Апелляционное постановление № 22-813/2017 от 22 мая 2017 г. по делу № 22-813/2017 Ивановский областной суд (Ивановская область) - Уголовное Дело № 22-0813 Апелляционное постановление г.Иваново 23 мая 2017 года Ивановский областной суд в составе: председательствующего судьи Герасимовой С.Е., при секретаре Параничевой Н.В., с участием: прокурора Черкасова О.Г., адвокатов Кокина А.В., Семеновского В.Б., осужденного ФИО1 с использованием систем видеоконференцсвязи, рассмотрев в открытом судебном заседании 17, 23 мая 2017 года апелляционные жалобы адвокатов Кокина А.В. и Семеновского В.Б. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Ленинского районного суда города Иваново от 20 марта 2017 года, которым ФИО1, < >, судимый, осужден по ч.1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ путём частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Ленинского районного суда города Иваново от 11 февраля 2015 года в виде 2 лет лишения свободы окончательно назначено наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,
ФИО1 признан виновным в совершении 29 ноября 2015 года незаконных приобретения и хранения без цели сбыта наркотического средства в значительном размере – вещества растительного происхождения, массой не менее 0,23 г., содержащего в составе метил 2-(1-циклогексилметил)-1Н-индазол-3-илкарбоксамидо)-3,3-диметилбутаноат (синонимы: MDMB(N)-CHM, метиловый эфир 3,3-диметил-2-(1-циклогексилметил)-1Н-индазол-3-илкарбоксамидо)бутановой кислоты), который является производным метилового эфира 3-метил-2-(1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамидо) бутановой кислоты.
Обстоятельства дела, признанные судом установленными, изложены в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Кокин А.В. просит приговор отменить, оправдать ФИО1, указывая на то, что: - доказательств того, что ФИО1 достоверно знал, что хранит именно наркотическое средство и желал этого, суду представлено не было. Сам осужденный пояснил, что найденное им вещество было похоже на не запрещенную законом ароматическую курительную смесь и попробовав ее покурить, не испытал никаких характерных ощущений; - в материалах дела представлен протокол освидетельствования ФИО3 на состояние наркотического опьянения, проведенного спустя несколько часов после употребления им найденного вещества и подтвердившего отсутствие наркотического опьянения. Кроме того, допрошенный в судебном заседании врач-нарколог С. указала, что при употреблении даже крайне незначительного количества наркотического средства его наличие в организме неизбежно определилось бы при химическом исследовании; - вывод о виновности ФИО3 в инкриминируемом преступлении суд обосновал доказательствами, добытыми с нарушением уголовно-процессуального закона: протоколом личного досмотра ФИО1, конвертом с веществом растительного происхождения, протоколом допроса ФИО3 в ходе дознания, протоколами допроса свидетелей Я., С1., Б., протоколом осмотра предметов( т. 1 л.д. 51-52). Изложенные в указанных документах сведения не соответствуют действительности и опровергаются иными доказательствами по делу.
В апелляционной жалобе адвокат Семеновский В.Б. просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор, указывая на то, что: - суд положил в основу обвинительного приговора доказательства, подлежащие исключению как недопустимые, поскольку они были получены с существенными нарушениями процессуального закона, в частности касающиеся изъятия и дальнейшего исследования вещества растительного происхождения: протокол личного досмотра ФИО1, сведения о его дальнейшем направлении на исследование; - имеющиеся доказательства опровергают наличие у ФИО3 прямого умысла на приобретение и хранение наркотических средств: сам он пояснял, что употребил часть найденного вещества, однако медицинское освидетельствование показало отсутствие признаков наркотического опьянения.
На апелляционные жалобы защитников осужденного государственным обвинителем И. были поданы возражения, в которых он просит оставить приговор без изменения, жалобы – без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса: сторону защиты, поддержавшую доводы жалоб, прокурора, полагавшего жалобы удовлетворению не подлежащими, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения приговора суда.
Выводы суда о виновности ФИО1 в незаконном приобретении и хранении наркотического средства в значительном размере при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждаются исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка, обоснованно признанными допустимыми, относимыми и в своей совокупности достаточными.
