Апелляционное постановление № 22-705/2017 от 1 марта 2017 г. по делу № 22-705/2017 Красноярский краевой суд (Красноярский край) - Уголовное Председательствующий: Г.Е.Н. Дело № АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Красноярск 02 марта 2017 года Суд апелляционной инстанции в составе судьи Судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда Барсукова В.М., с участием: прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края ФИО1, осужденного: ФИО2, защитника: адвоката Добрынина Н.А., при секретаре Тарариной Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО2, апелляционной жалобе К.Н.А. - законного представителя потерпевшего К.Д.В. на приговор ФИО3 <данные изъяты> суда Красноярского края от <дата>, которым ФИО2, <данные изъяты> осужден по п.п. «в,г,д» ч.2 ст. 127 УК РФ к лишению свободы сроком на 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с самостоятельным следованием осужденного к месту отбывания наказания.
Этим же приговором с ФИО2 в пользу К.Д.В. взыскано: <данные изъяты> рублей – компенсации морального вреда, причиненного преступлением, <данные изъяты> рублей возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя.
Доложив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб законного представителя потерпевшей и осужденного, заслушав мнения: адвоката Добрынина Н.А. в интересах ФИО2, возражавшего против удовлетворения жалобы законного представителя потерпевшего, поддержавшего доводы апелляционной жалобы осужденного, прокурора, считавшего приговор подлежащим изменению частично по доводам апелляционной жалобы законного представителя потерпевшего, возражавшего против доводов жалобы осужденного, суд апелляционной инстанции
Приговором <данные изъяты> суда Красноярского края от <дата> ФИО2, осужден за незаконное лишение свободы <дата> несовершеннолетнего К.Д.В., не связанное с его похищением, с применением насилия, опасного для здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении заведомо несовершеннолетнего - по п.п. «в,г,д» ч.2 ст. 127 УК РФ .
Преступление совершено в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.
В апелляционной жалобе законный представитель потерпевшего К.Н.А. просит приговор суда отменить, привлечь к уголовной ответственности П.Е.И. и М.Я.С., непосредственно издевавшихся над потерпевшим, изменить ФИО2 наказание на более суровое, с отбыванием наказания в колонии. Жалоба мотивирована тем, что при проведении экспертизы телесных повреждений К.Д.В. не было учтено, что он должен был находиться на лечении не менее 21 дня, но был выписан на 9-й день. Также судом не учтено, что при совершении ФИО2 преступления с ним были еще трое: П.Е.И., М.Я.С., З.А.В., которые помогали П.Е.И. Также судом не учтены показания П.Е.И., данные при его обследовании на полиграфе о том, что он был соучастником ФИО2 и угрожал К.Д.В. совершением действий сексуального характера.
Также не учтено судом, что ФИО2 ранее был дважды судим за аналогичные преступления, что подтвердили в суде К.О.Н. и Б.О.В., показавшие, что ФИО2 угрожал расправой их детям. Также жители <данные изъяты> ходатайствовали о вынесении самого строгого наказания ФИО2, поскольку он агрессивен к детям и взрослым. Также судом не учтено, что осужденный разведен, своим детям материально не помогает, в их воспитании участия не принимает. Трудоустроившись временно механизатором, ФИО2 затем представил справку, что не работает, чтобы избежать удовлетворения заявленного по делу гражданского иска. Также законный представитель потерпевшего заявляет, что не согласна с размером удовлетворенных судом и исковых требований о взыскании морального и материального ущерба, так как после совершения преступления её сын изменился, стал замкнутым, его преследуют головные боли, он стал кричать во сне, отстранился от сверстников.
