ФИО2 совершил умышленное причинение смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах: В период времени с 14 часов до 15 часов 51 минуты 26 июня 2016 года ФИО2, находясь во дворе <адрес>, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений с ФИО1, действуя умышленно, с целью убийства последнего, нанес ФИО1 не менее девяти ударов ножом в область передней поверхности грудной клетки, передней поверхности брюшной полости, правого предплечья, боковой поверхности туловища слева, левого плеча, шеи, а также не менее шести ударов руками и ногами в область правого предплечья, левого плеча, правой кисти и левой голени, чем причинил потерпевшему ФИО1 телесные повреждения в виде кровоподтека правого предплечья, ссадин левого плеча в верхней трети и средней трети, правой кисти, левой голени, которые у живых лиц обычно квалифицируется как повреждение, не причинившее вреда здоровью, и не имеет причинной связи с наступлением смерти; резаных ран шеи (раны № 1, 2, 9), которые у живых лиц обычно квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, и не имеют причинной связи с наступлением смерти; колото- резаных ран боковой поверхности туловища слева, правого предплечья, левого плеча (раны № 5, 7, 8), которые у живых лиц обычно квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья и не имеют причинной связи с наступлением смерти; проникающей колото-резаной раны (рана № 6) с повреждением брыжейки тонкого кишечника, гемоперитонеума 100 мл, которое у живых лиц обычно квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и не имеет причинной связи с наступлением смерти; проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл, которые в своей совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и сами по себе приведшие к смерти, тем самым убив его.
Смерть ФИО1 наступила от обильной кровопотери в результате проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл.
По делу потерпевшей Х.Р.М. заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда.
В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину в предъявленном обвинении признал частично и показал о том, что 26 июня 2016 года ближе к обеду или после обеда, точное время не помнит, он находился дома, смотрел в комнате телевизор, был трезвый. В доме также находились его мама, сестра Свидетель №2 и племянники. Затем он услышал, что сестра ругается с сожителем ФИО1, который зашел в дом. Спустя некоторое время он услышал шум на улице, подошел в кухне к окну и увидел ФИО1 уже во дворе дома, который что-то говорил сестре. Он на кухне стал чисть кухонным ножом лук. Через некоторое время услышал звон разбитого стекла, увидел, что ФИО1 разбил стекло в окне. Он вышел на улицу, чтобы успокоить ФИО1, стал ему говорить, чтобы он шел домой отсыпаться. В ответ ФИО1 стал высказываться в его адрес нецензурной бранью, кинулся на него, ударил кулаком в живот, хотел схватить его за шею. Он стал наносить ФИО1 удары ножом, который находился в его правой руке. Этим ножом дома он чистил лук, и с ним машинально вышел из дома, забыв о том, что он в руках. Каким образом он наносил удары ножом ФИО1, сколько ударов и куда именно их нанес, он не помнит, все происходило как во сне. Затем помнит, что на улицу выбежали сестра и мать, они что-то ему сказали, и он отошел от ФИО1. Он зашел в дом, помыл руки, взял сумку и поехал в <адрес> в отдел полиции, чтобы рассказать о случившемся, но до отдела полиции не дошел. Он находился около магазина <данные изъяты> когда ему позвонили сотрудники полиции и поинтересовались, где он находится. Он сообщил им о своем местонахождении и его доставили в отдел полиции. Вину признает частично, убивать ФИО1 он не хотел, почему все так произошло, сказать не может, сожалеет о случившимся, в содеянном раскаивается.