В обоснование своих выводов суд правильно сослался на оглашенные показания ФИО1 в качестве подозреваемого, данные им в ходе дознания 30 ноября 2015 г. с участием адвоката Б1.( по назначению), о том, что 29 ноября 2015 г. около 19 часов < > заметил бумажный сверток с растительным веществом, часть выкурил, используя сигарету, из которой высыпал некоторое количество табака ( 2 затяжки), затем погулял, проехал на Кохомское шоссе, около 23 час, находился в подъезде < >, где к нему подошли сотрудники полиции, спросили, что он делает в подъезде, вывели его на улицу, куда подъехали еще сотрудники полиции, провели его досмотр с участием понятых. В ходе досмотра в левом кармане пальто был обнаружен найденный им сверток. Сверток был изъят, упакован в белый конверт, где на оттиске печати участвующие лица ( в том числе и понятые ) поставили свои подписи. Понятые и он ознакомились с протоколом, его подписали. Найденное наркотическое средство оставил себе для личного потребления, хранил без цели сбыта. Вину признал полностью, раскаялся.( т. 1 л.д. 32-35). Будучи дополнительно допрошенным 26 февраля 2016 г. в качестве подозреваемого с участием адвоката Кокина А.В.( по соглашению ) указал, что хочет добавить к ранее сказанному, что в ходе проверки показаний на месте он указал место где обнаружил сверток с веществом растительного происхождения( т 1 л.д. 91-93).
Оснований не доверять данным показаниям ФИО3( за исключением курения вещества), а также полагать, что он оговорил себя, не имеется. Ковтун допрашивался в присутствии адвокатов, нарушений норм уголовно- процессуального закона при его допросах не допущено.Протоколы соответствуют требованиям уголовно- процессуального закона, их содержание прочитывалось участниками, ни перед началом допроса, ни после него от стороны защиты заявлений не поступало.
Данные показания ФИО3 подтверждаются совокупность допустимых и достоверных доказательств по делу.
При этом судом тщательно проверены доводы ФИО3 о даче им признательных показаний 30 ноября 2015 г. в результате незаконных методов ( был введен в заблуждение дознавателем и адвокат не присутствовал ).
Данные доводы опровергаются совокупностью доказательств по делу.
Указание на введение ФИО1 в заблуждение дознавателем путем указания им вещества как наркотического со слов дознавателя, несостоятельно и опровергается содержанием протокола, составленным со слов подозреваемого, который и употреблял указанную терминологию. Каких- либо жалоб по указанному поводу на действия дознавателя стороной защиты не приносилось, при допросе присутствовал адвокат.
Допрошенная в качестве свидетеля дознаватель К.( т. 3 л.д. 148), показала суду о том, что допрос был, о чем она составила соответствующий протокол. Факт участия адвоката Б1. при допросе подтвержден его подписями в протоколе допроса, соответствующим ордером.
После вступления в дело адвоката по соглашению каких- либо жалоб на действия адвоката Б1. сторона защиты не приносилось, впервые заявление об отсутствии адвоката на первом допросе ФИО3 от 30 ноября 2015 г. сделано в ходе первого рассмотрении дела в суде.
Признавая указанные выше показания Ковтуна достоверными, суд правильно указал об их подтверждении показаниями свидетелей ( сотрудников полиции Д., С1., Я. и других )об обстоятельствах задержания, досмотра, составления протокола досмотра ФИО3, у которого был изъят сверток с растительным веществом, который был упакован, опечатан, направлен на исследование.
Признательные показания ФИО3 подтверждены и показаниями свидетеля Б., являвшегося понятым при досмотре как на предварительном следствии, так и в суде ( в той части, в которой суд признал их достоверными) о том, что он и еще один мужчина ( Н.) в качестве понятых участвовали 30 ноября 2015 г. в ночное время при личном досмотре ФИО3, у которого был обнаружен и изъят сверток с веществом растительного происхождения из левого кармана пальто, сверток был упакован в конверт, при них опечатан печатью, где они поставили свои подписи.
Протокол допроса указанного лица ( Б. ) от 1 декабря 2015 г. ( т. 1 л.д. 65-67) соответствует требованиям уголовно- процессуального закона, содержание протокола Б. лично прочитывалось, замечаний не приносилось. Допрос указанного лица, его оформление подтвердила в суде свидетель- дознаватель К.