Осужденный ФИО2 в апелляционной жалобе просит приговор суда изменить, переквалифицировав содеянное на ч.1 ст. 115 УК РФ , назначив наказание по данной статье. Жалоба мотивирована тем, что факт совершения им преступления, предусмотренного по п.п. «в,г,д» ч.2 ст. 127 УК РФ не подтвердился в судебном заседании. Так, он действительно причинил потерпевшему телесные повреждения, но происходило это в надворных постройках, а не в доме, что следует из показаний свидетелей З.А.В., П.Е.И. и М.Я.С., правдивость показаний которых подтверждено данными судебных психофизиологических экспертиз. Свидетель И.А.А. также показала, что не слышала никаких посторонних звуков из подполья дома. Согласно протокола осмотра дома ФИО2 никаких следов пребывания потерпевшего в подполье дома установлено не было. Также не было обнаружено в доме ФИО2, и вещей потерпевшего, которые, как пояснял потерпевший, оставались в доме ФИО2 Не подтвердились и показания К.Е.В. о применении в его отношении сексуального насилия. К.Д.В. страдает психическим расстройством и не способен давать правдивые показания, что судом учтено не было. Необоснованно учтено судом отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, поскольку хотя ФИО2 и употреблял алкоголь, но его медицинское освидетельствование в его отношении не проводилось.
Проверив материалы уголовного дела с учетом доводов апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам: Вопреки доводам жалобы осужденного, виновность ФИО2 в совершении преступления при обстоятельствах, установленных судом первой инстанции, подтверждается достаточной совокупностью согласующихся между собой доказательств, не оставляющих сомнений в виновности ФИО2 Показания потерпевшего К.Е.В. относительно существенных, юридически значимых обстоятельствах совершенного в его отношении ФИО2 преступлении последовательны, стабильны, в полной мере согласуются с другими доказательствами по делу, в том числе – с заключением судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, установившей локализацию, характер и давность причинения повреждений, имевшихся у К.Д.В.; с показаниями свидетеля К.Т.В. и Т.М.П., пояснивших суду, что К.Д.В. пришел к ней домой ранним утром <дата>, без верхней одежды, избитый, при этом сразу указал на ФИО4 как на лицо, причинившее ему телесные повреждения, в том числе с использованием палки и хоккейной перчатки, связывавшего его и удерживавшего его в своем доме, угрожал ножом, душил с помощью веревки. Показания К.Д.В. об обстоятельствах совершения ФИО2 преступления также согласуются с показаниями законного представителя потерпевшего, К.Н.А., свидетелей Р.Н.А., К.Н.Б., П.С.Н., И.З.Г.
Описанная потерпевшим обстановка в квартире ФИО2, указанное им место нахождения подполья, в которое ФИО2 запирал К.Д.В., в полной мере согласуется с данными протокола осмотра квартиры, расположенной по адресу: <адрес> Показания свидетелей З.А.В., П.Е.И., М.Я.С., И.А.А., присутствовавших в доме ФИО2 и указывавших на непричастность осужденного к совершенному им преступлению также верно оценены судом и обоснованно, с приведением убедительных доводов, были отвергнуты судом первой инстанции. Так, судом верно учтено, что указанные лица являются родственниками и близкими друзьями (а И.А.А. –сожительницей) осужденного ФИО2 а их показания относительно событий вечера и ночи <дата> противоречивы как относительно показаний друг друга, так и с показаниями, данными этими же свидетелями в ходе предварительного следствия и оглашенным судом первой инстанции при рассмотрении, а также полностью опровергаются показаниями потерпевшего К.Д.В.
Также, с учетом всей совокупности исследованных судом доказательств, суд первой инстанции подробно, с приведением убедительных доводов, отверг показания ФИО2 о том, что он К.Е.В. свободы передвижения не лишал, наносил потерпевшему побои и накидывал ему на шею веревку в надворных постройках.
При этом ссылка осужденного и законного представителя потерпевшего и на данные опроса свидетелей с использованием полиграфа не основаны на требованиях закона, поскольку Уголовно-процессуальный кодекс РФ не предусматривает законодательной возможности применения полиграфа в уголовном процессе, поскольку данный вид экспертиз является результатом опроса с применением полиграфа, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и ее заключение не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям ст. 74 УПК РФ .
Доводы жалобы законного представителя о том, что при определении степени тяжести телесных повреждений потерпевшего К.Д.В. несостоятельны. Так, из материалов дела, показаний потерпевшего, а также свидетеля Я.С.Н. следует, что потерпевший самостоятельно покинул больницу до окончания его лечения, после чего дальнейшего лечения не проходил, в медицинские учреждения не обращался.
