судом принимается с учетом конкретно установленных обстоятельств и представленных материалов дела с соблюдением требований, предусмотренных уголовно-процессуальным законом. С утверждением стороны защиты о том, что содержание ФИО1 под стражей обусловлено лишь его непризнательной позицией по делу, суд апелляционной инстанции согласиться не может, поскольку судом в постановлении приведены иные мотивы, послужившие основанием для принятия решения о продлении обвиняемому срока содержания под стражей, которые суд апелляционной инстанции находит убедительными.
Судом при вынесении постановления обсуждено, изменились ли обстоятельства, на основании которых была избрана мера пресечения, исследовались данные о личности обвиняемого, проанализировано позволяет ли совокупность этих конкретных фактических данных не согласиться с ходатайством следователя, то есть избрать более мягкую меру пресечения.
Так, судом первой инстанции верно указано, что основания, по которым была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1, на момент рассмотрения ходатайства следователя о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, фактически не изменились. Эти выводы суда первой инстанции подтверждаются представленными следователем и исследованными в судебном заседании материалами, из которых следует, что новых обстоятельств, указывающих на возможность применения к ФИО1 более мягкой меры пресечения, не возникло.
При этом ранее предъявленное ФИО1 обвинение (инкриминировалось одно преступление, предусмотренное ч.6 ст. 290 УК РФ ) претерпело изменение, поскольку 02 октября 2025 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении двух преступлений, предусмотренных ч.6 ст. 290 УК РФ , относящихся к категории особо тяжких преступлений коррупционной направленности против государственной власти, за которые предусмотрено наказание, в том числе в виде лишения свободы на длительный срок, также он подозревается в совершении тяжкого должностного преступления, предусмотренного п.«в» ч.3 ст. 286 УК РФ , наказание за которое предусмотрено только в виде лишения свободы.
Исходя из фабулы предъявленного ФИО1 обвинения, инкриминируемые ему действия сопряжены с использованием служебного положения директора Департамента <данные изъяты>, также он является членом <данные изъяты> то есть в силу характера деятельности обладает обширными связями в органах власти, иных структурах, он осведомлен о свидетелях, которым известны обстоятельства по делу, непосредственно знаком с рядом из них по роду своей деятельности. Уголовное дело до настоящего времени находится на стадии расследования, с учетом нового эпизода продолжается сбор и закрепление доказательств.
Приведенные выше обстоятельства дают достаточные основания полагать, что находясь под более мягкой мерой пресечения чем заключение под стражу, ФИО1, осознавая тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде реального лишения свободы, может скрыться от следствия, оказать давление на участников уголовного судопроизводства с целью склонения к изменению ими показаний в свою пользу, принять меры к уничтожению или сокрытию доказательств чем воспрепятствовать производству по уголовному делу.
Вышеуказанные основания для сохранения ФИО1 самой строгой меры пресечения, вопреки доводам защитников, основаны не на предположениях, а на конкретных сведениях, содержащихся в представленных материалах (в том числе в рапорте старшего оперуполномоченного оперативного отдела УФСБ России по Ивановской области), подтверждающих обоснованность опасений органов следствия в том, что обвиняемый может совершить указанные в ч.1 ст. 97 УПК РФ и перечисленные в постановлении суда действия, направленные на воспрепятствование расследованию дела.
При этом, изложенные в ст. 97 УПК РФ основания для избрания, а в последующем и для продления меры пресечения являются категориями вероятностного характера, поэтому любая мера пресечения, в том числе наиболее строгая, подлежит применению при наличии самой возможности наступления вышеуказанных последствий, а наличие такой возможности у обвиняемого ФИО1 в том числе в силу занимаемого им должностного положения, наличие авторитета и связей, объективно подтверждено материалами дела.
Таким образом, доводы стороны защиты о продлении ФИО1 срока содержания под стражей лишь на основании тяжести предъявленного обвинения являются несостоятельными, поскольку она учитывалась в совокупности с иными значимыми обстоятельствами по делу.
Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 ранее меру пресечения не нарушал, доказательства не уничтожал, давление на свидетелей не оказывал, являются неубедительными, поскольку уголовное преследование ФИО1 стало осуществляться одновременно с его задержанием в качестве подозреваемого, с последующим избранием меры пресечения, что и исключило совершение им противоправных действий.
Приведенные судом доводы о том, что ФИО1 может скрыться при наличии у него финансовой возможности, места регистрации и родственников в ином регионе РФ, на что обращает внимание сторона защиты, установленным обстоятельствам дела не противоречат, поскольку обвиняемый, являясь директором Департамента дорожного хозяйства и транспорта, имел стабильный доход, зарегистрирован в <адрес>. Кроме того, стороной защиты было заявлено об отсутствии у обвиняемого заграничного паспорта, ВНЖ иностранного государства и имущества за границей, и указанные выше мотивировки суда подтверждают возможность ФИО1 скрыться не за границей, а на территории Российской Федерации.