Оснований для оговора указанными свидетелями ФИО3 суд первой инстанции не установил. Не приведено таких объективных оснований и в апелляционной инстанции. Доводы стороны защиты о том, что сотрудники полиции являются заинтересованными лицами вследствие того, что составили документы ( в том числе и протокол досмотра) с нарушением, у ФИО3 изымалось иное вещество, чем направлено на экспертизу, за что они могут быть привлечены к ответственности, несостоятельные. Указанное в ходе судебного следствия не подтверждено, как не вытекающее из исследованных по делу доказательств.
Показания свидетеля- понятого Н., как в ходе судебного следствия( т. 3 л.д. 174), так и данные им ранее и оглашенные в судебном заседании, суд правильно признал недостоверными в указанной приговоре части, вследствие их противоречия не только показаниями сотрудников полиции, участвовавших в досмотре, документам, составленным с его( Н.) участием ( протоколу досмотра, упаковке вещественного доказательства), но и показаниям, признанными достоверными, другого понятого - свидетеля Б. ( т. 3 л.д.143), также наличия существенных противоречий в показаниях самого свидетеля.
Анализируя показания свидетелей- понятых, данных ими на следствии и в суде, суд правильно пришел к выводу о том, что причина изменения показаний Б., Н. обусловлена давностью событий. С момента их участия в досмотре ( ноябрь 2015 г.) до их допроса в суде ( первый раз в мае- июне 2016 г., второй раз - ноябре - декабре 2016 г.) прошло много времени, вследствие чего они добросовестно заблуждались. Данный вывод вытекает из анализа показаний свидетелей. Свидетель Н. в ходе допроса еще в первом судебном заседании указывал на давность событий( т 2 л.д. 46- показания оглашались), Б., отвечая на ряд вопросов ссылался на то, что не помнит ( т 3 л.д. 143-147).
Виновность ФИО3 подтверждается: - протоколом личного досмотра( т. 1 л.д. 110); - справкой об исследовании и заключением экспертизы, согласно которым вещество, изъятое у ФИО3, является наркотическим средством в значительном размере – вещество растительного происхождения, массой не менее 0,23 г., содержащее в составе метил 2-(1-циклогексилметил)-1Н-индазол-3-илкарбоксамидо)-3,3-диметилбутаноат (синонимы: MDMB(N)-CHM, метиловый эфир 3,3-диметил-2-(1-циклогексилметил)-1Н-индазол-3-илкарбоксамидо)бутановой кислоты), который является производным метилового эфира 3-метил-2-(1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамидо) бутановой кислоты( т. 1 л.д. 27,51-52); - иными доказательствами, приведенными в приговоре.
При наличии такой совокупности доказательств, отвечающих критериям допустимости и относимости, суд обоснованно признал ФИО3 виновным в совершении незаконного приобретения и хранения указанного наркотического средства.
Показания осужденного о том, что он не совершал преступление, судом обоснованно подвергнуты критической оценке и расценены как способ защиты. Данные доводы ФИО3 и адвокатов не подтверждаются фактическими данными и опровергаются совокупностью приведенных доказательств.
На основании установленных фактических обстоятельств, суд правильно посчитал доказанным факт незаконного приобретения, хранения Ковтуном для собственного употребления наркотического средства - – вещества растительного происхождения, массой не менее 0,23 г., содержащего в составе метил 2-(1-циклогексилметил)-1Н-индазол-3-илкарбоксамидо)-3,3-диметилбутаноат (синонимы: MDMB(N)-CHM, метиловый эфир 3,3-диметил-2-(1-циклогексилметил)-1Н-индазол-3-илкарбоксамидо)бутановой кислоты), который является производным метилового эфира 3-метил-2-(1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамидо) бутановой кислоты.
Каких- либо противоречий при оценке показаний свидетелей и самого ФИО3 судом не допущено, выводы суда надлежаще мотивированны.
Судом правильно признаны несостоятельными доводы стороны защиты о незаконности задержания ФИО3, составлении протокола его досмотра, направлении изъятого вещества на исследование, а затем экспертизу, нахождении вещества вне процессуального контроля, как не нашедшие своего подтверждения.
Все доводы по указанным обстоятельствам и связанные с ними (отсутствие защитника в ходе досмотра ; внесение исправлений в протокол ; написание его разными ручками; отсутствие указания об использовании степлера как технического средства; изъятие одного вещества, а направления на исследование, а затем на экспертизу другого вещества, вследствие различных упаковок ; состояние опьянения и привлечение к уголовной ответственности свидетеля Б. и другие ) все были предметом тщательной проверки суда, мотивированно отвергнуты. С мотивами принятого судом решения суд апелляционной инстанции согласен, полагая их достаточными с точки зрения принципа разумности.
Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований, свидетельствующих о том, что процедура досмотра ФИО3 и протокол, составленный по его результатам, были произведены с нарушением законодательства вследствие того, что ему не разъяснялись положения административного законодательства ( ст. 25 . 1 КоАП РФ).
Доказательство по уголовному делу должно отвечать требованию уголовно- процессуального кодекса, а не иному.
Протокол досмотра( т 1 л.д. 110) требованиям УПК РФ отвечает.
Принимая во внимание положения ч. 3 ст. 49 УПК РФ , устанавливающей момент вступления в дело защитника, оснований полагать, что при личном досмотре ФИО3 нарушено его право на защиту, не имеется.
Личный досмотр ФИО3 произведен должностным лицом, наделенным в соответствии с п. 16 ст. 13 Федерального закона от 7 февраля 2011 г." О полиции" полномочиями проводить личный досмотр граждан, при наличии данных о том, что эти граждане имеют при себе запрещенные к обороту предметы. Досмотр проведен лицом одного пола с задержанным, в присутствии понятых, которым разъяснены права и обязанности удостоверить факт, содержание и результаты досмотра, а также право делать замечания по поводу совершаемых действий, подлежащих занесению в протокол. При задержании ФИО3 и производстве досмотра ему разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, разъяснялись иные права, среди которых - давать объяснения, заявлять ходатайства и отводы. Результаты досмотра отражены в протоколе, который составлен в письменном виде со ссылкой на административные нормы и закон об ОРД, так как досмотр проводился до возбуждения уголовного дела. Указание в протоколе на нормы административного закона и закона об оперативно- розыскной деятельности не свидетельствуют о недопустимости использовании данного доказательства по уголовному делу. Обязательное участие защитника при досмотре уголовно- процессуальный закон не предусматривает. Перечисленные права и обязанности, разъясненные участникам досмотра и самому Ковтуну, содержание протокола, свидетельствует о его соответствии требованиям, предъявляемым УПК РФ к процессуальным документам. При этом по процедуре досмотра, перечню обнаруженного и изъятого (сверток с веществом растительного происхождения, который был обнаружен и упакован в конверт с подписями понятых и опечатан) каких- либо заявлений от понятых и ФИО3 не поступало. Сам Ковтун при допросе в качестве подозреваемого в присутствии адвоката подтвердил факт его задержания, досмотра, правильность составления протокола. Отсутствие в протоколе ссылки на ст. 25 . 1 КоАП РФ по указанным выше доводам нарушением не является, дело об административном правонарушении не возбуждалось.
Протокол досмотра ( т. 1 л.д. 110), его копия ( т. 1 л.д. 23) аналогичны друг другу по содержанию.
Доводы защиты о том, что в приговоре имеется предположение, со ссылкой на сообщение ОМВД России по Ленинскому району г. Иваново о том, что печать дежурной части могла быть передана сотрудникам следственно- оперативной группы, выезжавшей на место происшествия, ошибочны.
В приговоре приведено содержание доказательства по делу- сообщение из ОМВД России по Ленинскому району г.Иваново( т 3 л.д. 46).
Вывод суда, касающийся упаковки свертка с веществом растительного происхождения, изъятого в ходе досмотра у ФИО3, не является предположением. Суд установил, что во время досмотра была использована печать, которой был опечатан конверт, с помещенным туда свертком с веществом растительного происхождения, на конверте расписались понятые, лицо проводившее досмотр.
Описание упаковки вещественных доказательств в акте досмотра соответствует признанным достоверными показаниями Я., Б. об обстоятельствах упаковывания свертка, изъятого у ФИО3, его описанию в справке об исследовании, содержащим вывод об отсутствии ее нарушений ( т. 1л.д. 27).
Имеющиеся по делу отношение о направлении изъятого вещества на исследование, постановление о назначении химической экспертизы, где имеются ссылки на опечатанный конверт не самой печатью, а фрагментом бумажного листа с оттиском печати( т. 1 л.д. 25,42), не опровергает вывод суда об использовании печати при досмотре, надлежащем упаковывании изъятого у ФИО3 свертка, направлении на исследование и экспертизу вещества, изъятого у ФИО3, а не какого- либо другого. Делая указанный, вывод суд исходил из одинакового описания упаковки в протоколе досмотра, в справке об исследовании, заключении эксперта, показаний Я. об ошибочном указании в отношении на то, что конверт опечатан с использованием фрагмента бумажного листа с оттисками печати, аналогичным показаниям К., составлявшей постановление, показаний эксперта С2. об упаковке вещественного доказательства и отсутствии ее нарушений.