В ходе предварительного следствия ФИО2 показал о том, что его родная сестра Свидетель №2 состояла в отношениях с ФИО1, она была от него <данные изъяты> ФИО8 постоянно ссорился с сестрой на почве злоупотребления спиртными напитками. Из-за поведения ФИО1 сестра пришла жить домой. ФИО1 часто приходил к ним домой, устраивал скандалы, выбивал стекла в доме, бил <данные изъяты> Свидетель №2, пытался несколько раз избивать его самого. 26 июня 2016 года ФИО1 в очередной раз пришел к ним домой в послеобеденное время, при этом находился в состоянии алкогольного опьянения, и стал скандалить. ФИО1 сначала зашел в дом, стал выражаться нецензурной бранью, после чего вышел на улицу. Они закрыли дверь на щеколду, чтоб он не смог зайти. ФИО1 стал стучать в окно, разбил стекло в окне дома. При этом говорил, что хочет поговорить с Свидетель №2. Она его боялась, говорила, что не будет с ним разговаривать. В это время он решил выйти на улицу, почистить лук, чтобы отвлечься. Он вышел на улицу, ФИО1 стоял на улице за углом крыльца. В это время ФИО1 пошел к нему навстречу, а у него в руках был нож. Он сказал ФИО1, чтобы он успокоился и ушел со двора. ФИО1 ударил его в живот кулаком, а также хотел схватить за шею, но он отодвинулся от него, при этом отмахивался от него руками. Нож у него находился в правой руке. Затем он обхватил его сзади, и как именно он держал ФИО1 и куда именно наносил удары, количество ударов, не помнит. Он не понимал, что происходит, был в шоке. После того как ФИО1 упал, он зашел в дом, взял свои вещи. Куда он положил нож, не помнит, но на нем была кровь. Он пошел сторону дороги, чтобы поймать попутную машину и поехать в отдел полиции, чтобы рассказать о случившемся (т.1 л.д. 124-126, 129-132).
Виновность подсудимого ФИО2 в содеянном помимо его показаний, подтверждается следующими доказательствами: показаниями потерпевшей Х.Р.М. в суде о том, что ФИО1 ее сын. Он вместе с сожительницей Свидетель №2 проживал у них в доме. У сына были алкогольные запои, но не так часто. Свидетель №2 говорила ей, что сын скандалит с ней. 25 июня 2016 года Свидетель №2 ушла к матери. 26 июня 2016 года в 10 часов сын ушел искать свой телефон, который где-то потерял, спросил деньги 100 рублей, хотел выпить. Она поняла, что сын начинает пить, он ушел, куда не сказал, больше она его не видела. Через какое-то время она перезвонила ему, он сказал, что идет домой. Спустя еще какое-то время ей позвонила Свидетель №2 и сказала, что кто-то кого-то порезал. Они с мужем приехали к дому ФИО21 и обнаружили сына, лежащего на земле, он был мертв. Исковые требования поддерживает в полном объеме; показаниями свидетеля Свидетель №1, которые практически полностью согласуются с показаниями потерпевшей Х.Р.М.; показаниями свидетеля Свидетель №2 в суде о том, что с ФИО1 она проживала около трех лет, у <данные изъяты> Они с ФИО1 жили у его родителей. Когда ФИО1 не употреблял спиртное, отношения между ними были очень хорошие. Когда ФИО1 уходил в алкогольные запои, между ними происходили ссоры, в ходе которых он распускал руки, бил ее. 24 июня 2016 года ФИО1 запил. Она в то время была <данные изъяты>, забрав детей, ушла жить к матери. 26 июня 2016 года около 15 часов он, находясь в состоянии алкогольного опьянения, пришел домой к матери. Вместе с ним пришел Свидетель №8, который через некоторое время ушел. Она не стала его пускать, он стучал в дверь, ребенок открыл ее и ФИО1 зашел в дом и стал с ней ругаться. Она говорила ему, чтобы он уходил, он не слушал, размахивал перед ней руками. Ее мама просила его успокоиться, говорила, что зачем ругаешься с <данные изъяты>, он ее оттолкнул. Затем ФИО1 предложил поговорить с ней на улице, они стали выходить из дома, он шел первым, и когда он вышел во двор, она закрыла за ним дверь. ФИО1 стал стучать в окно, разбил стекло в окне. После этого ее брат ФИО2, который в это время находился дома, вышел на улицу к ФИО1, она в это время зашла в дом. ФИО2 разговаривал с ФИО1 минут 10, как они разговаривали, она не видела. Затем она увидела в окно, что ФИО2 повалил ФИО1 на землю, в руках у него был кухонный нож, и он наклонился над ним. Увидев все это, она и мать выбежали на улицу, стали оттаскивать