Апелляционное постановление № 22-4/2017 22-5724/2016 от 27 февраля 2017 г. по делу № 22-4/2017 Красноярский краевой суд (Красноярский край) - Уголовное Председательствующий – Викторова Ю.В. Дело 22-4/2017г.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Красноярск 28 февраля 2017 года Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе: председательствующего – судьи Курлович Т.Н., при секретаре – помощнике судьи Качаровой А.А., рассмотрев в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1 и ФИО2, адвоката Исхаковой М.Ю. в интересах осужденного ФИО2 на приговор Тюхтетского районного суда Красноярского края от 13 июля 2016 года, которым: ФИО1, <данные изъяты>, признан виновным и осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ на 3 (три) года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.
ФИО2, <данные изъяты> <данные изъяты>; признан виновным и осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ на 3 (три) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Кроме того, с осужденных ФИО1 и ФИО2 в пользу С в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением взыскано по 10000 (десять тысяч) рублей с каждого.
Заслушав осужденных ФИО2 и ФИО1, принимавших участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи и адвокатов Вильчик П.В. и Камышникову С.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Фищенко Е.И., полагавшей приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции,
ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.
Преступление совершено при следующих обстоятельствах. <дата> около <данные изъяты> участковый уполномочен полиции <данные изъяты> капитан полиции С, находясь при исполнении своих служебных обязанностей дежурного участкового уполномоченного полиции был направлен совместно с помощником оперативного дежурного указанного отделения полиции для проверки поступившего анонимного сообщения о драке в доме расположенном по <адрес> в <адрес>. По прибытии на место, участковый уполномоченный полиции С и помощник оперативного дежурного отделения полиции т.2, находясь в форменном обмундировании сотрудников полиции, зашли в указанный дом, где в комнате происходила драка между находящимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 и ФИО2 ФИО1, увидев сотрудников полиции, осознавая, что перед ним находятся представители власти при исполнении своих служебных обязанностей, действуя на почве личной неприязни, с целью противодействия пресечению ими совершаемых противоправных действий, подошел к находящемуся в прихожей сотруднику полиции С, умышленно нанес ему кулаками не менее трех ударов по голове и лицу, затем повалил его на диван и стал наносить ему удары по голове и лицу, а в это время ФИО2, осознавая, что перед ним находится представитель власти при исполнении своих служебных обязанностей, действуя на почве личной неприязни, с целью противодействия деятельности представителя власти и подавления его сопротивления, подошел к указанному месту и умышленно нанес С кулаками не менее трех ударов по голове и лицу. В результате действий ФИО1 и ФИО2 сотруднику полиции С были причинены телесные повреждения в виде кровоподтеков в области лба, левого глаза, спинки носа, ссадины в области спинки носа слева, не причинившие вред его здоровью.
В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 признал вину частично, ФИО2 вину не признал.
В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) осужденный ФИО1, просит об изменении приговора и назначении наказания с применением положений ст. 73 УК РФ . Жалобу мотивирует тем, что находясь в местах лишения свободы, он прошел курс лечения от алкоголизма, взысканий не имеет, в материалы дела представлены сведения о его трудоустройстве в случае условного осуждения. Кроме того, указывает, что ему необоснованно не проведена психиатрическая экспертиза, а также судом принята во внимание характеристика, представленная на него участковым С, являющимся потерпевшим по данному уголовному делу. Также считает, что нарушена состязательность процесса, поскольку суд принял сторону обвинения, о том, что инициатором причинения телесных повреждений сотруднику полиции явилялся он, а также судом не приняты во внимание показания свидетелей данные в судебном заседании, а положены в основу приговора показания данные в ходе предварительного следствия.