Суд апелляционной инстанции, осмотрев указанную упаковку в ходе судебного заседания, также убедился в правильности выводов суда о том, что при упаковке использовалась сама печать, а не фрагменты бумажного листа с оттиском печати.
Ссылка адвокатов на неуказание в протоколе досмотра степлера, являющегося техническим устройством, не ставит под сомнение выводы суда.
Действительно на упаковке есть скобы от степлера. Но степлер не является техническим устройством, использование которого следует в обязательном порядке отражать в протоколе. Это канцелярский предмет, такой же как и шариковая ручка, использование которых не отражается в протоколе.
Ссылки адвокатов на протокол осмотра протокола досмотра ФИО3( т 1 л.д.51) в обоснование недостоверности последнего, в связи с неотражением в протоколе осмотра исправления, имеющегося в протоколе досмотра, не опровергает выводы суда о его допустимости. По обстоятельствам исправления и заверения исправления в протоколе досмотра допрошены в судебном заседании Я. и дознаватель М.( т. 3 л.д.159), пояснившая, что она заверила исправление в протоколе досмотра, его копии.
Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что исправление, внесенное в протокол досмотра ФИО2, заверение исправлений в протоколе и его копии дознавателем М., не может влечь признание протокола недопустимым доказательством.
Достоверно установлено, что досматриваемым ( в этой графе имеется исправление) являлся Ковтун, а не другое лицо, что сам Ковтун никогда не отрицал. Само исправление внесено Я. при оформлении протокола, а заверено оно М.. Действительно, М., не составляла протокол досмотра и не должна была заверять исправление в нем, а это должен был сделать Я.. Но данное исправление и его последующее заверение существенным нарушением, влекущим признание протокола досмотра недопустимым доказательством, не является.
То обстоятельство, что в протоколе досмотра не указаны лица, которые находились рядом с тем местом, где проводился досмотр ФИО3 сотрудником полиции Я. в присутствии понятых, не является нарушением, не влечет признание данного протокола недопустимым доказательством, так как данные лица в проведении досмотра участия не принимали, что следует из исследованных доказательств.
Сам осмотр протокола досмотра проведен без нарушений требований уголовно- процессуального закона. В законе не содержится требований приводить в нем все до единого признаки осматриваемого документа.
Заключение почерковедческой экспертизы оценены судом в совокупности с иными доказательствами, не опровергает выводов, изложенных в приговоре, о том, что конверт с веществом, изъятым у ФИО3, был подписан участниками досмотра, понятые при досмотре и упаковывании вещества, изъятого при досмотре, присутствовали.
Заинтересованности понятых, присутствовавших при досмотре ФИО3, объективных оснований, препятствующих их участию в осмотре, не установлено.
Показания отца ФИО3, данные в судебном заседании, в части касающиеся обстоятельств задержания сына 30 ноября 2015 г., суд расценивает как данные с целью помочь сыну избежать уголовной ответственности. Показания, данные на следствии( л.д. 1 л.д. 68-70), являются недопустимым доказательством, так как свидетель предупреждался об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний. Отсутствие их в приговоре, не опровергает выводы суда.
Сам Ковтун никогда не отрицал факта своего задержания в период времени и по адресу, указанному в протоколе досмотра, изъятия у него вещества растительного происхождения. При этом в показаниях в качестве подозреваемого первоначально признавал то, что знал, что приобретенное им вещество является наркотическим, а затем показания изменил, указывая, что это курительная смесь. Изменение показаний в указанной части судом оценены в приговоре правильно и с должной мотивировкой, с которой суд апелляционной инстанции согласен.
В соответствии со ст. 389 . 19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалоб, вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме, указания суда апелляционной инстанции обязательны для суда первой инстанции. При этом, в силу части четвертой указанной статьи, в случае отмены приговора и передачи уголовного дела на новое судебное разбирательство суд апелляционной инстанции не вправе предрешать вопросы о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимущества одних доказательств перед другими, либо о виде и размере наказания.
Данные требования закона судом соблюдены.
