ФИО2 обратился в суд с иском, в дальнейшем уточненном, к ЗАО «Новатор» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 200 000 руб.
В обоснование иска указал, что работал в ЗАО «Новатор» на строительном объекте <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ в период с <данные изъяты> при работе с электроинструментом получил производственную травму.
Истец, представитель истца - ФИО14 в судебное заседание явились, иск поддержали.
Представитель ответчика – ФИО15 в судебное заседание явилась, против иска возражала. Прокурор – ФИО16 в судебное заседание явилась, полагала иск подлежащим отклонению.
Суд, выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что иск не подлежит удовлетворению, исследовав представленные по делу доказательства, полагает, что в удовлетворении исковых требований должно быть отказано.
В соответствии с абзацами 4, 15 пункта 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.
Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (пункт 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 1 статьи 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
В соответствии со статьей 3 указанного Закона под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных названным Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Из положений ч. 1 ст. 237 ТК РФ следует, что моральный вред возмещается работнику в денежной форме в случае его причинения неправомерными действиями или бездействием работодателя.
Из правового содержания вышеуказанных норм следует, что обязанность компенсации морального вреда возлагается на работодателя при наличии его вины в причинении вреда работнику.
Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.
Из материалов дела следует, что ФИО2 работал в ЗАО «Новатор» <данные изъяты> в соответствии с трудовым договором <данные изъяты> (л.д. 42).
Работа в данной специальности не предполагает работу с электроинструментом. Согласно журналу учета выдачи электроинструмента ДД.ММ.ГГГГ электроинструмент истцу не выдавался. Рабочий день для данного работника установлен <данные изъяты> Доказательств того, что работодатель поручал истцу работу за пределами рабочего времени и не по его специальности, в деле не имеется.
Оснований находиться на работе после <данные изъяты> у истца не имелось.
Акт формы <данные изъяты> не является безусловным доказательством оснований иска, поскольку суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч.1 ст. 67 ГПК РФ ).
Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч.2 ст. 67 ГПК РФ ).
Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.3 ст. 67 ГПК РФ ).
Согласно пункту 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации, Расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства: относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев, соответствуют ли обстоятельства, сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации, произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться, как не связанные с производством и иные обстоятельства.
Следовательно, при рассмотрении настоящего дела для квалификации несчастного случая, как связанного с производством, необходимо установить, что событие, в результате которого работник ФИО2 получил повреждение здоровья, должно было произойти в рабочее время и в связи с выполнением последним действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, либо совершаемых в его интересах.
Как следует из выписки из медицинской карты № травматологического отделения <данные изъяты> № ФИО2 обратился в травматологическое отделение ДД.ММ.ГГГГ в <данные изъяты> тип травмы – <данные изъяты>, причина со слов потерпевшего – «<данные изъяты>» (л.д. 41).
Согласно ответу на запрос суда из <данные изъяты>. ФИО17» <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 за медицинской помощью не обращался.
Согласно табелю учета рабочего времени за <данные изъяты> года ФИО2 не являлся на работу с ДД.ММ.ГГГГ по невыясненным причинам (л.д. 55) Со стороны ЗАО «Новатор» ФИО2 высылалось уведомление с просьбой сообщить причину отсутствия на рабочем месте (л.д. 25).
Из акта о несчастном случае на производстве, на который ссылается истец, следует, что выводы инспектора основаны только на утверждениях истца. Материалы расследования не содержат документы, подтверждающие обстоятельства несчастного случая.
Кроме того, в материалах расследования несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 имеется особое мнение консультанта отдела страхования профессиональных рисков от ДД.ММ.ГГГГ (л. д. 159) Опрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 показал, что истец приходится ему сыном, который получил травму на объекте <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> Скорую помощь не вызывал т.к. находился в шоковом состоянии. Лично он не видел как это произошло.
Свидетель ФИО4 показал, что истец является ему родственником, с <данные изъяты> ему позвонил ФИО3 и попросил отвезти ФИО9 в травмпункт. Он приехал на <данные изъяты> через 15 минут и отвез их в травмпункт на <данные изъяты>, где истцу оказали первую помощь.
Свидетель ФИО5 показал, что истец работал с <данные изъяты> года плотником, ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 получил травму.
Свидетель ФИО6 показал, что показал, что с истцом работали вместе один год в разные вахты, ему позвонил кто-то из рабочих и сообщил о происшествии, дату он не помнит, ФИО9 работал плотником.
Свидетель ФИО7 показал, что знает истца по работе, график с <данные изъяты> с <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ он не видел истца на работе.
Свидетель ФИО8 показал, что истец работал бетонщиком 3 разряда, ДД.ММ.ГГГГ истец не работал, рабочий график с <данные изъяты>, работа бетонщика не предполагает работу с электроинструментом, выдача электроинструмента фиксируется в журнале, на стройке имеется два турникета,у каждого работника есть магнитный пропуск, указания оставаться после работы ДД.ММ.ГГГГ истцу не давались.
Оценив вышеуказанные доказательства в своей совокупности, суд полагает, что показания свидетелей со стороны истца находятся в противоречии с показаниями свидетелей со стороны ответчика, а также противоречат иным имеющимся в деле письменным доказательствам, в то время как показания свидетелей со стороны ответчика последовательны, непротиворечивы и согласуются как с письменными доказательствами по делу, так и с первоначальными показаниями самого истца, данными им при обращении в травматологический пункт, согласно которым он поранился «на халтуре».
Совокупность указанных доказательств не позволяет считать доказанным доводы истца о том, что он получил травму, выполняя трудовую функцию по указанию работодателя в рабочее время.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12 , 56 , 67 , 194 - 199 ГПК РФ , суд
Исковые требования ФИО2 к Закрытому акционерному обществу «Новатор» о компенсации морального вреда, судебных издержек оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.
Судья: Суд: Приморский районный суд (Город Санкт-Петербург) (подробнее) Судьи дела: Феодориди Надежда Константиновна (судья) (подробнее)