ФИО2, при них удары ФИО1 он не наносил. Она увидела у ФИО1 кровь на животе. ФИО2 испугался, выбросил нож во дворе. Состояние у него было странное, в таком состоянии она его никогда не видела. Она стала вызывать скорую помощь, но не смогла это сделать со своего телефона, побежала к соседям, затем вернулась обратно, вызвала скорую помощь. ФИО2, взяв сумку, ушел. Когда приехали сотрудники полиции, они позвонили ему на сотовый телефон, и он сообщил им, где находится. В тот день ФИО2 был трезвый, ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения. С ним невозможно было разговаривать в таком состоянии. ФИО2 до прихода ФИО1, видимо, что-то готовил и с ножом в руках вышел на улицу. О том, что произошло между ними, ФИО2 не рассказывал. ФИО2 спиртное не употребляет, никогда ни с кем не ругался, ни дрался; показаниями свидетеля Свидетель №3 в суде о том, что ФИО2 ее сын, Свидетель №2 ее дочь. ФИО2 проживал с ней, дочь стала проживать с ними с 24 июня 2016 года, потому что она была <данные изъяты> ФИО1 же находился в состоянии алкогольного запоя, во время которого ведет себя агрессивно. 26 июня 2016 года около 14 часов ФИО1 пришел вместе с Свидетель №8 к ним во двор дома через огород, ворота во двор были закрыты. Он постучал в дом, попросил дать ему сигарет и Свидетель №2 ему вынесла. ФИО1 уже находился в состоянии алкогольного опьянения, а также они распивали спиртное еще во дворе. Потом он постучал, попросил дать рюмку. Свидетель №2 просила его уйти, но он ее не слушал. Он пытался при ней ударить <данные изъяты> дочь. В это время в доме кроме нее и Свидетель №2, также находились ФИО2, и дети. Через какое-то время она увидела, что ФИО1 через разбитое окно пытается ударить Свидетель №2, как разбилось стекло, она не слышала, так как у нее проблемы со слухом. Она говорила ФИО1, чтобы он уходил, но он ее не слушал. Она не знала что делать, ходила по дому, и в какой-то момент увидела в окно, что ФИО2 с ФИО1 во дворе, и что ФИО2 повалил его на землю. Свидетель №2 выбежала на улицу, она за ней следом. Они пытались оттащить ФИО2 от ФИО1, но он был как сам не свой. Он в руках держал окровавленный нож, ФИО1 он больше не бил, у ФИО8 на одежде была кровь. Состояние у сына было странным, таким нервным она его никогда не видела, при этом он был абсолютно трезв. ФИО1 был еще жив, Свидетель №2 побежала за помощью. Потом ФИО2 взял рюкзак и ушел, ФИО1 уже был мертв. Нож, которым ФИО2 порезал ФИО1, был на кухне, он его помыл, затем помыла она, но следы крови остались. ФИО2 всегда был спокойным, миролюбивым человеком. Считает, что его вывел из себя очередной скандал, который устроил ФИО1. ФИО2 часто видел, что ФИО1 бьет Свидетель №2, сын любит сестру и племянников; показаниями свидетеля Свидетель №8 в суде о том, что 26 июня 2016 года в обеденное время он находился на речке, пил пиво. Пришел ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения, они с ним искупались. Затем ФИО1 попросил проводить его до дома ФИО21, сказал, что нужно поговорить с Свидетель №2, которая <данные изъяты>, по поводу будущего <данные изъяты>. Они зашли во двор дома ФИО21 со стороны огорода. ФИО1 постучал в дверь, открыла Свидетель №2, она стала ему говорить, зачем он пришел. Разговор между ними происходил на повышенных тонах. ФИО1 спросил у нее сигареты, она вынесла ему 3 сигареты. ФИО1 дал ему сигарету, и он ушел домой. На следующий день он узнал, что ФИО2 зарезал ФИО1; показаниями свидетеля Свидетель №4 в суде о том, что 26 июня 2016 года после обеда от жителей села ему стало известно, что убили ФИО1. Его попросили помочь отвезти тело ФИО1 в морг. Они с братом приехали к дому ФИО21, зашли во двор, ФИО1 лежал на земле, на теле в области груди были раны, запекшаяся кровь. Сообщили, что ранения ФИО1 нанес ФИО2. Он был удивлен, поскольку за несколько дней до случившегося вместе с ФИО2, ФИО1 они разбирали сарай и отношения между ними были нормальные; показаниями свидетеля Свидетель №6 в суде о том, что 26 июня 2016 года около 11 часов она видела, что ФИО1 шел от дома родителей, он не был в состоянии алкогольного опьянения; показаниями свидетеля Свидетель №5 в суде о том, что 26 июня 2016 года около 14 часов она видела ФИО1, он