В апелляционной жалобе (основной и дополнительных) осужденный ФИО2 просит об отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору для проведения дополнительного предварительного расследования. Жалобу мотивирует тем, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании ему не была проведена психиатрическая экспертиза, так как в момент задержания у него имелась травма головы, им был заявлен отвод следователю, который по его мнению, является заинтересованным лицом в исходе дела, однако он был необоснованно отклонен, копия постановления не была ему вручена. Также им было заявлено ходатайство об исключении характеристики, представленной участковым уполномоченным, поскольку она не соответствовала действительности, при этом в материалах дела имеются положительные на него характеристики. Считает, что судья Викторова Ю.В. не могла рассматривать данное уголовное дело, так как избирала и продляла ему меру пресечения в виде заключения под стражу. Кроме того, полагает, что показания потерпевшего и свидетелей являются противоречивыми и не соответствующими действительности. Так, ни один из допрошенных свидетелей, кроме т.2 не пояснил, что видел как он (ФИО2) наносил удары потерпевшему, вместе с тем, последний является коллегой и другом потерпевшего, что говорит о его заинтересованности. Показания потерпевшего противоречивы, так в ходе допроса (том 1 л.д. 84-85) он утверждал, что видел, как ему удары наносил ФИО1 и кто-то еще, но не он (ФИО2), вместе с тем его (ФИО2) ходатайство об оглашений показаний свидетеля т.2 и потерпевшего С, данных в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 134,77-78, 84-87), не было удовлетворено. Показания свидетеля М не могли быть положены в основу приговора, так как последний в момент драки отсутствовал и не был ее очевидцем. Суд не принял во внимание, показания Н, который пояснил, что никакой драки не видел. Свидетель Б.2 была допрошена в отсутствие педагога, что является нарушением уголовно-процессуального закона. Полагает, что выводы суда о том, что свидетели Б.3, Д, Б.2, Х, Н, Г, Ш, Т, Я, К2 и М не дали объективные показания, так как находились в нетрезвом состоянии и являются его (ФИО2) друзьями необоснованны, поскольку эти же показания суд положил в основу обвинения ФИО1 Кроме того, указывает, что суд не принял во внимание его состояние здоровья, а именно то, что на момент происшествия он получил травму головы, которая исключала возможность совершения им преступления. Указывает, что ему сотрудниками полиции были причинены телесные повреждения, однако суд указанные обстоятельства оставил без внимания, необоснованно отказал в вызове в судебное заседание судмедэксперта и фельдшера, который приезжал по вызову сотрудников полиции при его задержании. Также полагает, что суду необходимо было истребовать запись видео-регистратора, установленного на служебном автомобиле. На основании вышеизложенного, ФИО2 полагает, что уголовное дело было рассмотрено с обвинительным уклоном, о чем, по его мнению, свидетельствует и некорректное поведение председательствующего в судебном заседании. В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО2 также заявляет о ряде нарушений норм уголовно-процессуального права. Так, врученное ему обвинительное заключение не соответствует имеющемуся в материалах уголовного дела. Кроме того, при рассмотрении поданных им замечаний на протоколы судебных заседаний, суд обязан был назначить судебное заседание, с участием другого секретаря. Полагает, что рассмотрение замечаний на протокол судебного заседания тем же судьей, что председательствовал в судебном заседании препятствует беспристрастному и объективному рассмотрению поданных замечаний. Просит отменить обвинительный приговор и в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ оправдать.
В апелляционной жалобе адвокат Исхакова М.Ю. в интересах осужденного ФИО2 просит приговор Тюхтетского районного суда отменить, уголовное дело в отношении ФИО2 прекратить. Считает, что собранными и исследованными в судебном заседании доказательствами вина ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления не подтверждается, а напротив, доказывает его невиновность. Так ни один из свидетелей, ни на следствии, ни в суде не пояснил, что ФИО2 применил насилие в отношении С Указанные обстоятельства подтвердили только сам потерпевший и свидетель т.2, к показаниям которых следует отнестись критически, поскольку они являются заинтересованными лицами, их показания противоречат материалам уголовного дела и показаниям других свидетелей. Полагает, что выводы суда о том, что свидетели находись в состоянии алкогольного опьянения и являются друзьями ФИО2 в связи с чем не дали объективных показаний о действиях последнего, не обоснованы, поскольку указанные лица также являются друзьями ФИО1, однако это не помешало дать в отношении него изобличающие показания. Кроме того, в судебном заседании сам ФИО1 пояснил, что ФИО2 удары С не наносил. Указывает, что ФИО2 не мог совершить инкриминируемое преступление в силу своего физического состояния, так как у него была травма головы, указанное подтверждается показаниями свидетеля Т, из которых следует, что после получения удара по голове ФИО2 присел на корточки, она ему вытирала кровь, в таком положении он находился все время с момента прихода С и т.2 и до их ухода. Считает, что суд первой инстанции необоснованно не провел судебно-психологическую экспертизу в отношении подсудимых для определения у них возможности сохранять воспоминания о событиях и излагать их.
На апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и его защитника адвоката Исхаковой М.Ю. государственным обвинителем Рахматулиным Р.М. представлены письменные возражения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб (основных и дополнительных), а также возражений на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Вывод суда о доказанности вины ФИО2 и ФИО1 в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении сотрудника полиции в связи с исполнением последним своих должностных обязанностей основан на исследованных в судебном заседании доказательствах, которым дана в приговоре надлежащая оценка.
Доводы апелляционных жалоб осужденных и защитника о том, что ФИО2 не совершал указанного в приговоре преступления и осужден незаконно, являются несостоятельными.
Из материалов дела видно, что все изложенные в апелляционных жалобах доводы о невиновности ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ , были предметом исследования в ходе судебного разбирательства, они тщательно проверены, оценены в совокупности со всеми доказательствами и обоснованно признаны судом первой инстанции несостоятельными.
Так суд обоснованно в основу приговора положил показания потерпевшего С о том, что <дата>, он, находясь на очередном дежурстве в составе следственно-оперативной группы отделения полиции <данные изъяты>, вместе с помощником оперативного дежурного т.2 выехал по адресу: <адрес> в связи с поступившим в <данные изъяты> минут анонимным сообщением о происходящей драке. Находясь в форменном обмундировании при исполнении своих должностных обязанностей, с целью выяснения обстоятельств и пресечения противоправных действий они с т.2 зашли в дом, где находилась компания молодых людей, находящихся в состоянии опьянения, а ФИО2 и ФИО1, находясь в комнате, наносили друг другу удары. Пройдя первым, на пороге из прихожей он был замечен подсудимыми, при этом ФИО1 кинулся к нему, стал наносить удары по голове и лицу, затем повалил его на стоящий в прихожей диван, сел сверху и стал наносить беспорядочные удары руками и кому-то крикнул «Забирай пистолет!», после чего к ним подбежал ФИО2, который пытался открыть кобуру с находящимся в ней табельным оружием, что ему не удалось, так как он (потерпевший) принял меры к защите оружия, а ФИО2 стал наносить ему удары кулаками по голове и лицу. В момент нападения сотрудник полиции т.2 был оттеснен и смог его поднять и оттащить к входной двери только после того, как находящиеся в доме Ш и Г с силой оттащили от него подсудимых. Выйдя из дома, и сев в служебный автомобиль, они не обнаружили при себе форменных шапок, папку с документами, свистком и наручниками, доложили об обстановке оперативному дежурному отделения полиции, который дал указание возвращаться в отделение. В это время из дома выходили находившиеся там молодые люди, один из которых Б.3 сказал, что бы они уезжали, иначе подсудимые могут продолжить их избиение, при этом за начавшим движение служебным автомобилем несколько метров бежали подсудимые, угрожая расправой.
Данные показания судом обоснованно признаны достоверными, поскольку они объективно подтверждаются показаниями свидетеля т.2 – очевидца преступных действий ФИО1 и ФИО2, давшего показания аналогичные покаяниям потерпевшего, а также показаниями свидетеля А, из которых следует, что <дата> в отделение полиции <данные изъяты> поступило анонимное сообщение о драке в доме, расположенной по <адрес> в <адрес>, куда им как оперативным дежурным были направлены находящиеся на дежурстве сотрудники полиции С и т.2, находящиеся в форменном обмундировании и с табельным оружием. Примерно через 20 минут от сотрудника полиции т.2 поступило сообщение о применения насилия в отношении С, после чего было принято решение об их возвращении в отделение. По прибытии в отделение полиции у С были обнаружены явные следы побоев на лице, при этом данные сотрудники полиции указали на ФИО1 и ФИО2 как на лиц, применивших в отношении С насилие.