С учетом указанных положений закона суд апелляционной инстанции отвергает, как несостоятельные, доводы защиты о том, что в апелляционном постановлении от 16 сентября 2016 г. Ивановского областного суда ( т. 2 л.д. 177-186) содержится указание о вызове и допросе в судебном заседании в качестве свидетеля Р. Такого указания в постановлении не содержится.
В суде первой инстанции ходатайств сторон о допросе, оглашении показаний Р. не поступало. Стороны не возражали против завершения судебного следствия в отсутствии указанного лица. Суд, не усмотрев оснований для его допроса, оценивал те доказательства, которые были исследованы в судебном заседании, поэтому какого- либо нарушения судом в данной части не допущено.
Результаты медицинского освидетельствования оценивались судом наряду с иными доказательствами по делу. Они обоснованно признаны как не опровергающие доказательства отсутствия подмены изъятого у ФИО3 вещества. Указанный вывод суда предположением не является. Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанное доказательство не подлежит оценке в отрыве от совокупности допустимых и достоверных доказательств по делу.
Указания суда о причинах необнаружения в моче ФИО3 следов наркотических средств основаны на анализе показаний эксперта С2., самого ФИО3, общеизвестных знаниях о физиологии человека и не опровергают вывод о том, что результаты освидетельствования не являются доказательством подмены вещества и, как следствие этого, невиновности ФИО3. Факт употребления (или не употребления) Ковтуном наркотического средства до его задержания 29 ноября 2015 г. находится вне рамок предъявленного ему обвинения. При этом суд апелляционной инстанции указывает, что показания самого ФИО3 о том, что он курил указанное вещество, объективно по делу не подтверждены, являются голословными.
Доводы адвоката Кокина А.В., со ссылкой на конкретные показания свидетеля С., ошибочные, так как в судебном заседании свидетель таких показаний не давала(т. 3 л.д. 182-183).
Вид и размер наркотического средства подтвержден заключением химической экспертизы ( т 1 л.д. 46-49).
Из доказательств, исследованных в суде первой инстанции, следует, что Ковтун лечился от < >, судим за аналогичное преступление, предусмотренное ст. 228 ч. 2 УК РФ( приобретение и хранение наркотических средств в крупном размере), приобретая, указанным в приговоре способом, наркотическое средство и храня его при себе, понимал, что он приобрел и хранит именно наркотическое средство и желал этого. Указанное подтверждается его первоначальными показаниями в качестве подозреваемого, данными в присутствии адвокатов, совокупностью допустимых и достоверных доказательств по делу.
Вопреки доводам жалоб существенных нарушений требований уголовно- процессуального кодекса РФ в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не установлено.
В описательно- мотивировочной части приговора, с учетом положений ст. 305 , 307 УПК РФ , суд дал надлежащую оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим ФИО3. При этом, вопреки доводам защиты, достаточно полно изложены доказательства и приведены мотивы, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора и приведены мотивы, по которым те или иные доказательства признаны судом допустимыми и достоверными, а другие отвергнуты.
Обстоятельства уголовного дела судом исследованы полно, всесторонне, объективно, в основу приговора положены доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ и исследованные в судебном заседании. Доводы защиты об обратном суд апелляционной инстанции полагает необоснованными.
Ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции( отводе ( т. 3 л.д. 3, 127, ), проведении экспертизы) были судом рассмотрены в полном соответствии с положениями ст. 271 УПК РФ , по каждому из них судом вынесены соответствующие постановления, в которых приведены надлежащие формулировки принятых решений, с учетом высказанных доводов и представленных по делу доказательств, наличия реальной необходимости в производстве заявленных процессуальных действий с целью правильного разрешения дела, с учетом положений ст. 252 УПК РФ . Поэтому доводы о неправильном разрешении ходатайств, несостоятельные. Оснований, предусмотренных уголовно- процессуальным законом( глава 9 УПК РФ), для отвода судьи К1. не имелось. Участие судьи в рассмотрении жалоб ФИО3 по делам в порядке административного производства не связано с оценкой доказательств по уголовному делу, где имеют место быть иные фактические обстоятельства. Данных об отмене решений, принятых судьей в отношении ФИО3, материалы дела не содержат. Ходатайств о возвращении дела прокурору не заявлялось и таких оснований суд апелляционной инстанции не усматривает.
Сторона защиты была ознакомлена с протоколом судебного заседания, замечаний принесено не было.