шел мимо ее дома в сторону дома родителей, он поздоровался с ней, помахал рукой. В каком состоянии он находился, она не знает. Затем через некоторое время она проходила мимо дома ФИО21, там находились родители ФИО1, стояла скорая помощь. Она поинтересовалась, что случилось, и кто-то из жителей сообщил, что ФИО2 зарезал ФИО1. У ФИО1 были случаи, что употреблял спиртное несколько дней, сведения о том, что ФИО2 ранее дрался и хулиганил, ей неизвестны; показаниями свидетеля Свидетель №7 в суде о том, что он ранее проживал с Свидетель №2, у них имеется совместный <данные изъяты> От Свидетель №2 ему известно, что были случаи, что ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения избивал Свидетель №2, она показывала ему синяки. ФИО2 по характеру спокойный, иногда бывает нервным. От жителей села ему стало известно, что ФИО1 умер от ножевых ранений, обстоятельства произошедшего, ему неизвестны; протоколом осмотра места происшествия от 26 июня 2016 года, фототаблицей к нему, согласно которым осмотрен участок местности, расположенный во дворе <адрес>, а также труп ФИО1, <данные изъяты>. В ходе осмотра места происшествия изъяты 4 ножа. В ходе осмотра трупа ФИО1 обнаружены колото-резаные ранения в области грудной клетки, брюшной полости, а также следы крови на одежде потерпевшего (т.1 л.д.26-39); протоколом явки с повинной от 26 июня 2016 года, в котором ФИО9 сообщил о совершенном им преступлении, а именно о том, что 26 июня 2016 года в обеденное время он находился дома вместе со своей семьей, когда к ним пришел пьяный сожитель его сестры Свидетель №2 – ФИО1., который стал оскорблять Свидетель №2, маму, племянников. На просьбы успокоиться он не реагировал, в связи с чем, его выгнали на улицу. Когда он вышел сам, чтобы успокоить ФИО1, то последний ударил его кулаком в живот. Он, испугавшись, что ФИО1 сделает ему еще что-нибудь плохое, ударил его несколько раз в грудь рукой, в которой держал нож. После его ударов ФИО1 упал на землю. Он понял, что совершил противоправное деяние, собрался и направился в отдел полиции. Когда он уходил, то ФИО1 был еще жив (т.1 л.д. 63); заключением эксперта № от 19 июля 2016 года, согласно которому при исследовании трупа ФИО1 обнаружены телесные повреждения: в виде проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл, которые образовались незадолго до момента наступления смерти от действия колюще-режущего предмета и в своей совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и сами по себе приведшие к смерти; в виде проникающей колото-резаной раны (рана № 6) с повреждением брыжейки тонкого кишечника, гемоперитонеума 100 мл, которое образовалось незадолго до момента наступления смерти, от действия колюще-режущего предмета и у живых лиц обычно квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека и не имеет причинной связи с наступлением смерти; в виде колото-резаных ран боковой поверхности туловища слева, правого предплечья, левого плеча (раны № 5, 7, 8), которые образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия колюще-режущего предмета и у живых лиц обычно квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья и не имеют причинной связи с наступлением смерти; в виде резаных ран шеи (раны № 1, 2, 9), которые образовались незадолго до момента наступления смерти, от действия предмета с острым краем и у живых лиц обычно квалифицируются как повреждения, причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, и не имеют причинной связи с наступлением смерти; в виде кровоподтека правого предплечья, ссадин левого плеча в верхней трети и средней трети, правой кисти, левой голени, которые образовались незадолго до момента наступления смерти от действия тупого твердого предмета или при ударе о таковой и у живых лиц обычно квалифицируется как повреждение, не причинившие вреда здоровью, и не имеет причинной связи с наступлением смерти; в виде ссадин правой стопы и правой голени, которые образовались в срок за 3-5 суток до момента наступления смерти от действия тупого твердого предмета или при ударе о таковой и у живых лиц обычно квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью, и не имеют причинной связи с наступлением смерти.