Кроме того, указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетелей Ш, Г, Б.3, М, которые явились очевидцами преступных действий ФИО1 Так из показаний свидетеля Б.3, данных в ходе судебного заседания, а также протокола очной ставки от <дата> (том 1 л.д. 151-155) следует, что <дата> он, находясь в доме ФИО1 видел драку, произошедшую между Ш и Я, в ходе которой кто-то вызвал сотрудников полиции, по приезду которых кто-то из присутствующих закричал, что бы избивали полицейских, после чего он с целью воспрепятствования нападения на потерпевшего схватил его сзади за форму и пытался оттащить к двери, но тот запнулся и упал на диван, при этом он не видел, кто именно наносил удары потерпевшему.
Из показаний свидетеля Г, данных в ходе судебного заседания и показаний данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 183-190) следует, что <дата> он, находясь в доме ФИО1, видел как ФИО1 сидя на сотруднике полиции С, наносил ему удары руками по лицу, после чего стал оттаскивать ФИО1 от сотрудника полиции.
Из показаний свидетеля Ш, данных в ходе судебного заседания и показаний данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 209-2012), а также протокола очной ставки от <дата> (том 1 л.д. 213-216) следует, что <дата> он, находясь в доме ФИО1, видел как С упал на диван, а ФИО1 сел на него сверху, в это время в прихожую выбежали находившиеся в доме парни, началась потасовка, в ходе чего он стал вместе с Г оттаскивать ФИО1 от С, при этом он не помнит, отталкивал ли он от потерпевшего подсудимого ФИО2, не отрицая самой возможности совершения указанного действия.
Из оглашенных с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля М, усматривается, что он видел, как ФИО1 набросился на потерпевшего и как последний упал на диван.
Кроме того, из показаний свидетеля Я следует, что <дата> он находился в гостях у ФИО1, где в ходе распития спиртных напитков между ним и Ш возникла ссора, переросшая в потасовку, в ходе которой ФИО1 ударил ФИО2 кочергой по голове, после чего кто-то из присутствующих сказал, что вызвали полицию, а он, избегая встречи с сотрудниками полиции, ушёл из дома, не видя происходящего. Вместе с тем, согласно протоколу очной ставки между потерпевшим С и свидетелем Я (том 1 л.д. 227-230) потерпевший подтвердил факт нахождения указанного свидетеля в доме в момент применения к нему насилия.
Из показаний свидетеля Т данных в ходе судебного заседания и показаний данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 217-220) следует, что <дата> она находилась в доме ФИО1, где в компании знакомых употребляла спиртные напитки и слышала, что в прихожей или на кухне началась драка, после чего увидела на голове ФИО2 кровь, которую помогла ему вытереть, по приезду сотрудников полиции она вновь услышала крики и звуки, по которым поняла, что там дерутся, но на место драки не выходила.
Из показаний свидетеля Д данных в ходе судебного заседания и показаний данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 157-161) следует, что <дата> она находилась дома в состоянии алкогольного опьянения, в доме было много гостей, пришедших к её сыну ФИО1, которые так же употребляли спиртные напитки, в ходе чего между Ш и Я, произошла драка, после чего она видела кровь на голове ФИО2, она слышала как приезжали сотрудники полиции, слышала шум и крики, но из комнаты не выходила.
