АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Челябинск 10 мая 2017 года Челябинский областной суд в составе: председательствующего судьи Гладковой С.Я., судей Кургановой Н.И., Рочева А.С, при секретаре Михалиной А.В., с участием: прокурора Бочкаревой Г.В., адвоката Голубевой Е.П., осужденного ФИО1 рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Голубевой Е.П. и осужденного ФИО1 на приговор Кусинского районного суда Челябинской области от 01 декабря 2016 года, которым 3 Я Б К И Н К.В., родившийся ***года в г.***, гражданин ***, несудимый, осужден по ч.4 ст. 111 УК РФ к семи годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима; срок наказания исчислен с 01 декабря 2016 года, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период предварительного следствия и судебного разбирательства с 11 июня 2016 года по 30 ноября 2016 года включительно; разрешен вопрос относительно вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Кургановой Н.И., изложившей содержание приговора, доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выступления осужденного ФИО1 и адвоката Голубевой Е.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб об отмене приговора, мнение прокурора Бочкаревой Г.В., полагавшей необходимым оставить приговор без изменения, считая его законным, обоснованным и справедливым, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции 2
ФИО1 признан виновным и осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшей Х.В.Х.
Преступление совершено в период с 07 по 15 апреля 2016 года в п. ***.
В апелляционных жалобах адвокат Голубева Е.П. и осужденный ФИО1, не соглашаясь с приговором, просят его отменить по всем основаниям, предусмотренным ст. 389.15 УК РФ, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение.
В обоснование своих доводов адвокат Голубева Е.П. утверждает, что приговор не соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ , поскольку уголовное дело рассмотрено с нарушением принципа состязательности сторон, судом безосновательно отклонены все ходатайства стороны защиты об исключении доказательств, полученных с нарушением уголовно-процессуального закона, о проведении по делу комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы эмоциональных состояний.
Обращает внимание, что ФИО1 ранее не судим, совершил преступление с неосторожной по отношению к последствиям формой вины, минимальный предел санкции ч.4 ст. 111 УК РФ отсутствует.
Кроме того, ФИО1 раскаялся в содеянном, принимал активное участие в расследовании совершенного преступления, без его признательных показаний не удалось бы обнаружить труп потерпевшей, установить причину смерти последней, как и само событие преступления.
Ссылаясь на пп.2,3 чЛ ст. 73 УПК РФ указывает, что ещё на стадии предварительного следствия сторона защиты заявляла ходатайство о допросе врача-психиатра Д. А.Ю., а также соседей ФИО1, по результатам допроса которых просила назначить по делу комплексную судебную психолого-психиатрическую экспертизу эмоциональных состояний, поскольку по заключению амбулаторной психиатрической экспертизы ФИО1 имеет психические и поведенческие расстройства вследствие злоупотребления алкоголем, синдром зависимости.
В удовлетворении ходатайства о назначении по делу комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы органом предварительного расследования и судом первой инстанции необоснованно отказано, несмотря на показания в судебном заседании врача-психиатра Д. А.Ю. о том, что длительное совместное проживание и уход за тяжело психически больным человеком оказывает негативное влияние на психику членов семьи, ухаживающих за таким больным.
В связи с изложенным утверждает, что сторона защиты была лишена возможности представить свои доказательства, касающиеся субъективной 3 стороны преступления, что является нарушением принципа равноправия сторон.
Также необоснованным считает отказ суда в удовлетворении ходатайства стороны защиты об исключении из перечня доказательств, как недопустимых, протоколов допроса оперуполномоченного Д. В.Т. и участкового М.В.Н., поскольку допрос сотрудников правоохранительных органов в целях воспроизводства показаний обвиняемого, что было сделано судом первой инстанции, противоречит позиции Конституционного суда Российской Федерации, отраженной в ряде определений от 16 декабря 2008 года №1080-О-П, от 13 октября 2009 года №1233-0-0 и 29 ноября 2012 года №2417-0.
В обоснование своих апелляционных жалоб осужденный ФИО1 приводит доводы, аналогичные доводам жалобы адвоката Голубевой Е.П., кроме того считает, что суд первой инстанции не разобрался в обстоятельствах дела, сделал неправильные выводы, неправильно применил уголовный закон и вынес несправедливое решение.
Полагает, что расследование уголовного дела было проведено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, ввиду его незаконного задержания 09 июня 2016 года сотрудниками правоохранительных органов на 24 часа, без предъявления обвинения, а также отказа в предоставлении ему защитника, несмотря на его эмоционально подавленное состояние.
Утверждает, что формулировка текста в протоколах его допроса в качестве подозреваемого (т.2 л.д. 5-9), в ходе проверки показаний на месте (т.2 л.д.14-22), допросов в качестве обвиняемого (т.2, л.д.36-40, 53-54, 66-69), искажена, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела.
