АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Челябинск 15 мая 2017 года Челябинский областной суд в составе: председательствующего - Чистяковой Н.И., судей Зайнетдиновой С.А. и Пудовкиной Я.С., при секретаре Кочетковой Т.В., с участием прокурора Батюкова Д.Г., потерпевшей Ч.И.А., осуждённого ФИО1, защитника - адвоката Дурыманова В.П., рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя - помощника прокурора Ленинского района г. Челябинска Ковязиной А.О., апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и защитника - адвоката Дурыманова В.П. на приговор Ленинского районного суда г. Челябинска от 16 января 2017 года, которым ФИО1, родившийся***года в г. Челябинске, гражданин Российской Федерации, судимый 14 марта 2016 года мировым судьей судебного участка № 1 Центрального района г. Челябинска по ст. 322.2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 100 000 рублей, осужден по ч. 3 ст. 30 , ч. 1 ст. 105 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 06 (шесть) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде заключения под стражу, срок наказания исчислен с 25 июня 2016 года.
Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Приговор мирового судьи судебного участка № 1 Центрального района г.
Челябинска от 14 марта 2016 года постановлено исполнять самостоятельно. 2 Заслушав доклад судьи Зайнетдиновой С.А., кратко изложившей содержание приговора, существо апелляционного представления, апелляционных жалоб, выступления прокурора Батюкова Д.Г., поддержавшего апелляционное представление, осуждённого ФИО1, принявшего участие в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи, адвоката Дурыманова В.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение потерпевшей Ч.И.А., полагавшей приговор подлежащим отмене, суд апелляционной инстанции
ФИО1 признан виновным в покушении на убийство Ч.И.А., совершенном 24 июня 2016 года в Ленинском районе г. Челябинска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Ковязпна А.О., считая приговор незаконным и необоснованным, а назначенное осуждённому наказание - несправедливым, просит состоявшийся в отношении ФИО1 приговор отменить в виду неправильного применения уголовного закона, нарушения уголовно-процессуального закона, постановить новый обвинительный приговор. По мнению автора, выводы суда о признании совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, не достаточно мотивированы в приговоре. Обращает внимание, что при избрании ФИО1 меры пресечения установлено, что фактически последний был задержан 24 июня 2016 года, в связи с чем указанный день необходимо зачесть в срок наказания.
В апелляционной жалобе адвокат Дурыманов В.П., также считая приговор незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, а также несправедливости назначенного наказания, просит его отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство.
По мнению защитника, выводы суда о последовательности показаний потерпевшей Ч.И.А. не соответствуют действительности. Анализируя показания потерпевшей относительно событий произошедшего, автор указывает о том, что потерпевшая случайно выпала из окна, не удержав равновесие.
Считает, что при определении умысла в действиях ФИО1 судом оставлено без должной оценки то обстоятельство, что осуждённый удерживал потерпевшую за халат. Отмечает, что прямых очевидцев случившегося нет.
Судом не учтено физическое и психологическое состояние ФИО1 и потерпевшей в момент производства первоначальных следственных действий, поскольку, как следует из показаний Ч.И.А., в ходе первоначальных допросов она находилась в болезненном состоянии. Данное обстоя- 3 тельство в судебном заседании подтвердил следователь С. В.П. Защитник находит последовательными и непротиворечивыми показания ФИО1 об отсутствии умысла на убийство потерпевшей, некоторые противоречия в его показаниях объясняется шоковым состоянием.
Обращает внимание, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом.
Указывает, что при провозглашении приговора судом нарушен уголовно-процессуальный закон.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осуждённый ФИО1, высказывая несогласие с состоявшимся судебным решением, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство ввиду отсутствия у него умысла на совершение преступления.