Из показаний свидетеля Б.2, данных в ходе судебного заседания и показаний данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании в соответствие с ч. 3 ст. 281 УПК РФ (том 1 л.д. 162-166, 167-170) следует, что <дата> она вместе с Ш заходили в дом к ФИО1, где было много людей, кто-то кричал, ругался, а из кухни буквально вылетел, упав на пол ФИО2, у которого была разбита голова и по шее и спине текла кровь. Испугавшись увиденного, она вышла на улицу и позвонила в отделение полиций, сказав, что в указанном доме происходит драка, затем из дома вышел Ш, и они стали ждать сотрудников полиции, по приезду которых она сказала, что в доме дерутся. Вместе с сотрудниками полиции в дом заходил Ш, по истечении 5 минут сотрудники полиции вышли из дома, следом вышел Ш и они ушли с места происшествия. Доводы осужденного о том, что суд необоснованно положил в основу приговора показания данные указанным свидетелем на предварительном следствии необоснованны, поскольку как следует из материалов уголовного дела допрос несовершеннолетней Б.2 как <дата>, так и <дата> происходил в соответствие с требованиями ст. 280 УК РФ , с участием социального педагога З Из показаний свидетеля К следует, что она вместе с Ш и Б.2 примерно в 22 часа подходила к дому ФИО1, при этом последние заходили в дом, после чего Б.2 вызвала полицию, сказав, что там дерутся. Приехавшие сотрудники полиции вместе с Ш заходили в дом, вышли примерно минут через 5-10 и она вместе с Ш и Б.2 пошли дальше.
Из оглашенных с согласия сторон в соответствие с ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Н, усматривается, что <дата> находясь в доме ФИО1, будучи в состоянии опьянения, услышав шум и крики вышел в прихожую дома, там находились ФИО2, Т, М и Г, последний пояснил, что они забрали у сотрудников полиции пистолеты и выбросили их, после чего он вышел во двор, где в служебном автомобиле находились сотрудники полиции т.2 и С, последние ему пояснили, что в доме остались их головные уборы.
Кроме того, как на доказательства вины ФИО1 и ФИО2 суд в приговоре обоснованно сослался на протокол осмотра места происшествия, <адрес> в <адрес> (том 1 л.д. 14-39), протоколы выемки, осмотра предметов (том 2 л.д. 137-142, 143-148), заключение судебно-медицинской экспертизы (том 2 л.д. 155-157), согласно которому у потерпевшего С имелись телесные повреждения в виде кровоподтёков в области лба, левого глаза спинки носа, ссадины в области спинки носа слева, которые не причинили вред здоровью и могли возникнуть в результате неоднократного воздействия тупого твёрдого предмета (предметов) с достаточной силой, а также другие приведенные в приговоре доказательства.
Суд апелляционной инстанции находит, что в судебном разбирательстве были объективно установлены все значимые по делу обстоятельства на основании непосредственно исследованных в судебном разбирательстве доказательств. Доказательства этих обстоятельств и обоснование выводов суда приведены судом в приговоре. Доказательства оценены судом в соответствии с положениями ст. 17 , 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточными для разрешения дела. Суд указал, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие.
У суда не имелось оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего С и свидетелей т.2 и А, поскольку они подробны, последовательны, не содержат противоречий относительно обстоятельств совершенного ФИО2 преступления, полностью согласуются между собой и с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. В ходе судебного разбирательства не было установлено объективных причин для оговора ФИО2 данными участниками процесса. Вопреки мнению осужденного ФИО2 у суда первой инстанции не имелось оснований, предусмотренных ст. 281 УПК РФ для удовлетворения ходатайства адвоката Исхаковой М.Ю., заявленного в судебном заседании <дата> об оглашении показаний потерпевшего С, данных им на предварительном следствии.
В судебном заседании суда первой инстанции, ФИО1 не оспаривал факт нанесения им ударов С, однако утверждал, что он не понимал, что перед ним находится сотрудник полиции. Эти доводы были предметом тщательного исследования в суде первой инстанции и были обосновано отвергнуты, поскольку иное следует из показаний потерпевшего и свидетелей.
Таким образом, фактические обстоятельства совершенного ФИО1 и ФИО2 преступления судом установлены правильно, и в соответствии с ними, действия осужденных обоснованно квалифицированы по ч. 1 ст. 318 УК РФ .