Все указанные в данном постановлении доводы и другие, изложенные стороной защиты в суде апелляционной инстанции в обоснование необходимости оправдания ФИО3, были предметом исследования суда, мотивированно отвергнуты. С мотивами принятого судом решения суд апелляционной инстанции согласен, полагая их достаточными с точки зрения принципа разумности.
Дав правильную оценку доказательствам по делу, суд верно установил фактические обстоятельства, правильно квалифицировав действия ФИО3 по ч. 1 ст. 228 УК РФ , как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств, совершенное в значительном размере. Оснований для оправдания ФИО3 не имеется.
Обвинительный приговор постановлен законно и обоснованно, так как в материалах дела не имеется и в суд апелляционной инстанции не представлено подтверждения искусственного создания органом дознания доказательств обвинения. Вследствие указанного суд апелляционной инстанции не соглашается с доводами стороны защиты, высказанными в суде второй инстанции, которые были сведены к тому, что показания свидетелей в ходе дознания, протокол досмотра и др., корректировались, изъятое у ФИО3 вещество- подменено, что дело сфабриковано.
С учетом положений ст. 196 УПК РФ , предусматривающей случаи обязательного назначения экспертиз, отсутствия у стороны защиты уважительности причин не заявления в суде первой инстанции ходатайств о проведении экспертиз, о которых было заявлено в суде апелляционной инстанции, имеющихся доказательств по делу, в том числе и заключения имеющейся почерковедческой экспертизы, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения иных экспертиз, о которых ходатайствовала защита в суде второй инстанции.
При назначении виновному наказания в виде реального лишения свободы суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6 , 43 , 60 УК РФ в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Ковтун совершил преступление небольшой тяжести. Данные, его характеризующие, в том числе о привлечении к административной ответственности, подтверждены документально( т. 1 л.д. 137, т.3. л.д. 114-118 и др.).
В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел активное способствование расследованию преступления в части обстоятельств приобретения наркотических средств, семейной положение ( все обстоятельства, касающиеся виновного и его семьи суд учел, признав их смягчающими).
Суд обсудил и правильно не нашел оснований для применения положений ст.ст. 64 , 73 УК РФ .
Назначенное наказание, с применением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ , является соразмерным содеянному, отвечает требованиям закона, в том числе о справедливости, оснований для его смягчения не имеется. Положения ст. 70 УК РФ применены правильно.
Вид исправительного учреждения осужденному определен верно в соответствии с п. Б ч. 1 ст. 58 УК РФ .
Оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ не усматривается с учетом совершения преступления в период испытательного срока по приговору Ленинского районного суда г.Иваново от 11 февраля 2015 г.
Суд апелляционной инстанции полагает необходимым уточнить описательно- мотивировочную часть приговора.
Следует исключить из показаний свидетелей Д. и С1. ссылку на показания ФИО1 о том, что у него при себе имелось наркотическое вещество(" спайс"), поскольку указанные лица, как сотрудники полиции, не могут свидетельствовать о заявлениях лица, которое затем было привлечено к уголовной ответственности. В указанной части доводы защиты правильные.
Кроме того, необходимо уточнить последний абзац описательно- мотивировочной части приговора в т. 3 л.д.208 указанием на п. "и" ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ , так как в указанной части допущена явная техническая опечатка, поскольку положения ст. 62 УК РФ предусматривают правила назначения наказания при наличии смягчающих обстоятельств, а не их признание.
Оснований для удовлетворения жалоб в полном объеме и оправдания ФИО3 нет.
Руководствуясь ст.ст. 389 . 13 , 389 . 20 , 389 . 28 , 389 . 33 УПК РФ , суд апелляционной инстанции
Приговор Ленинского районного суда г. Иваново от 20 марта 2017 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы- без удовлетворения.
Исключить из описательно- мотивировочной части приговора из показаний свидетелей Д. и С1. ссылку на указание ФИО1 о том, что у него при себе наркотическое вещество(" спайс").
Уточнить последний абзац описательно- мотивировочной части приговора в т. 3 л.д.208 указанием на п. "и" ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ .
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Ивановского областного суда в порядке главы 47. 1 УПК РФ Председательствующий С.Е. Герасимова Суд: Ивановский областной суд (Ивановская область) (подробнее) Судьи дела: Герасимова Светлана Евгеньевна (судья) (подробнее)