Указывает, что потерпевшая Ч. И.А. своими действиями спровоцировала конфликт, в ходе которого ему, согласно заключению эксперта, был причинен легкий вред здоровью. Постановлением мирового судьи уголовное дело в отношении Ч.И.А. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ , прекращено в связи с примирением сторон. Считает, что судом необоснованно не учтено заявление потерпевшей, в котором она указывала о том, что выпала из окна случайно, не удержав равновесие из-за состояния алкогольного опьянения; угроз в её адрес высказано не было; первоначальные показания ею были даны в болезненном состоянии, что со стороны следователя на неё оказывалось психологическое давление.
Обращает внимание, что его ходатайство о признании недопустимыми ряда доказательств не разрешено.
Отмечает, что показания оперативного сотрудника С. А.Е. об обстоятельствах, ставших ему известно с его (ФИО1) слов, не могут быть положены в основу приговора.
Также указывает о нарушении уголовно-процессуального закона, допущенном судом при провозглашении приговора.
Проверив материалы дела, выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены приговора.
Анализ материалов уголовного дела показывает, что виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступного деяния установлена доказательствами, получившими надлежащую оценку в приговоре в соответствии с положениями ст. ст. 17 , 88 УПК РФ .
При этом суд дал правильную и подробную оценку всем доказательствам, представленным как стороной обвинения, так и стороной защиты, и в соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ привел убедительные мотивы, по кото- рым в основу своих выводов он положил одни доказательства и отверг другие.
Проведенный анализ и основанная на законе оценка доказательств позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного преступления и прийти к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в покушении на убийство Ч.И.А.
В судебном заседании первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемого деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 105 УК РФ , не признал, пояснял, что Ч. И.А. выпала из окна в результате несчастного случая, умысла на убийство потерпевшей у него не было. Полагает, что его действия подлежат квалификации по ст. 112 УК РФ .
В судебном заседании в соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были исследованы показания ФИО1, которые были даны им в ходе предварительного расследования.
Так, неоднократно допрошенный в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также поясняя обстоятельства совершения преступления в ходе проверки показаний на месте в присутствии адвоката, ФИО1 последовательно утверждал о совместном употреблении спиртного с потерпевшей и общими знакомыми, возникшем между ним и потерпевшей конфликте, в ходе которого Ч. И.А. небольшим молотком нанесла ему два удара по голове и в области плеча порезы осколками стекла. От ударов по голове он потерял сознание, а когда пришёл в себя, то увидел, что Ч. И.А. стоит в другой комнате у открытого окна и курит. Ч. И.А. в это время была одета в халат. Он подошел к потерпевшей, правой рукой оттолкнулЧ.И.А. в сторону оконного проема, одновременно другой рукой ухватился за её халат. Когда Ч. И.А. выпала из окна и упала вниз с высоты 4 этажа, то её халат остался у него в левой руке. Ч. И.А. какого-либо сопротивления ему не оказывала. Полагает, что находившиеся в квартире лица видели его действия, поскольку сразу выбежали из квартиры. Он посмотрел вниз из окна и увидел, что Ч. И.А. лежит на земле, к ней стали подбегать посторонние лица. Он не стал предпринимать каких-либо действий, стал дожидаться дома приезда сотрудников полиции.
Суд первой инстанции верно положил в основу приговора указанные показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого 25 июня 2016 года (т. 1 л.д. 149-152) и обвиняемого 25 июня 2016 года (т. 1 л.д. 156-158) и 18 августа 2016 года (т. 1 л.д. 177-181), в части причинения потерпевшей повреждений при обстоятельствах места и времени, указанных в обвинении, как соответствующие описанию преступного деяния, признанного судом доказанными, где он подробно указывал о количестве, механизме и локализации ударов, нанесенных потерпевшей, о взаимном расположении тел, своем последующем после совершения преступления пове- 5 дении.
Данные показания ФИО1 подтвердил в ходе проверки показаний на месте 26 июня 2016 года, а также изложил в явке с повинной 24 июня 2016 года.