Несогласие осужденного ФИО2 с оценкой показаний свидетелей не свидетельствует о недоказанности его вины, поскольку суд первой инстанции тщательно проверил каждое доказательство, включая показания потерпевшего С и свидетеля т.2, показавших на ФИО1 и на ФИО2 как на лиц, наносивших удары потерпевшему С Указанные показания согласуются с показаниями свидетеля А, пояснившего о том, что ему стало известно о причастности ФИО2 и ФИО1 к применению насилия в отношении представителя власти непосредственно после совершения преступления по докладу сотрудников полиции С и т.2 Более того свидетели Ш, Г, Б.3, М не отрицали факта прибытия в квартиру сотрудников полиции, находившихся в форменном обмундировании, при этом обстоятельств нанесения ударов потерпевшему ФИО2 не видели, однако такой возможности не отрицали. На основании изложенного, доводы осужденного о недоказанности обвинения, необоснованности выводов суда и их несоответствии фактическим обстоятельствам дела не нашли своего подтверждения, а изложенные в апелляционных жалобах осужденного ФИО2 и его защитника доводы о его невиновности являются надуманными, так как версия осужденного, выдвинутая им в свою защиту, судом была тщательно проверена и оценена должным образом. При этом суд критически оценил показания ФИО2, отрицающего причастность к нанесению ударов сотруднику полиции С, и, проанализировав обстоятельства деяния и совокупность собранных по делу доказательств, обоснованно пришел к выводу о совершении ФИО2 инкриминируемого ему преступления.
Из материалов дела следует, что суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87 , 88 УПК РФ проверил и оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности все представленные ему доказательства, проанализировал их в приговоре и указал основания, по которым он принял вышеперечисленные доказательства и отверг другие, в том числе версию ФИО2 и его защитника о том, что преступления ФИО2 не совершал.
Ни одно из доказательств, положенных в основу обвинительного приговора, каких-либо сомнений в своей достоверности у апелляционной инстанции не вызывает.
Сведений о заинтересованности допрошенных по делу лиц в оговоре осужденного не имеется.
Признавая правильной оценку, данную судом, рассмотренным в судебном заседании доказательствам, суд апелляционной инстанции находит обоснованным вывод суда о виновности осужденных в совершении инкриминируемого им преступления и не может согласиться с доводами жалобы о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушении судом требований закона, регламентирующих порядок проверки и оценки судом представленных ему доказательств.
Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденных об обвинительном уклоне суда при рассмотрении уголовного дела, о некорректном поведении председательствующего, об односторонней оценке доказательств при постановлении приговора, нарушений прав стороны защиты по представлению доказательств, опровергается протоколом судебного заседания, из которого усматривается, что суд принял все меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами справедливости, состязательности и равноправия сторон, показания лиц, допрошенных в суде, а также показания лиц на предварительном следствии, которые были оглашены в суде на основании УПК РФ, изложены в приговоре в соответствии с протоколом судебного заседания и материалами уголовного дела. Все заявленные ходатайства судом рассмотрены в установленном законом порядке, по ним приняты обоснованные решения. Отказ в удовлетворении заявленного осужденным ФИО2 ходатайства о допросе судмедэксперта и фельдшера не влечет отмену приговора, поскольку в обоснование своего ходатайства осужденный ссылался на сведения, не имеющие отношение к существу рассматриваемого уголовного дела. Также суд апелляционной инстанции не усматривает и оснований для истребования записи видео-регистратора со служебного автомобиля.
Мнение осужденного ФИО2 о том, что принятие в прошлом председательствующим по делу судьей решения об избрании меры пресечения, либо продлении срока содержания под стражей в качестве меры пресечения, исключало возможность участия этого судьи по настоящему делу, не соответствует положениям ст. 63 УПК РФ и основано на неверном толковании закона.
Поданные осужденным ФИО2 замечания на протокол судебного заседания председательствующим рассмотрены в установленном законом порядке и сроки, и отклонены мотивированным решением. Ставить под сомнение правильность рассмотрения судом замечаний на протокол судебного заседания у суда апелляционной инстанции не имеется.
Обвинительное заключение в отношении ФИО2 и ФИО1, соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ . Оснований полагать, что ФИО2 была вручена копия обвинительного заключения, иного содержания, не имеется, каких-либо доказательств этого стороной защиты не представлено.