Считает, что в ходе предварительного следствия психиатрическая экспертиза не проводилась, в нарушение ст. 5 7 УПК РФ комиссии экспертов не было, был пятиминутный осмотр врачом-психиатром в поликлинике на приеме больных, без ознакомления с материалами уголовного дела и изучения его жизненных обстоятельств. Заключение сделано спустя пять месяцев после случившегося, на основании его признательных показаний и сведений о том, что на учете у психиатра он не состоит (т.1 л.д.82-85, т.2 л.д.83-84).
Ссылаясь на показания в судебном заседании врача-психиатра Д.А.Ю., свидетелей Т. А.В., З. Н.Н. (т.З л.д.45-48, л.д.15-20) указывает, что при длительном уходе за больными с диагнозом «шизофрения» у человека может развиться психоз, когда человек, контролирующий свои действия в сознании, не в состоянии контролировать их на подсознании, то есть во сне, это называется лунатизмом. Врач-психиатр выяснял эти вопросы, но суд не дал им оценки.
Обращает внимание, что из показаний представителя потерпевшей Ш. СО. следует, что потерпевшая Х. В.Х. состояла на учете в связи с болезненным состоянием, ей был установлен патронаж. Однако для 4 чего был установлен данный патронаж, представитель пояснить не смогла, а государственный обвинитель это не выяснял.
В дополнительной апелляционной жалобе от 15 февраля 2017 года осужденный в стихах и прозе изложил свою версию случившегося, а также события из своего детства и иные обстоятельства, не имеющие процессуального значения с точки зрения относимости.
В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Коротаев А.П. просит оставить приговор без изменения, а доводы апелляционных жалоб адвоката Голубевой Е.П. и осужденного ФИО1 - без удовлетворения, поскольку выводы суда являются законными, обоснованными и мотивированными, а назначенное наказание - справедливым.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, а также возражения на них, суд апелляционной инстанции не находит оснований, предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ для отмены или изменения приговора.
Помимо явки с повинной ФИО1, полного признания вины на предварительном следствии и частичного признания им в судебном заседании объема и характера имевших место телесных повреждений, а также того, что смерть потерпевшей Х.В.Х. наступила от его действий, виновность осужденного в совершении инкриминируемого деяния объективно подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, в числе которых: протокол осмотра места происшествия и трупа с участием ФИО1, согласно которому в ходе осмотра участка лесного массива на расстоянии двух километров от автозаправочной станции, расположенной на ул. *** в п. ***, в сторону Магнитского пруда, под ветками деревьев, в месте, указанном ФИО1, обнаружен труп Х.В.Х. (т.1 л.д. 12-16); заключение судебно-медицинской экспертизы о наличии, локализации, механизме образования и степени тяжести телесных повреждений, обуженных на трупе Х.В.Х., и причине её смерти (т.1 л.д. 54-66); показания свидетеля З. П.В., в том числе - на очной ставке с подозреваемым ФИО1, о том, что видел Х.В.Х. избитой, позже, со слов ФИО1 ему стало известно об избиении последнимХ.В.Х. и её смерти; показания свидетеля М. З.С. о том, что о смерти матери Х. узнала со слов З.П.В., о чем сообщила в полицию (т.1 л.д. 148-151); и другие доказательства, содержание и анализ которых подробно изложены в приговоре. 5 Допустимость и достоверность приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывают, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и по ряду существенных моментов дополняют друг друга.
При этом все доказательства получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст.ст. 87 , 88 УПК РФ , при состязательности сторон. В соответствии с требованиями п.2 ст. 307 УПК РФ , суд привел достаточно убедительные мотивы, по которым принял доказательства стороны обвинения и отверг позицию защиты о квалификации действий осужденного по ст. 113 УК РФ .
Оценив исследованные доказательства в совокупности и правильно установив фактические обстоятельства содеянного, суд первой инстанции квалифицировал действия ФИО1 по ч.4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей Х.В.Х.
Выводы суда первой инстанции законны и обоснованны.
Соглашаясь с вводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований как для оправдания ФИО1, так и для переквалификации его действий на ст. 113 УК РФ .
Каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ему деяния, в показаниях допрошенных лиц и других доказательствах не установлено.
Согласно заключению стационарной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизе, ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, лишающим его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в период совершения инкриминируемого деяния и не страдает в настоящее время, а обнаруживает признаки психических и поведенческих расстройств вследствие синдрома зависимости от алкоголя.
Однако имеющиеся у ФИО1 изменения психики выражены не столь значительно, не сопровождаются нарушением критических и прогностических способностей. Признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности (бред, галлюцинации, помрачение сознания) в период инкриминируемого ему деяния не обнаруживал, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, поэтому он мог в период совершения инкриминируемого деяния и может в настоящее время в I j 6 полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.
В момент совершения правонарушения ФИО1 не находился в состоянии аффекта, а находился в состоянии эмоционального возбуждения на фоне простого алкогольного опьянения, которое не оказало существенного влияния на его сознание и деятельность. Действия ФИО1 были последовательными, целенаправленными, без выраженной дезорганизации. Поведение и высказывания ФИО1, а также его письменная продукция, представленная в уголовном деле (дополнительная апелляционная жалоба) не укладываются в картину какого-либо психического расстройства, а носят защитно-установочный характер с целью избежать наказания.