Смерть ФИО1 наступила от обильной кровопотери в результате проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл.
Все телесные повреждения имеют прижизненный характер.
Между телесными повреждениями в виде проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и права с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл и наступлением смерти имеется причинно-следственная связь.
После получения телесных повреждений в виде проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл, смерть ФИО1 наступила через промежуток времени до нескольких минут.
В момент получения телесных повреждений в виде колото-резаных ран и резаных ран № 1, 2, 3, 4, 6, 7 ФИО1 мог находиться как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, передней поверхностью туловища по отношению к силе воздействия ударов.
В момент получения телесных повреждений в виде колото-резаных ран и резаных ран № 5, 8, 9 ФИО1 мог находиться как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, левой боковой поверхностью туловища по отношению к силе воздействия удара.
После получения телесных повреждений в виде проникающих колото-резаных ран (раны № 3, 4) передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры справа, гемоперикардиума 150 мл, правостороннего гемоторакса 1600 мл, ФИО1 мог самостоятельно передвигаться и совершать активные действия в период времени до нескольких минут.
При судебно-химическом исследовании крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,6 %, что соответствует тяжелой степени алкогольного опьянения (т.1 л.д. 49-54); протоколом проверки показаний на месте от 06 июля 2016 года, согласно которому обвиняемый ФИО2 на месте совершения преступления, а именно во дворе <адрес>, показал как он взял нож в кухне дома и вышел с ним во двор дома, место, где между ним и ФИО1 произошел конфликт, месторасположение его и ФИО1, как наносил первый удар ножом, держа его в правой руке, подробности нанесения других ударов ножом, пояснить не смог, так как не помнит. Также ФИО2 показал окно, которое разбил ФИО1 (т.1 л.д. 184-194); протоколом выемки от 04 июля 2016 года, из которого следует, что в судебно-медицинском морге изъяты вещи, в которых находился труп ФИО25 образец крови, два лоскута кожи (раны № 3 и № 6) и фрагмент кости от трупа (т.1 л.д. 199-201); заключением эксперта № 452 от 08 августа 2016 года, из которого следует, что раны № 3, 6 на лоскутах кожи с передней поверхности грудной клетки слева и с передней поверхности брюшной стенки, повреждения на фрагменте грудной стенки и на футболке с трупа ФИО1 являются колото-резаными, образовались от действия, вероятно, одного колюще-режущего предмета, каковым мог быть клинок представленного ножа «ТРАМОНТИНА…» из отдельного пакета.
Причинение их клинками остальных трех представленных ножей исключается. Колото-резаных повреждений на шортах и трусах ФИО1 не обнаружено (т.1 л.д. 207-213); заключением эксперта № от 30 января 2017 года, согласно которому нож, изъятый 26 июня 2016 года в ходе осмотра места происшествия по факту обнаружения трупа ФИО1 во дворе <адрес>, изготовлен заводским способом, является ножом хозяйственно-бытового назначения. Данный нож не относится к холодному оружию (т.1 л.д. 220-222); протоколом осмотра предметов от 30 января 2017 года, из которого следует, что были осмотрены одежда от трупа ФИО1 – футболка хлопковая синего цвета, шорты, плавки (трусы) мужские, три ножа, а также нож кухонный с деревянной рукоятью длиной 10,9 см, длина клинка 12,5 см, ширина от 2,0 см до 2,9 см, на левой щеке клинка имеется надпись на латинице «ТРАМОНТИНА», которые признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д. 225-227).
По ходатайству потерпевшей Х.Р.М. в качестве свидетеля была допрошена ФИО10, которая показала, что ФИО1 и ФИО2 знает как жителей села. ФИО1 выпивал, но в состоянии алкогольного опьянения не был агрессивным, о каких-либо драках с его участием она не слышала. Семья ФИО21 неблагополучная. Об отношениях в семье между ФИО1 и Свидетель №2 ей ничего неизвестно.
По заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от 12 декабря 2016 года, ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими во время совершения инкриминируемого ему деяния, не страдал и не страдает каким-либо психическим расстройством в настоящее время. ФИО2 в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, также не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, в его психическом состоянии в тот период не было признаков расстроенного сознания, психотической симптоматики (бреда, галлюцинаций), он был правильно ориентирован в окружающем, имел адекватный речевой контакт, следовательно, в период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО2 может понимать характер и значение уголовного судопроизводства (сущность процессуальных действий и получаемых посредством их доказательств) и своего процессуального положения (содержание процессуальных прав и обязанностей), а также обладает способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию указанных прав и обязанностей, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания. По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО2, как не страдающий психическим расстройством, в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается.
Проведенный психологический анализ позволяет сделать вывод о том, что в момент совершения инкриминируемого ему деяния ФИО2 не находился в состоянии аффекта или ином экспертно значимом эмоциональном состоянии, оказавшем существенное влияние на его сознание и поведение. Отмечаемое у него эмоциональное возбуждение способствовало снижению уровня самоконтроля и непосредственной разрядке негативных переживаний в действиях агрессивного характера, однако оно не ограничивало способность подэкспертного к произвольной регуляции деятельности в целом (т.2 л.д. 15-19).
С учетом проверенных сведений о личности подсудимого ФИО2, анализа его поведения во время совершения преступления и после него, а также в судебном заседании, суд находит заключение эксперта обоснованным, а подсудимого ФИО2 вменяемым в отношении содеянного.
Оценивая полученные доказательства, суд признает их относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточно подтверждающими виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления.
Суд квалифицирует действия ФИО2 по ч.1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.
В суде было установлено, что ФИО2 своими умышленными действиями причинил смерть потерпевшему ФИО1 в ходе произошедшей между ними ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений.
Об умысле ФИО2 на убийство ФИО1 свидетельствует характер, степень тяжести и локализация, количество телесных повреждений не менее 9, орудие преступления – нож, нанесение им ударов в жизненно-важные органы – грудную клетку, брюшную полость. Об умысле ФИО2 на лишение жизни потерпевшего ФИО1 также свидетельствует то обстоятельство, что ФИО2, нанося потерпевшему удары колюще-режущим предметом поражающего свойства – ножом, в жизненно-важные части тела – в область груди, брюшной полости, осознавал общественно-опасный характер своих действий, что посягает на жизнь ФИО1, предвидел общественно-опасные последствия, а именно тот факт, что может причинить потерпевшему телесные повреждения, не совместимые с жизнью и желал наступление этих последствий. О направленности умысла ФИО2 на причинение смерти ФИО1 свидетельствует и тот факт, что после причинения потерпевшему телесных повреждений ФИО2 мер к оказанию ему какой-либо помощи, не принял, а покинул место происшествия.
Вина подсудимого ФИО2 в умышленном причинении смерти ФИО1 объективно подтверждается показаниями самого ФИО2, не отрицавшего факта нанесения им ударов ножом ФИО1, от которых ФИО1 умер; показаниями свидетелей Свидетель №2 о том, что она увидела в окно, что ФИО2 повалил ФИО1 на землю, в руках у него был кухонный нож, и он наклонился над ним, она и мать выбежали на улицу, стали оттаскивать ФИО2, у ФИО1 была кровь на животе; Свидетель №3 о том, что ФИО2 повалил ФИО1 на землю, они пытались оттащить ФИО2 от ФИО1, ФИО2 держал в руках окровавленный нож, у ФИО8 на одежде была кровь, а также материалами уголовного дела: явкой с повинной ФИО2, протоколами осмотра места происшествия, выемки, заключениями экспертов.
Все доказательства согласованы между собой, взаимосвязаны и дополняют друг друга. Экспертизы проведены в специализированных учреждениях, экспертами, имеющими большой практический опыт, назначение экспертиз, осмотры места происшествия, изъятие вещественных доказательств, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.
Доводы подсудимого ФИО2 и его защитника о том, что он нанес удары ножом ФИО1 защищаясь, ФИО1 первым нанес ему удар кулаком в живот, убивать ФИО1 он не хотел, почему все так произошло и куда он наносил удары, сказать не может, ФИО2 не мог знать о месте расположения крупного кровеносного сосуда, повреждение которого, привело к острой кровопотере и смерти ФИО1, являются способом защиты.
