Апелляционное постановление № 22-469/2017 от 26 июня 2017 г. по делу № 22-469/2017 Камчатский краевой суд (Камчатский край) - Уголовное Судья Исенко С.Н. дело № 22-469/2017 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
город Петропавловск-Камчатский 27 июня 2017 года Камчатский краевой суд в составе: председательствующего ФИО8, при секретаре ФИО9, с участием: прокурора Бондаренко О.С., осуждённой ФИО10, защитников-адвокатов потерпевшей Гусевой Ю.А., Фещенко А.Г., ФИО1. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника-адвоката Гусевой Ю.А. в интересах осуждённой ФИО10 и апелляционному представлению государственного обвинителя Бондаренко О.С. на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 мая 2017 года, которым: ФИО10, <данные изъяты>, несудимая, осуждена по ч. 1 ст. 286 УК РФ к штрафу в размере 60000 (шестидесяти тысяч) рублей.
Заслушав доклад председательствующего, выслушав пояснения осуждённой ФИО10 и её защитников-адвокатов Гусевой Ю.А. и Фещенко А.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы об отмене приговора, мнение потерпевшей ФИО1 и прокурора Бондаренко О.С., полагавших необходимым приговор изменить по доводам апелляционного представления, суд
По приговору ФИО10 осуждена как должностное лицо за совершение действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства.
Преступление совершено в декабре 2015 года в городе Петропавловске-Камчатском при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.
В судебном заседании ФИО10 свою виновность в совершённом преступлении не признала.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Гусева Ю.А. полагает, что приговор подлежит отмене как незаконный в связи с существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона, указывает на неполноту следствия и нарушения в процессе судебного следствия, имеющего обвинительный уклон.
Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона, полагает, что приговор подлежит отмене в связи с тем, что не установлен мотив преступления, при этом ссылка на корыстный мотив преступления судом исключена.
В апелляционной жалобе защитник указывает, что в приговоре не нашла своего отражения диспозиция статьи обвинения, поскольку не указано, чьи интересы были нарушены действиями подзащитной, в чем выразилось нарушение интересов государства и дискредитация федеральных государственных органов в целом, что является существенным уголовно-процессуальным нарушением.
Полагает, что судом необоснованно не разрешено ходатайство стороны защиты и не исключены из объёма доказательств обвинения разговор свидетеля ФИО2 с супругой, а в приговоре этому не дана оценка.
Приводя показания потерпевших по обстоятельствам дела, считает, что суд в нарушение требований ст. 87 , 88 УПК РФ не указал, по какой причине положил в основу приговора их показания, а не показания подсудимой об её оговоре потерпевшими. Полагает, что версия защиты об оговоре подсудимой подтверждается показаниями свидетелей – коллег подсудимой ФИО3., ФИО4., ФИО5 о предвзятом отношении ФИО1. к ФИО10 Указывая также на отсутствие прямых свидетелей, которые могут подтвердить показания потерпевших, а также на косвенные доказательства, которыми являются результаты оперативных мероприятий и выписки с банковских счетов потерпевших о снятии денег, полагает, что объективных данных, свидетельствующих о совершении ФИО10 преступления, материалы дела не содержат.
Утверждая, что стороной обвинения не представлено совокупности доказательств, подтверждающих наличие в действиях ФИО10 состава предъявленного обвинения, защитник просит приговор отменить и оправдать подсудимую в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Бондаренко О.С., не оспаривая доказанность вины и квалификацию действий осуждённой, полагает приговор подлежащим изменению ввиду несправедливости назначенного наказания.
Ссылаясь на фактические обстоятельства дела, а также на то, что осуждённая давала незаконные указания потерпевшей ФИО1 на представление её интересов как должностного лица при привлечении в порядке административной ответственности, полагает, что поведение ФИО10 свидетельствует о ложном понимании интересов государственной службы, в том числе в связи с неоднократным использованием ею своего служебного положения в личных целях.
Полагает, что в целях исправления осуждённой и предупреждения совершения новых преступлений против государственной власти, ФИО10 необходимо назначить дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций сроком на 3 года.
В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Бондаренко О.С. полагает её не подлежащей удовлетворению ввиду необоснованности изложенных доводов, а приговор в этой части просит оставить без изменения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, а также доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным и обоснованным.
Виновность ФИО10 в превышении должностных полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства, подтверждается исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре доказательствами, оценив совокупность которых, суд пришёл к выводу о наличии в действиях подсудимой состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ .
Судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО10 как должностное лицо, превысив свои полномочия, незаконно потребовала от подчинённых ей потерпевших ФИО1. и ФИО6 передачи части денежных средств, выплаченных им в качестве премиального вознаграждения, и потерпевшие, опасаясь неблагоприятных последствий от неё как от руководителя, передали ей 80000 рублей и 60000 рублей соответственно.
Выводы суда о том, что ФИО10 является должностным лицом, выполняющим организационно - распорядительные и административно - хозяйственные функции в государственном органе - УФССП России по Камчатскому краю, подтверждаются приказом директора Федеральной службы судебных приставов от 7 июня 2010 года № 657-к, должностным регламентом и приказом от 14 февраля 2015 года № 185 «О распределении обязанностей между руководителями УФССП по Камчатскому краю и его заместителями», согласно которым ФИО10 назначена на должность федеральной государственной гражданской службы <данные изъяты> УФССП России по Камчатскому краю, является должностным лицом и в её обязанности входит осуществление координации деятельности отдела правового, документационного обеспечения и работы с обращениями граждан, отдела финансово-экономического и материально-технического обеспечения.
Указанные обстоятельства согласуются с показаниями свидетеля ФИО7 - руководителя УФССП России по Камчатскому краю, согласно которым <данные изъяты> ФИО10 осуществляет, в том числе, координацию деятельности отдела правового, документационного обеспечения и работы с обращениями граждан, в котором работали потерпевшие ФИО1 и ФИО6.
В своих показаниях ФИО10 не отрицала, что, являясь <должность>, наряду с другими обязанностями, вносит руководителю предложения о размерах премии и единовременного материального поощрения находящимся в её подчинении работникам путем составления служебной записки, исходя из персонального вклада каждого сотрудника, его заслуг и степени сложности выполняемых им задач. Отдел правового документационного обеспечения и работы с обращениями граждан УФССП России по Камчатскому краю, в котором работали потерпевшие, находится в прямом её подчинении.
Факт совершения ФИО10 действий, явно выходящих за пределы её полномочий, подтверждается показаниями потерпевших ФИО1. и ФИО6., согласно которым в декабре 2015 года ФИО10 у себя в служебном кабинете указала ФИО1. на необходимость передачи ею 80000 рублей и ФИО6. – 60000 рублей как части денежных средств, получаемых ими в качестве годовой премии и материального денежного вознаграждения. Данное указание ФИО1. передала ФИО6., которая также согласилась с ним. После перечисления 25 декабря 2015 года денежного вознаграждения потерпевшие, обналичив денежные средства в указанных размерах, 28 декабря 2015 года передали их осуждённой. Потерпевшие пояснили, что от выдвинутого ФИО10 требования о передаче части премиальных отказаться не могли, поскольку находились в её подчинении и опасались возможности наступления неблагоприятных последствий административного и дисциплинарного характера, учитывая специфику их работы, в которой в случае необходимости всегда можно найти недочеты.
Данные показания нашли своё объективное подтверждение в приказах руководителя УФССП России по Камчатскому краю от 16 декабря 2015 года № 1051-к и № 1052-к «О премировании работников УФССП России по Камчатскому краю по итогам работы за 2015 год» и «О единовременном поощрении работников УФССП России по Камчатскому краю», согласно которым ФИО1. и ФИО6. выплачены: единовременное поощрение в размере 91350 рублей и 52200 рублей, а также премия в размере 160317 рублей и 105352 рублей соответственно.
Согласно выписке по счету банковской карты ПАО «Сбербанк», принадлежащей ФИО1 25 декабря на счет зачислены денежные средства в сумме 284144 рубля 54 копейки, а 28 декабря 2015 года со счета одной суммой сняты денежные средства в размере 80000 рублей.
Согласно выписке по счету банковской карты ПАО «ВТБ24», принадлежащей ФИО6., 25 декабря на счет зачислены денежные средства в сумме 180708 рублей 96 копеек, а 28 декабря 2015 года со счета сняты денежные средства в размере 60000 рублей.
Таким образом, судом первой инстанции сделан правильный вывод о квалификации действий осуждённой, поскольку принуждение подчинённых к передаче денежных средств явно находится за пределами организационно-распорядительных полномочий ФИО10 как должностного лица. Такие действия никто и ни при каких обстоятельствах совершать не вправе.