Ходатайство адвоката Исхаковой М.Ю. об отводе следователя ФИО3 рассмотрено руководителем <данные изъяты> МСО ГСУ СК России по <адрес> ФИО4, постановлением от <дата> в его удовлетворении отказано. Копия указанного постановления в тот же день направлена адвокату Исхаковой М.Ю. и ФИО2 (том 2 л.д. 27) Кроме того, не нашли своего подтверждения и доводы жалобы ФИО2 о применении к нему в ходе предварительного следствия насилия со стороны сотрудников полиции. Так постановлением следователя Боготольского МСО ГСУ СК РФ ФИО3 от <дата> отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 285, п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ в отношении К, С., У, Б, С, т.2, Свидрицкого, Быковского. Копия указанного постановления в тот же день направлена ФИО1, ФИО2 и иным заинтересованным лицам. (том 2 л.д. 60-64) Психическое состояние ФИО2 и ФИО1 было проверено, как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции, и с учетом заключений судебно-психиатрической экспертизы №/д и 4817/д от <дата>, в отношении инкриминируемых деяний ФИО2 и ФИО1 признаны вменяемыми.
Положения п. 4 и 5 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при вынесении приговора не нарушены.
Таким образом, фактические обстоятельства совершенного ФИО2 и ФИО1 преступления судом установлены правильно, и в соответствии с ними, действия осужденных обоснованно квалифицированы по ч. 1 ст. 318 УК РФ .
Наказание ФИО1 и ФИО2 назначено судом в соответствие со ст. 6 , 60 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступления и личности виновных, в том числе обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.
В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств учтено: совершение преступления впервые, частичное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение потерпевшему извинений, что расценено судом как совершение им действий, направленных на заглаживание причинённого вреда.
Смягчающих наказание ФИО2 обстоятельств не установлено.
Обстоятельством, отягчающим наказание каждого из осужденных, на основании п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ правильно признано совершение преступления в составе группы лиц. Кроме того, учитывая, что обстоятельством, способствовавшим совершению умышленного преступления как ФИО2, так и ФИО1, явилось их алкогольное опьянение, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд обоснованно признал данное обстоятельство отягчающим наказание обоим осужденным.
Решение о назначении наказания в виде реального лишения свободы, и отсутствие оснований для применения положений ст. 73 УК РФ судом мотивировано, принято с учетом данных о личности осужденных, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, его фактических обстоятельств.
Доводы осужденных о том, что при назначении наказания в качестве данных характеризующих личность суд необоснованно учел представленные сотрудником полиции С характеристики, подлежат отклонению, поскольку характеристики представленные в материалы дела составлены УУП ОП МО МВД России «Боготольский» А, оснований ставить под сомнение их достоверность и объективность не имеется.
Положения ч. 6 ст. 15 УК РФ к ФИО2 и ФИО1 применены быть не могут, поскольку в их действиях установлены отягчающие наказание обстоятельства.
Таким образом, принимая во внимание, что судом первой инстанции учтены все данные о личности осужденных, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО2 и ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного ими преступления и личности виновных, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.
Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы осужденных определен правильно, ФИО1 согласно требованиям п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ , а ФИО2 с учетом правовой позиции, изложенной в п. 3 Постановления ВС РФ от 29 мая 2014 года № 9 «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений».
Компенсация морального вреда с осужденных взыскана в соответствии с требованиями ст. ст. 151 , 1101 ГК РФ , с учетом степени нравственных страданий, перенесенных потерпевшему С в связи с причиненными телесными повреждениями, а также требований разумности и справедливости. Оснований для снижения размера компенсации морального вреда не имеется.
Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13 , 389.20 и 389.28 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
Приговор Тюхтетского районного суда Красноярского края от 13 июля 2016 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и ФИО2, адвоката Исхаковой М.Ю. в интересах осужденного ФИО2 - без удовлетворения.
Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в соответствии с главой 47-1 УПК РФ в Президиум Красноярского краевого суда.
Председательствующий: Т.Н.Курлович Суд: Красноярский краевой суд (Красноярский край) (подробнее) Судьи дела: Курлович Татьяна Николаевна (судья) (подробнее) Судебная практика по: Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда Судебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ Превышение должностных полномочий Судебная практика по применению нормы ст. 286 УК РФ