ФИО2 было нанесено не менее 9 ударов ножом ФИО1, в результате которых были причинены, в том числе, две проникающие колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки слева и справа с повреждением сердца, перикарда, медиастенальной плевры, а также проникающая колото-резаная рана с повреждением брыжейки тонкого кишечника, что говорит о том, что ФИО2 нанес удары ножом в грудную клетку, брюшную полость с достаточной силой, о чем свидетельствует проникающий характер ранений.
Суд, оценивая обстоятельства, при которых было совершено преступление, в ходе ссоры, не усматривает признаков необходимой обороны либо превышения пределов необходимой обороны в действиях ФИО2, поскольку каких-либо доказательств того, что в момент нанесения телесных повреждений ФИО1, имело место общественно опасное посягательство на жизнь подсудимого, потерпевший своими действиями реально угрожал подсудимому, имелись обстоятельства, свидетельствующие о наличии реальной угрозы для жизни и здоровья ФИО2 либо его близких, находившихся в тот момент в доме, со стороны ФИО1, не установлено.
Нанесение ФИО1 удара в живот ФИО9, а также то обстоятельство, что ФИО1 хотел схватить его за шею, не свидетельствуют о том, что имела место реальная угроза посягательства на жизнь и здоровье ФИО2 и его близких со стороны ФИО1, который, находясь на улице, будучи в тяжелой степени алкогольного опьянения, не имея каких-либо предметов в руках, не представлял опасности его жизни и здоровью и его близких, в связи с чем, отсутствовали основания для возникновения у ФИО2 права на необходимую оборону.
Суд считает, что полученные доказательства согласованы между собой, взаимосвязаны и дополняют друг друга, в связи с чем, приходит к выводу о виновности ФИО2 в содеянном.
При определении вида и меры наказания подсудимому ФИО2 суд, исходя из требований ст.ст. 6 , 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности, обстоятельства, влияющие на назначение наказания, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.
Подсудимый ФИО2 по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется положительно, главой администрации удовлетворительно, на учете у врача нарколога, психиатра не состоит.
Суд учитывает, что ФИО2 ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, частичное признание им своей вины и раскаяние в содеянном, его явку с повинной, <данные изъяты>, противоправность поведения потерпевшего, что стало поводом для совершения преступления, что суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание.
Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, не имеется.
Суд также учитывает, что ФИО2 совершил преступление, относящееся к категории преступлений особо тяжких, направленное против жизни человека, представляющее особую общественную опасность, в связи с этим считает, что наказание ФИО2 следует назначить в виде лишения свободы с отбыванием наказания в исправительном учреждении, а также дополнительное наказание в виде ограничения свободы.
Назначенное наказание будет наиболее полно отвечать целям наказания: восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного, предупреждению совершения новых преступлений и будет соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено, оснований для применения положений, предусмотренных ст. 64 , ст. 73 УК РФ , суд не усматривает.
Исходя из фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, суд не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую.
Судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, признана явка с повинной, обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено, что дает основание для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ .
Учитывая правила ч.1 ст. 62 УК РФ , наказание ФИО2 не может превышать двух третей от максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.
В соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ ФИО2 должен отбывать наказание в исправительной колонии строгого режима, поскольку осуждается за совершение особо тяжкого преступления, он ранее не отбывал лишение свободы.
Потерпевшей Х.Р.М. заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба, состоящего из расходов на погребение, расходов по оплате услуг адвоката, а также о компенсации морального вреда.
Согласно ч.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными, в частности, ст. 151 ГК РФ . Суд признает право Х.Р.М. на компенсацию морального вреда, поскольку смертью сына ей, несомненно, причинены нравственные страдания.
В соответствии с ч.2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий ….
При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Суд учел, что Х.Р.М. потеряла близкого родственника – сына, а также тот факт, что гибель ФИО1 имела место в результате умышленных действий подсудимого, суд считает разумной и справедливой компенсацией морального вреда сумму <данные изъяты> рублей.
Потерпевшей Х.Р.М. заявлены также исковые требования о возмещении расходов на погребение.
Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему этим расходы.