При этом, как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, показаний допрошенного судом первой инстанции эксперта К.А.А., невозможность экспертной оценки степени тяжести черепно-мозговой травмы К.Д.В. была вызвана, прежде всего, отсутствием объективных медицинских данных о лечении потерпевшего.
Выводы суда первой инстанции о допустимости и достоверности показаний потерпевшего К.Д.В. сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. Показания потерпевшего К.Е.В. оценены судом первой инстанции, в том числе, с учетом выводов судебно-психиатрической комиссии экспертов № от <дата>, согласно которой он способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, может принимать участие в производстве следственных и судебных действий, склонности к фантазированию и лжи не обнаруживает.
Из материалов дела следует, что осмотр дома ФИО4 был произведен только <дата>, то есть - спустя значительное время после сообщения в правоохранительные органы о совершенном им преступлении. При этом из показаний свидетеля Р.Н.А. следует, что ФИО2 уже <дата> знал о том, что К.Д.В. указал на него как на лицо, совершившее преступление в его отношении. При этом в телефонном разговоре с указанным свидетелем ФИО4 требовал, чтобы она спрятала потерпевшего, Указанные обстоятельства свидетельствует о принятии осужденным мер к сокрытию следов совершенного преступления.
Таким образом, доводы жалобы осужденного ФИО2 о совершении им преступления при иных обстоятельствах, были предметом оценки суда первой инстанции и с приведением убедительных доводов, на основе всестороннего исследования и оценки доказательств, опровергнуты судом первой инстанции в обжалуемом приговоре.
С учетом верно установленных судом обстоятельств, содеянное ФИО2 верно квалифицировано судом первой инстанции по п.п. «в,г,д» ч.2 ст. 127 УК РФ как незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, с применением насилия, опасного для здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении заведомо несовершеннолетнего.
Каких-либо оснований к переквалификации содеянного ФИО2 в отношении несовершеннолетнего К.Д.В. судом апелляционной инстанции не установлено.
При назначении наказания ФИО2, судом первой инстанции верно установлены и в должной мере учтены все обстоятельства, юридически значимые для выбора вида и определения размера наказания за совершенное преступление.
При этом судом первой инстанции учтены как характер, обстоятельства и степень тяжести совершенного ФИО2 преступления, так и данные, характеризующие личность осужденного.
При этом суд первой инстанции верно учел обстоятельствами, смягчающими наказание осужденного наличие у него двоих малолетних детей.
Также, вопреки доводам жалобы осужденного, суд первой инстанции верно, с приведением убедительных доводов, признал обстоятельством, отягчающим наказание осужденного, совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. С данными выводами суда суд апелляционной инстанции соглашается. Доводы жалобы осужденного о том, что нахождение осужденного на момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения не установлено данными медицинского освидетельствования – несостоятельны. Так, факт совершения преступления ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения объективно подтверждается как показаниями потерпевшего, показаниями свидетелей З.А.В., П.Е.И., М.Я.С., о совместном употреблении с ними алкогольных напитков непосредственно в ночь совершенного преступления.
С учетом оцененной судом всей совокупности обстоятельств, влияющих на наказание, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости назначения ФИО2 наказания в виде лишения свободы. Невозможность назначения более мягкого наказания, отсутствие оснований к применению при назначении наказания правил ст. 64 , 73 , ч. 6 ст. 15 УК РФ обосновано в обжалуемом приговоре с приведением убедительных доводов.
Доводы апелляционной жалобы законного представителя потерпевшего: о наличии у ФИО2 ранее судимостей с учетом требований ч.6 ст. 86 УК РФ , не могут приниматься во внимания при назначении ему наказание за вновь совершенное преступление.
Поскольку судом первой инстанции в должной мере приняты во внимание вся совокупность данных, характеризующих личность ФИО2, в связи с чем ссылка законного представителя на ходатайство жителей деревни о назначении осужденному более строгого наказания несостоятельны.