Стационарная судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза проведена в специализированном медицинском учреждении, надлежащими квалифицированными экспертами, имеющими длительный стаж работы по специальности, которым были разъяснены их права и ответственность, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и ст. 307 УК РФ .
Выводы комиссии экспертов основаны на тщательном исследовании личности ФИО1, материалов уголовного дела (в том числе - показаний в судебном заседании врача-психиатра Д. А.Ю.), достаточно полны, ясны, мотивированы, согласуются с выводами амбулаторной экспертизы и другими доказательствами по делу, не вызывают каких-либо сомнений и не противоречат изложенным в приговоре выводам о виновности ФИО1 и юридической оценке его действий.
При таких обстоятельствах доводы апелляционных жалоб о совершении ФИО1 инкриминируемого деяния в состоянии аффекта удовлетворению не подлежат.
Доводы жалоб о признании протоколов допросов сотрудников полиции недопустимыми доказательствами аналогичны доводам стороны защиты в суде первой инстанции и получили надлежащую оценку в приговоре.
Как следует из содержания показаний сотрудников полиции Д.В.Т. и М.В.Н. и обоснованно отражено в приговоре, допросы указанных лиц осуществлялись не с целью получения информации об обстоятельствах совершенного ФИО1 преступления, ставшей им известной в ходе оперативной работы по делу, а в целях проверки добровольности написания явки с повинной и обстоятельств обнаружения признаков состава преступления на стадии решения вопроса о возбуждении уголовного дела.
Оценив исследованные доказательства, суд обоснованно признал их допустимыми, подробно мотивировав свои выводы в приговоре. Оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает. 7 Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного, основания для признания недопустимыми доказательствами протоколов его допросов в качестве подозреваемого, обвиняемого и в ходе проверки показаний на месте, также отсутствуют.
Выводы суда первой инстанции о допустимости оспариваемых стороной защиты доказательств, в том числе - изложенных в жалобе осужденного, законны, обоснованны и разделяются апелляционной инстанцией.
Указанные в жалобе следственные действия проведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в присутствии адвоката. Протоколы следственных действий соответствуют требованиям ст.ст. 166 , 174 , 194 УПК РФ , подписаны всеми участниками и не содержат каких-либо замечаний о несоответствии их содержания фактическим обстоятельствам дела.
Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, по делу не установлено.
Уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований ст. ст. 14 - 16 УПК РФ , в состязательном процессе, судом были созданы все необходимые условия для реализации сторонами прав и исполнения процессуальных обязанностей, право защиты на представление доказательств обеспечено.
Отказ суда в удовлетворении ходатайств адвоката не свидетельствует о нарушении права на предоставление доказательств, а констатирует необоснованность заявленных им ходатайств.
Оснований сомневаться в объективности, беспристрастности суда и соблюдении принципа равноправия сторон суд апелляционной инстанции не находит.
При назначении наказания суд обоснованно, в соответствии с требованиями ст. ст. 6 , 43 , 60 УК РФ , учел характер и степень общественной опасности содеянного, фактические обстоятельства содеянного, данные о личности ФИО1, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, суд первой инстанции учел признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие у виновного малолетнего ребенка.
Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции, в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающего обстоятельства учел наличие длительной психотравмирующей ситуации, обусловленной заболеванием потерпевшей Х.В.Х., что подтверждается показаниями свидетеля Д. 8 А.Ю. в той части, что длительное проживание с Х.В.Х. негативно сказывалось на психике членов семьи, осуществляющих за ней уход.
Учитывая совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, в том числе - предусмотренных п.«и» ч.1 ст. 61 УК РФ , и отсутствие отягчающих, суд первой инстанции обоснованно применил положения ч.1 ст. 62 УК РФ . Указание при этом на ч.1 ст. 61 УК РФ апелляционная инстанция признает ошибочным, поскольку, сославшись на ч.1 ст. 61 УК РФ , суд фактически процитировал положения ч. 1 ст. 62 УК РФ , которые применены судом правомерно.
Вместе с тем, исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст. 64 УК РФ , а также оснований для применения положений ст. 73 , ч.б ст. 15 УК РФ , суд первой инстанции в отношении ФИО1 не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.
Назначенное ФИО1 наказание соразмерно тяжести и обстоятельствам содеянного, соответствует данным о личности осужденного, не является максимально возможным с учетом требований ч. 1 ст. 62 УК РФ , в связи с чем не может быть признано чрезмерно суровым и смягчению не подлежит.
Вид исправительного учреждения определен судом первой инстанции верно, в соответствии с п.«в» ч.1 ст. 58 УК РФ .
Приговор является законным, обоснованным и справедливым.
Основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.
На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13 , п.1 ч.1 ст.З 89.20 , ст.З 89.28 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
приговор Кусинского районного суда от 01 декабря 2016 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Голубевой Е.П. и осужденного - без удовлетворения. _j Председательствующий Судьи Суд: Челябинский областной суд (Челябинская область) (подробнее) Судебная практика по: Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Судебная практика по применению нормы ст. 111 УК РФ