Оценив указанные показания ФИО1, данные им в присутствии защитника, после разъяснения положений ст. 51 Конституции РФ, ст. 46 , 47 УПК РФ с предупреждением о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе и при последующем отказе от этих показаний, в совокупности с исследованными в судебном заседании доказательствами, суд первой инстанции обоснованно признал их достоверными, соответствующими всем представленным и исследованным в судебном заседании доказательствам, кроме того законно признал их допустимыми, поскольку эти показания получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, замечаний на содержание указанных процессуальных документов от участников следственных действий не поступало.
Всем имеющимся в показаниях ФИО1 противоречиям, касающимся его роли в совершённом преступлении, а также изменениям им своих показаний судом в приговоре дана обоснованная оценка как сделанным в целях избежания должной ответственности за содеянное путем умаления собственной роли в совершенном преступлении.
Более того, изложенные выше показания ФИО1 об обстоятельствах содеянного подтверждаются и другими доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания.
Из показаний потерпевшей Ч.И.А., данных на предварительном следствии, следует, что 24 июня 2016 года во время конфликта с ФИО1 она на почве ревности нанесла 2 удара слесарным молотком по голове последнего. После нанесенных ударов ФИО1 схватился двумя руками за голову, присел, но сознание не терял. Она ушла курить в другую комнату. Через непродолжительное время к ней подошел ФИО1 и между ними произошел словесный конфликт. При этом ФИО1 нанес ей около 4-5 ударов ладонью по волосистой части головы, от которых она испытала физическую боль. ФИО1 был по отношению к ней агрессивно настроен. Во время конфликта она стояла у подоконника, окно было открыто. Затем ФИО1 сильно толкнул её одной рукой в левое плечо в сторону открытою окна, в результате чего она перевалилась через подоконник и выпала из окна с высоты 4-го этажа на землю.
Изменения потерпевшей Ч.И.А. своих показаний в судебном заседании в интересах осужденного были оценены судом в совокупности с дру- 6 гими доказательствами и обоснованно им отвергнуты с приведением в приговоре мотивов принятого судом решения о признании их недостоверными, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.
Показаниями свидетелей Е.Е.В., Ю.Л.В., К. СИ. и Ф.К.Н. установлены обстоятельства совместного употребления спиртных напитков указанными лицами в квартире ФИО1, который совместно проживал с Ч.И.Н. и по отношению к которой применял насилие. Кроме того, из показаний свидетелей следует, что им со слов других лиц стало известно о том, что ФИО1 сбросил Ч. И.Н. из окна четвертого этажа.
Правомерно судом в качестве доказательств по делу признаны письменные материалы дела: протоколы осмотров мест происшествия, выемки и осмотра вещественных доказательств, заключения судебных экспертов, которые были исследованы в ходе судебного следствия и надлежащим образом оценены.
Согласно выводам заключения судебно-медицинского эксперта № 5794 от 08 августа 2016 года у Ч.И.А. имела место причинившая средней тяжести вред здоровью сочетанная травма тела, включающая закрытый перелом 7, 8 ребер слева, закрытый перелом лонной и седалищной костей справа со смещением отломков, гематому правой подвздошной области.
Сомневаться в правильности выводов эксперта, в том числе относительно времени причинения потерпевшей Ч.И.А. телесных повреждений, их локализации, степени тяжести у суда апелляционной инстанции нет никаких оснований. Заключение эксперта соответствует предъявляемым требованиям, содержат все необходимые данные, в том числе относительно используемых методик, подписано надлежащим лицом, выводы эксперта мотивированы и не вызывают сомнений в их обоснованности и правильности.
Содержание перечисленных и других доказательств, их анализ подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора, соответствующей требованиям закона.
Существенных противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и квалификацию его действий, в перечисленных выше показаниях свидетелей и других доказательствах не установлено. Они положены в основу обвинительного приговора правильно.
Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетелей, в части установленных судом фактических обстоятельств дела, ставить их под сомнение у суда не имелось, какой-либо заинтересованности в исходе дела, оснований для оговора осуждённого или его самооговора, суд апелляционной инстан- 7 ции не находит.
