Апелляционное постановление № 22-312/2017 от 8 марта 2017 г. по делу № 22-312/2017 Калининградский областной суд (Калининградская область) - Уголовное Судья: Стригунова Г.Г. Дело № 22 – 312 2017 г.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Калининград 9 марта 2017 г.
Судья Калининградского областного суда Кузменко Е.В., при секретаре Зининой Е.А., с участием прокурора Боровик Т.А., представителя потерпевшей – адвоката Козырева В.В., рассмотрел в судебном заседании от 9 марта 2017 года апелляционную жалобу потерпевшей Б. на приговор Гусевского городского суда Калининградской области от 18 января 2017 года, которым ФИО1, <адрес> рождения, уроженка <данные изъяты>, ранее не судимая, осуждена по ст. 109 ч. 1 УК РФ к 1 году ограничения свободы; на основании ст. 53 ч. 1 УК РФ ей установлены ограничения – не выезжать за пределы территории муниципального образования «Гусевский городской округ», не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденной наказания в виде ограничения свободы; возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 2 раза в месяц для регистрации.
Заслушав выступление представителя потерпевшей Б. – адвоката Козырева В.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение прокурора Боровик Т.А. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции
ФИО2 признана виновной в том, что 24 июня 2016 года в утреннее время, находясь в своей квартире по адресу: <адрес>, в ходе ссоры с матерью Н. нанесла последней не менее двух ударов в область лица, после чего, в ходе продолжающегося конфликта, не имея умысла на причинение смерти или тяжкого вреда здоровью Н., проявляя преступную небрежность, с силой толкнула Н. руками в область груди, от чего Н. потеряла равновесие и упала навзничь, ударившись при этом головной о выступающие части печи, в результате чего скончалась на месте происшествия. Действиями ФИО3 были причинены телесные повреждения в виде <данные изъяты>, относящихся к телесным повреждениям, не повлекшим причинение вреда здоровью, а также <данные изъяты>, причинившая тяжкий вред здоровью по при знаку опасности для жизни, от которой наступила смерть Н.
В апелляционной жалобе потерпевшая Б. ссылается на незаконность и необоснованность приговора, поскольку в нем указано, что ФИО2, отталкивая от себя престарелую мать, должна была и могла предвидеть наступление общественно опасных последствия. При таких обстоятельствах вывод суда о преступной небрежности нельзя признать правильным. Кроме того, обращает внимание на тот факт, что ФИО2 нанесла матери не менее двух ударов в область лица, в результате чего образовались <данные изъяты>, а в итоге – <данные изъяты>. Обращает внимание на вывод эксперта о том, что <данные изъяты> у ее матери Н. образовалась в результате не менее двух травматических воздействий, при этом не исключена возможность как прямого удара травмирующим предметом, так и удара о травмирующий предмет. Однако и предварительное следствие, и суд свели все преступные действия ФИО2 к толчку с последующим падением потерпевшей. Считает, что следствие проведено поверхностно и необъективно. Выражает несогласие с квалификацией действий ФИО2, полагая, что она виновна, по меньшей мере, в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 4 УК РФ. Указывает, что об умысле Озорниной на причинение тяжкого вреда здоровью матери свидетельствуют обстоятельства совершенного преступления, а именно то, что она с силой толкнула престарелого человека, инвалида, который при этом стоял спиной к печке с металлической дверцей. Сама ФИО2 первоначально не отрицала своей осведомленности о том, что мать плохо передвигалась, ходила с палочкой, у нее были больные суставы, поэтому она понимала, что мать может упасть, однако не думала об этом. Эти обстоятельства свидетельствуют о наличии у ФИО2 косвенного умысла на причинение тяжких телесных повреждений или на убийство. В связи с изложенным считает, что суд должен был в соответствии со ст. 237 УПК РФ возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствие к его рассмотрению, поэтому просит приговор отменить.
В возражениях на апелляционную жалобу адвокат Е. в защиту интересов осужденной ФИО2 указывает, что умысел на причинение тяжкого вреда здоровью Н. у ФИО2 установлен не был, поэтому приговор является законным и обоснованным, Просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Государственный обвинитель А. в возражениях на апелляционную жалобу также указывает, что умысел Озорниной на совершение преступлений, предусмотренных статьями 105 УК РФ или 111 УК РФ, подтверждения не нашел. Квалификация действий ФИО2 по ст. 109 ч. 1 УК РФ является правильной. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшей Б. – без удовлетворения.
Проверив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения приговора не находит.
Виновность ФИО2 в причинении смерти по неосторожности своей матери Н. установлена и подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе, показаниями самой осужденной, полностью признавшей свою вину и пояснившей, что в ходе ссоры она дважды ударила мать ладонью по лицу, однако мать продолжала толкать ее, заставляя лечь спать. Она, желая покинуть квартиру, с силой оттолкнула от себя мать, стоявшую около входной двери в комнату спиной к печи, и вышла из комнаты, сразу услышав сильный грохот, а затем крик матери о помощи. Самого падения она не видела. Войдя в комнату, она обнаружила, что мать лежит на полу возле печки, под головной у нее много крови. О случившемся она по телефону сообщила Ж., который пришел и помог ей вызвать «Скорую помощь». Толкая мать, она преследовала только цель покинуть квартиру, какого-либо вреда здоровью матери причинять не хотела и не предполагала, что мать упадет.