Сведения о наличии у ФИО1 социальных связей, фактических брачных отношений, нахождение на его иждивении 5 малолетних детей и гражданской супруги, наличие места работы, постоянного места жительства и регистрации, наличие положительных характеристик по месту жительства и работы, многочисленных благодарственных писем, отсутствие сведений о привлечении к уголовной и административной ответственности, как и то, что инкриминируемые обвиняемому деяния носят ненасильственный характер, на которые ссылается сторона защиты, были известны суду первой инстанции, вместе с тем, они не являются безусловным основанием для изменения обвиняемому меры пресечения, поскольку их следует сопоставлять во взаимосвязи с иными установленными по делу обстоятельствами. Утверждение обвиняемого о том, что он не намерен скрываться, оказывать давление на свидетелей, уничтожать доказательства, как и приведенные стороной защиты положительные сведения о личности обвиняемого, не исключают в случае избрания в отношении него более мягкой меры пресечения риска его ненадлежащего процессуального поведения в связи с предъявлением ему обвинения в совершении особо тяжких преступлений, создающих угрозу наступления для него предусмотренных законом неблагоприятных последствий.
Доводы защитников о том, что сведения о личности ФИО1 не принимались судом во внимание при принятии решения, обоснованными признать нельзя и приведенная в постановлении формулировка, на которую ссылаются защитники, об этом не свидетельствует, поскольку данные о личности обвиняемого были известны суду, приведены во вводной части постановления, кроме того все они исследовались в ходе рассмотрения дела, что подтверждается протоколом судебного заседания.
Кроме того, вопреки утверждению стороны защиты судом первой инстанции проверен довод следователя о невозможности применения к обвиняемому иной более мягкой меры пресечения. При этом вопрос о возможности/невозможности изменения ФИО1 меры пресечения на более мягкую, в том числе на такую как домашний арест, являлся предметом обсуждения в судебном заседании, и стороны довели до суда свою позицию по указанному вопросу. Суд первой инстанции в постановлении привел убедительные мотивы, почему пришел к выводу о невозможности применения в отношении обвиняемого иной более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста, с которыми суд апелляционной инстанции не может не согласиться, поскольку отмена или изменение обвиняемому меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, несмотря на приведенные апеллянтами доводы, повлечет существенное снижение эффективности мер контроля за обвиняемым, а также позволит противодействовать объективному расследованию дела.
Таким образом, вопреки доводам стороны защиты постановление суда является обоснованным и мотивированным, основано на фактических обстоятельствах, на основании которых принято решение о продлении срока содержания под стражей, а также содержит выводы об отсутствии оснований для изменения меры пресечения в отношении ФИО1 на более мягкую.
Каких-либо новых обстоятельств, которые могут повлиять на результаты рассмотрения ходатайства, в том числе, сведений о том, что по своему состоянию здоровья обвиняемый не может содержаться в условиях следственного изолятора, суду не представлено.
Суд апелляционной инстанции также не находит достаточных и объективных доказательств, однозначно свидетельствующих о возможности изменения в отношении обвиняемого ФИО1 ранее избранной меры пресечения на иную более мягкую.
Срок, на который обвиняемому продлена мера пресечения в виде заключения под стражу, представляется разумным, с учетом его достаточности для выполнения следователем запланированных следственных и процессуальных действий, не выходит за срок предварительного следствия по делу.
Из протокола судебного заседания следует, что разбирательство проведено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Суд первой инстанции с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам обвинения и защиты равные возможности для реализации своих прав. Ограничений прав участников процесса при рассмотрении ходатайства следствия не установлено.
Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену судебного решения, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Приходя к выводу, что обжалуемое постановление соответствует требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ , суд апелляционной инстанции считает доводы апелляционных жалоб необоснованными и не подлежащими удовлетворению, не находит оснований для отмены или изменения постановления суда.
Руководствуясь ст.ст. 389.13 , 389.20 , 389.28 , 389.33 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
постановление Октябрьского районного суда г.Иваново от 07 октября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников-адвокатов Жукова Д.В., Сперанской Т.В. и Апариной К.В. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой47.1 УПК РФ.
Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.
Председательствующий А.Р. Араблинская Суд: Ивановский областной суд (Ивановская область) (подробнее) Судьи дела:
Араблинская Анжелика Рамазановна (судья)
(подробнее) Судебная практика по: По коррупционным преступлениям, по взяточничеству Судебная практика по применению норм ст. 290, 291 УК РФ Превышение должностных полномочий Судебная практика по применению нормы ст. 286 УК РФ Меры пресечения Судебная практика по применению нормы ст. 110 УПК РФ