Вопреки доводам апелляционной жалобы описательно-мотивировочная часть приговора соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ . Из описания преступного деяния следует, что мотивом совершения преступления явилось желание подсудимой получить части премии, выданной потерпевшим. А дальнейшее распоряжение ФИО10 денежными средствами, которые она, превысив свои полномочия, получила от потерпевших, не имеет правового значения для квалификации её действий по ст. 286 УК РФ , поскольку обязательными признаками превышения должностных полномочий не является корыстная или иная личная заинтересованность.
Решение суда о существенном нарушении прав и законных интересов потерпевших, выразившееся в нарушении права на вознаграждение за труд, а также охраняемых законом интересов государства, выразившееся в подрыве авторитета государственных органов, содержится в описательно-мотивировочной части приговора, поэтому доводы апелляционной жалобы в этой части являются несостоятельными.
Несмотря на утверждения, содержащиеся в жалобе защитника, показаниям потерпевших, уличающих осуждённую в совершении преступления, судом после проверки дана надлежащая оценка по правилам, установленным статьями 87 , 88 УПК РФ , с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности с другими доказательствами и достаточности для разрешения уголовного дела.
Показания потерпевших ФИО1. и ФИО6 на всех этапах уголовного судопроизводства являлись последовательными, логичными, согласованными, и с процессуальной точки зрения полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.
Вопреки доводам автора апелляционной жалобы суд мотивировал свои выводы о том, по какой причине он отверг версию стороны защиты об оговоре подсудимой, с указанием на её несостоятельность, в том числе в связи с отказом от иска, что свидетельствует о непредвзятом отношении к подсудимой со стороны потерпевших.
Не опровергают выводы суда о достоверности показаний потерпевших и приведённые адвокатом показания свидетелей ФИО3 ФИО4., других коллег осуждённой, которым судом первой инстанции также дана оценка с указанием на несостоятельность доводов защиты в этой части.
Указанные защитником показания свидетеля ФИО2. не положены в основу приговора как имеющие доказательственное значение по делу, поэтому доводы жалобы в этой части об исключении их как доказательств по делу также являются необоснованными.
Анализ приведённых в апелляционной жалобе доводов свидетельствует о том, что в основном все они являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, с мотивированными выводами которого в приговоре у суда апелляционной инстанции не имеется оснований не согласиться.
Таким образом, выводы суда о квалификации преступных действий осуждённой, как и о доказанности вины, суд находит правильными, в достаточной степени мотивированными, основанными на материалах дела, в связи с чем оснований для оправдания за отсутствием состава преступления в действиях ФИО10, как указывается в апелляционной жалобе, не усматривает.
При назначении осуждённой наказания суд в соответствии с требованиями статей 43 , 60 УК РФ принял во внимание характер и степень общественной опасности совершённого преступления, относящегося к категории средней тяжести, данные о личности виновной, наличие смягчающего наказания обстоятельства, а также влияние наказания на исправление осуждённой и условия жизни её семьи.
Несмотря на доводы апелляционного представления, выводы суда о возможности обеспечения целей наказания, достижения социальной справедливости и исправления осуждённой при назначении наказания в виде штрафа, суд считает правильными.
Ссылки в представлении на то, что осуждённая давала незаконные указания потерпевшей ФИО1 на представление её интересов как должностного лица при привлечении в порядке административной ответственности, не имеют отношения предъявленному обвинению по уголовному делу, и оснований для назначения дополнительного наказания не образуют.
Учитывая, что необходимость приведения мотивов принятого решения в соответствии со ст. 307 УПК РФ возникает только в случае применения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ , суд первой инстанции, тем не менее, мотивировал своё решение.
Решение суда о неприменении дополнительного наказания в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ является мотивированным, принятым на основании сведений о личности осуждённой и с учётом характера и степени общественной опасности преступления, совершённого впервые.
При таких обстоятельствах назначенное осуждённой ФИО10 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, а оснований для его изменения по доводам апелляционного представления не имеется.
Вывод суда о неприменении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ для изменения категории преступления, а также об отсутствии оснований для применения ст. 64 УК РФ при назначении наказания, является правильным.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом апелляционной инстанции не выявлено.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд
Приговор Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 17 мая 2017 года в отношении ФИО10 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Гусевой Ю.А. в интересах осуждённой ФИО10 и апелляционное представление государственного обвинителя Бондаренко О.С. - без удовлетворения.
Председательствующий Суд: Камчатский краевой суд (Камчатский край) (подробнее) Судьи дела: Шлапак А.А. (судья) (подробнее) Судебная практика по: Превышение должностных полномочий Судебная практика по применению нормы ст. 286 УК РФ