В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
Общеизвестно, что при погребении тела человека, русскими обычаями предусмотрено его поминание, на месте захоронения согласно сложившимся традициям и обычаям предусмотрено возложение венков на могилу. Указанные обстоятельства, как общеизвестные, в силу ч. 1 ст. 61 ГПК РФ не нуждаются в доказывании.
С учетом изложенного, в состав расходов на достойные похороны (погребение) включаются как расходы по предоставлению гроба и других ритуальных предметов (в том числе, приобретение одежды для погребения), организация подготовки места захоронения, организация поминального обеда в день захоронения.
Судом установлена вина ФИО2 в умышленном причинении смерти ФИО1.
Расходы Х.Р.М. на погребение составили <данные изъяты> рублей, которые состоят из затрат на приобретение ритуальных принадлежностей для захоронения, на поминальный обед, которые подтверждены документально, представлены квитанции и чеки, подтверждающие понесенные ею расходы.
Принимая во внимание, что понесенные Х.Р.М. расходы не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению, в связи с чем, являются необходимыми для достойных похорон сына и разумными, поскольку доказательств их чрезмерности не представлено, суд приходит к выводу о наличии оснований для возмещения Х.Р.М. указанных расходов.
Потерпевшей Х.Р.М. заявлены требования о возмещении расходов на представителя.
В соответствии со ст.ст. 42 и 45 УПК РФ потерпевший и гражданский истец вправе иметь представителя.
На основании ч.3 ст. 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 УПК РФ .
Указанные расходы, подтвержденные соответствующими документами, в силу п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам как суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, и взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета (ч. 1 ст. 132 УПК РФ ).
Данных об имущественной несостоятельности ФИО2 в материалах дела не содержится, в связи с чем, процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего подлежат взысканию с осужденного.
В суд представлена квитанция, подтверждающая оплату услуг адвокату Садыкову Р.Р. <данные изъяты> рублей.
С учетом разумных пределов, исходя из проделанного представителем объема работы, сложности дела, количества судебных заседаний, в которых принимал участие представитель потерпевшего, объема оказанной юридической помощи, находит возможным, взыскать с ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в сумме <данные изъяты> рублей.
Судьбу вещественных доказательств разрешить в соответствии с требованиями, предусмотренными ст. 81 УПК РФ .
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307 , 308 и 309 УПК РФ , приговорил: признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить наказание лишение свободы на срок восемь лет с ограничением свободы на срок один год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
В соответствии с ч.1 ст. 53 УК РФ при отбывании дополнительного наказания в виде ограничения свободы установить ФИО2 следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; не выезжать за пределы муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы.
Возложить на ФИО2 обязанность: два раза в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.
Срок наказания в виде лишения свободы ФИО2 исчислять с 28 апреля 2017 года. Зачесть в срок отбывания наказания нахождение ФИО2 под стражей в период с 26 июня 2016 года по 27 апреля 2017 года.
Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения – заключение под стражу.
Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, в пользу Х.Р.М., проживающей по адресу: <адрес>, <данные изъяты> рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, <данные изъяты> рублей в счет возмещения расходов на погребение, <данные изъяты> рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя.
Вещественные доказательства, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств Бугурусланского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации: футболку хлопковую синего цвета, шорты, плавки (трусы) мужские, передать по принадлежности потерпевшей Х.Р.М.; три кухонных ножа передать по принадлежности Свидетель №2; нож кухонный с надписью на латинице «ТРАМОНТИНА», уничтожить.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, с подачей жалобы через Бугурусланский районный суд Оренбургской области.
В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, и в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих его интересы.
Судья Н.А. Зеленина Суд: Бугурусланский районный суд (Оренбургская область) (подробнее) Судьи дела: Зеленина Н.А. (судья) (подробнее) Последние документы по делу: Приговор от 23 мая 2017 г. по делу № 1(1)-48/2017 Приговор от 28 апреля 2017 г. по делу № 1(1)-48/2017 Показать все документы по этому делу Судебная практика по: Моральный вред и его компенсация, возмещение морального вреда Судебная практика по применению норм ст. 151, 1100 ГК РФ По делам об убийстве Судебная практика по применению нормы ст. 105 УК РФ