Судом первой инстанции была тщательна проверена версия осуждённого и потерпевшей об оказании давления на них со стороны следователя, и обоснованно была отвергнута как несостоятельная. Как видно из материалов дела ФИО1 разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, при допросах и проверке показаний на месте участвовал адвокат, что исключало возможность оказания на осуждённого какого-либо воздействия. Какие-либо замечания от участников следственных действий в ходе допросов, проверки показаний на месте, а также после их окончания, не заявлялись.
Кроме того, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь следственного отдела С. В.П. пояснил, что все следственные действия с участием как ФИО1, так и потерпевшей Ч.И.А., свидетелей произведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, допрашиваемым лицам были разъяснены их процессуальные права и обязанности. Никаких методов психического и физического принуждения к даче показаний к допрашиваемым лицам не применялось. Замечаний и дополнений после осуществления процессуальных действий с участием указанных выше лиц не поступало. Каких-либо жалоб от подозреваемого (обвиняемого), потерпевшей, свидетелей о недостоверности изложенных в протоколах следственных действий сведений, не заявлялось.
Из материалов уголовного дела видно, что потерпевшая повторно была допрошена 17 августа 2016 года, то есть уже после выписки из больницы, где она также подробно изложила обстоятельства произошедшего и действия ФИО1 в отношении нее, при этом каких-либо заявлений по поводу своего здоровья ей не заявлялось. В связи с чем доводы стороны защиты о том, что при допросах потерпевшая находилась в болезненном состоянии являются несостоятельными.
Выводы суда в отношении исследованных в судебном заседании протоколов следственных действий, показаний участников процесса, заключений экспертов надлежащим образом в приговоре аргументированы и разделяются судом апелляционной инстанции, так как основаны на анализе имеющихся в деле доказательств.
Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих безусловное оправдание осуждённого, переквалификации его действий на статью уголовного закона, предусматривающую ответственность за менее тяжкое преступление, в том числе на ч. 1 ст. 112 УК РФ , как об этом просили в суде апелляционной инстанции осуждённый и его защитник, или прекращение производства по делу, в ходе производства предварительного следствия допущено не было. Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями за- 8 кона. Анализ материалов судебного следствия позволяет суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что принципы состязательности и равенства прав сторон судом не нарушены, каких-либо преимуществ и льгот стороне обвинения по сравнению со стороной защиты судом не предоставлялось, также не усматривается и нарушения права осуждённого на защиту.
Объективных оснований для иной, чем дана судом, оценки исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, юридической оценки действий ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что действия ФИО1 были явно умышленными, направленными на убийство Ч.И.А.
Об умысле осуждённого свидетельствуют фактические действия ФИО1, связанные с нанесением потерпевшей не менее 5 ударов руками по голове и с выталкиванием потерпевшей с приложением физической силы из открытого окна, в условиях нахождения последней на 4-м этаже многоквартирного дома в состоянии алкогольного опьянения, что свидетельствует о том, что ФИО1 осознавал всю опасность совершаемых им действий и понимал, что в случае падения с такой высоты Ч. И.А. получит травмы, не совместимые с жизнью, что неизбежно приведет к её смерти, желал наступления смерти потерпевшей, о чем свидетельствует и поведение ФИО1, который после совершения им преступления, никаких мер к оказанию помощи потерпевшей не предпринимал.
При этом довести до конца свой умысел ФИО1 не смог по независящим от него обстоятельствам, так как ошибочно полагал, что причиненные Ч.И.А. телесные повреждения не совместимы с жизнью.
Ссылки стороны защиты на то обстоятельство, что потерпевшая Ч. И.А. явилась инициатором противоправных действий, нанесла ему телесные повреждения, причинившие легкий вред здоровью, не опровергают вышеуказанных выводов, не ставят под сомнение правильность квалификации содеянного осуждённым как покушение на убийство.