Доводы жалобы о необходимости отмены приговора, постановленного в отношении ФИО4 в связи с необходимостью привлечения к уголовной ответственности наряду с ФИО2 также М.Я.С., З.А.В. и П.Е.И. не соответствует требованиям ч.1 ст. 252 УПК РФ . Кроме того, из материалов уголовного дела следует, что вопрос об уголовном преследовании иных лиц по обстоятельствам совершенного ФИО2 преступления был разрешен постановлением ст. следователя <данные изъяты> МСО ГСУ СК РФ по Красноярскому краю от <дата>. Указанное постановление никем не оспорено и не отменено и предметом настоящего апелляционного рассмотрения также не является.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает наказание, назначенное ФИО2 по приговору суда от <дата> справедливым и не подлежащим изменению ни по доводам апелляционной жалобы осужденного, ни по доводам апелляционной жалобы законного представителя потерпевшей.
Вопреки доводам апелляционной жалобы законного представителя потерпевшей, вид исправительного учреждения – колония-поселение с самостоятельным следованием к месту отбывания наказания – соответствует требованиям ст. 58 УК РФ и ст. 75.1 УИК РФ. Предусмотренных законом оснований к изменению вида исправительного учреждения, определенного для отбывания наказания ФИО2 апелляционная жалоба законного представителя потерпевшего не содержит.
В то же время, суд апелляционной инстанции считает приговор суда подлежащим изменению по доводам апелляционной жалобы законного представителя потерпевшего в части размера компенсации морального вреда, причиненного потерпевшему преступлением. Так, из материалов дела следует, что в интересах потерпевшего его законным представителем был заявлен иск о взыскании с ФИО2 в пользу потерпевшего <данные изъяты> рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением. Удовлетворяя исковые требования в сумме <данные изъяты> рублей, суд первой инстанции не в должной мере учел обстоятельства совершенного преступления: количество, характер и локализацию телесных повреждений, причиненных ФИО2 несовершеннолетнему потерпевшему, обстоятельства длительного лишения потерпевшего свободы передвижения, причинение телесных повреждений неоднократно в течение значительного периода времени, применение при нанесении телесных повреждений предмета, использованного в качестве оружия, обстоятельства отсутствие какого-либо повода к совершению преступления со стороны потерпевшего. Также судом в полной мере не учтены и индивидуальные особенности потерпевшего, страдающего психическим заболеванием, а также установленные судом первой инстанции на основании показаний законного представителя потерпевшего К.Д.В., а также свидетелей- близких родственников и знакомых потерпевшего о существенном изменении его поведения именно в связи с совершенным в его отношении преступлением.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с осужденного, суд апелляционной инстанции учитывает также возраст, материальное положение и состояние здоровья самого осужденного, наличие у него детей. В то же время, действующее законодательство об исполнительном производстве устанавливает достаточную совокупность гарантий к ограничению предельного размера взыскания по требованиям об исполнении судебных решений, в связи с чем само по себе наличие у осужденного детей не может служить препятствием к определению справедливой денежной компенсации морального вреда, причиненного потерпевшему.
С учетом всех вышеизложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает разумной и справедливой размер компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.
Каких-либо нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, способных повлечь отмену или изменение приговора, оснований для других изменений обжалуемого приговора по доводам апелляционной жалобы как осужденного, так и законного представителя потерпевшего, судом апелляционной инстанции не установлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13 , ст. 389.20 , ст. 389.28 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
Приговор <данные изъяты> суда Красноярского края от <дата> в отношении ФИО2 изменить: Взыскать с ФИО2 в пользу К.Д.В. <данные изъяты>) рублей – в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.
В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО2, апелляционную жалобу К.Н.А. - законного представителя потерпевшего К.Д.В. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Президиум Красноярского краевого суда.
Судья Красноярского краевого суда В.М. Барсуков. Суд: Красноярский краевой суд (Красноярский край) (подробнее) Судьи дела: Барсуков Виталий Михайлович (судья) (подробнее) Судебная практика по: Преступление против свободы личности, незаконное лишение свободы Судебная практика по применению норм ст. 127, 127.1. УК РФ Доказательства Судебная практика по применению нормы ст. 74 УПК РФ