Оснований не доверять показаниям осужденной не имеется, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу.
Так, осмотром места происшествия от 28 июня 2016 года установлено, что в помещении комнаты в квартире № дома № по <адрес>, где проживала Н., находится печь, обложенная плиткой. На передней стороне печи имеются две небольшие дверцы, расположенные друг над другом, с выступающими элементами – ручками и засовом. У основания печи – порог, высотой около 5 сантиметров и выступающий от печи на расстояние около 5 сантиметров. Примерно в 25 сантиметрах от левого края основания печи обнаружено пятно темно-коричневого цвета, на нижней дверце печи в области запорного устройства обнаружены следы, напоминающие кровь, у основания нижней дверцы печи у правого нижнего края также обнаружены следы вещества красно-коричневого цвета.
Согласно заключению эксперта в смыве с основания печи обнаружена кровь человека, которая могла произойти от Н.
В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы смерть Н. наступила в результате <данные изъяты>, которая образовалась в результате не менее двух травматических воздействий тупыми твердыми предметами с местами приложения силы в левой височной области головы и теменно-затылочной области головы слева, и могла образоваться как от прямых ударных воздействий травмирующих предметов, так и при ударах о таковые, возможно при падении с предшествовавшим ускорением, как от одного воздействия, так и в результате их последовательной совокупности, незадолго до смерти, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью и относится к телесным повреждениям, повлекшим за собой причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.
При проведении проверки показаний на месте ФИО2 подробно рассказала об обстоятельствах конфликта с матерью и на манекене продемонстрировала механизм нанесения Н. ударов по щеке и толчка руками в грудь. Данное следственное действие было проведено с участием судебно-медицинского эксперта П., который в экспертизе сделал вывод о том, что повреждения у Н. могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО2 в ходе проверки показаний на месте.
Довод апелляционной жалобы о том, что нанесенные ФИО2 удары в область лица повлекли у Н. <данные изъяты>, а в итоге – <данные изъяты>, не соответствуют показаниям осужденной о том, что удары ею наносились не в височную область, а по лицу. Кроме того, согласно выводам экспертизы ссадины на лице ФИО2 образовались от скользящего воздействия тупых твердых предметов с ограниченной узко-заостренной контактирующей поверхностью, каковыми могли являться ногти рук, незадолго до смерти, они не состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью и обычно у живых лиц относятся к телесным повреждениям, не повлекшим за собой причинения какого-либо вреда здоровью.
Таким образом, оснований считать, что нанесенные ФИО2 по лицу Н. удары, имевшие место до повлекшего падение толчка потерпевшей в грудь, способствовали образованию тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть Н., не имеется.
Основания сомневаться в объективности выводов судебно-медицинской экспертизы отсутствуют.
Вывод эксперта о том, что <данные изъяты>, повлекшая смерть, образовалась в результате не менее двух травматических воздействий с местами приложения силы в левую височную область головы и в теменно-височную область головы слева также не свидетельствует об умышленном нанесении осужденной ударов, повлекших тяжкий вред здоровью Н., поскольку, учитывая конструкцию печи – ее выступающие детали и основание, экспертом не исключается образование двух травматических воздействий в область головы Н. при ее падении от толчка ФИО2 при обстоятельствах, которые в присутствии эксперта были воспроизведены осужденной в ходе проверки показаний на месте.
Ссылки в апелляционной жалобе потерпевшей Б. на престарелый возраст Н. и ее состояние здоровья также не свидетельствуют о наличии у ФИО2 умысла на убийство матери или на причинение ей тяжкого вреда здоровью.
Вопреки доводам жалобы, указание в приговоре на то, что ФИО2 должна была и могла предвидеть наступление общественно опасных последствий, не противоречит квалификации ее действий, поскольку преступление, совершенное по неосторожности в форме небрежности характеризуется тем, что лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия. Именно на это и указал суд в приговоре при описании преступного деяния ФИО2.
Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы основанием для отмены приговора не являются.
Дав объективную оценку всем доказательствам, суд сделал обоснованный вывод о том, что смерть Н., наступившая от <данные изъяты>, образовавшейся в результате падения и удара головой, не охватывалась умыслом ФИО2, и правильно квалифицировал действия ФИО2 по ст. 109 ч. 1 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.
Наказание Озорниной назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ и является справедливым. Оснований считать его чрезмерно мягким или чрезмерно суровым у суда апелляционной инстанции не имеется.
Процессуальных нарушений, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20 , 389.28 и 389.33 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
Приговор Гусевского городского суда Калининградской области от 18 января 2017 года в отношении ФИО1, осужденной за совершение преступления, предусмотренного ст. 109 ч. 1 УК РФ, оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшей Б. – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Калининградский областной суд.
Председательствующий: Кузменко Е.В. Суд: Калининградский областной суд (Калининградская область) (подробнее) Судьи дела: Кузменко Елена Владимировна (судья) (подробнее) Судебная практика по: По делам об убийстве Судебная практика по применению нормы ст. 105 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Судебная практика по применению нормы ст. 111 УК РФ