Поведение потерпевшей, безусловно, носит противоправный характер и в полной мере учтено судом при постановлении приговора, однако реальной опасности жизни и здоровью осуждённого от действий потерпевшей, применительно к установленным обстоятельствам дела, не существовало. Эти действия свидетельствовали лишь о наличии возникших личных неприязненных отношений, что само по себе не может служить основанием для переквалификации действий ФИО1 Произошедшая между осуждённым и потерпевшим 9 ссора послужила поводом для злости и агрессии со стороны ФИО1, а состояние алкогольного опьянения не позволило осуждённому правильно скорректировать свое поведение в данной конкретной ситуации.
Судом правильно установлены фактические обстоятельства дела на основании совокупности исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств и обоснованно сделан вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления в отношении потерпевшей Ч.И.А., его действия правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30 , ч. 1 ст. 105 УК РФ .
Ссылка в апелляционных жалобах стороны защиты на фактическое отсутствие у осуждённого умысла на убийство потерпевшей не основана на исследованных материалах уголовного дела и судебного производства, из которых следует, что действия осуждённого, а также иные обстоятельства совершения преступления, правильно установленные судом, указывают на активные действия осуждённого, прямо направленные на лишение жизни потерпевшей.
То обстоятельство, что ФИО1 в момент падения потерпевшей схватил её за халат, не свидетельствует об отсутствие у него умысла на убийство потерпевшей, поскольку как следует из правильно установленных судом фактических обстоятельств дела, ФИО1 уже выполнил объективную сторону преступления, а именно с приложением физической силы вытолкнул потерпевшую из открытого окна 4 го этажа многоквартирного дома.
Апелляционное представление государственного обвинителя в части отмены приговора в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, суд апелляционной инстанции оставляет без рассмотрения, поскольку в апелляционном представлении не приведено доводов в обосновании данной позиции.
Вопрос о психическом состоянии осуждённого судом исследован в порядке, установленном уголовно-процессуальным кодексом РФ. Судом решен вопрос о вменяемости ФИО1 Согласно ст. 6 УК РФ справедливость назначенного наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Данное требование закона включает обязанность суда назначить осуждённому наказание, предусмотренное санкцией статьи, по которой он признан виновным.
Эти требования закона судом первой инстанции выполнены в полной мере.
При назначении наказания суд в соответствии со ст. ст. 6 , 43 , 60 , 61 , 66 10 УК РФ учитывал характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осуждённого, а также влияние назначенного наказания на его исправление, условия жизни его семьи, правильно признал в качестве смягчающих обстоятельств частичное признание ФИО1 своей вины, явку с повинной, противоправность поведения потерпевшей Ч.И.А., явившуюся поводом для преступления.
Каких-либо обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтённых судом, судом апелляционной инстанции не установлено.
В соответствии с требованиями ч. 1.1 ст. 63 УК РФ судом обоснованно признано обстоятельством, отягчающим наказание, совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.
Данное обстоятельство приведено в качестве такового в обвинительном заключении, совершение убийства в состоянии алкогольного опьянения вменялось ФИО1 в фабуле обвинения, было установлено в судебном заседании как показаниями самого осуждённого, так и показаниями потерпевшей и свидетелей.
Кроме того, государственный обвинитель в прениях предлагал признан, это обстоятельство отягчающим наказание.
По мнению суда апелляционной инстанции, указанное состояние опьянения не позволило осуждённому правильно скорректировать своё поведение, напротив, такое состояние сняло внутренний контроль за поведением, вызвало немотивированную агрессию к потерпевшей, что и привело к совершению особо тяжкого преступления против жизни и здоровья.
Отсутствие медицинского освидетельствования на предмет нахождения ФИО1 в состоянии опьянения в момент совершения преступления не ставит под сомнение выводы суда в части признания в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения, поскольку сам ФИО1, а также потерпевшая и свидетели не отрицали того факта, что незадолго до совершения преступления ФИО1 употреблял алкоголь. В связи с чем доводы осужденного, высказанные в суде апелляционной инстанции, в этой части суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.
Учитывая изложенное, суд первой инстанции принял правильное решение о назначении осуждённому наказания в виде реального лишения свободы.
Как следует из приговора, исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, предусматривающих смягчение наказания с применением положений ст. 64 , ст. 73 УК РФ , суд первой инстанции не усмотрел, достаточно мотивировав свои выводы. Не нахо- 11 дит их и суд апелляционной инстанции.
Правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.
По мнению суда апелляционной инстанции, назначенное ФИО1 наказание полностью отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осуждённого, предупреждения совершения им новых преступлений, соразмерно тяжести содеянного и в полном объёме отвечает требованиям закона, поэтому смягчению не подлежит.
Вид исправительного учреждения определен верно.
Доводы осужденного и его защитника об оглашении лишь вводной и резолютивной частей приговора не соответствуют протоколу судебного заседания и объективного подтверждения не нашли, что также подтверждается заключением служебной проверки.
Оснований для отмены приговора суд апелляционной инстанции не усматривает, вместе с тем имеются основания для его изменения.
Так, в качестве доказательства виновности осуждённого суд в приговоре сослался на показания оперативного сотрудника полиции С. А.Е. и следователя С.В.П. в части осведомлённости об обстоятельствах преступления, ставших известными им от ФИО1 в ходе беседы с ним.
Исходя из правовой позиции, сформулированной в определении Конституционного Суда РФ от 06 февраля 2004 года №44-0, положения ст. 56 УПК РФ , подлежащие применению в системной связи с другими нормами уголовно-процессуального законодательства, не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде, относятся к недопустимым.
Эти положения справедливы и применительно к оценке допустимости показаний оперативных сотрудников полиции об обстоятельствах дела, ставших известными им из беседы (со слов) подозреваемого, обвиняемого.
В этой связи ссылка на показания свидетеля С. А.Е., оперативного уполномоченного уголовного розыска ОП «Ленинский» УМВД России по 12 г. Челябинску, а также С.В.П. - следователя СО по Ленинскому району г. Челябинска СУ СК РФ по Челябинской области, в части данных им ФИО1 пояснений об обстоятельствах совершённого преступления подлежи! исключению из приговора, что, однако, не ставит под сомнение законность, обоснованность и справедливость судебного решения в целом.
Кроме того, в силу совокупности норм, регулирующих правила исчисления размера и начала срока отбывания наказания, а именно ч. 7 ст. 302 и п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ , срок отбывания наказания лицу, содержавшемуся до постановления приговора под стражей, надлежит исчислять со дня постановления приговора с зачетом в этот срок времени содержания его под стражей со дня задержания до дня постановления приговора.
Как следует из представленных материалов уголовного дела, фактически ФИО1 был задержан 24 июня 2016 года.
В связи с чем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить период зачета в срок назначенного наказания времени содержания под стражей ФИО1 Руководствуясь ст.ст. 389.13 , 389.20 , 389.28 , 389.33 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
приговор Ленинского районного суда г. Челябинска от 16 января 2017 года в отношении ФИО1 изменить: - исключить из описательно-мотивировочной части ссылку на показания свидетелей С.А.Е. и С. В.П. как на доказательства по делу в части осведомлённости свидетелей об обстоятельствах преступления, ставших известными им от ФИО1; - в резолютивной части указать о зачете времени содержания под стражей ФИО1 с 24 июня 2016 года до 16 января 2017 года вместо ошибочно указанного с 25 июня 2016 года до 16 января 2017 года.
В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Ковязиной А.О., апелляционные жалобы осуждённого ФИО1 и адвоката Дурыманова В.П. - без удовлетворения.
Председательствующий / Судьи Суд: Челябинский областной суд (Челябинская область) (подробнее) Судебная практика по: По делам об убийстве Судебная практика по применению нормы ст. 105 УК РФ