Апелляционное постановление № 22-2311/2017 от 12 июля 2017 г. по делу № 22-2311/2017 Саратовский областной суд (Саратовская область) - Уголовное Судья Никулина И.В. Дело № 22-2311 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
13 июля 2017 года г. Саратов Саратовский областной суд в составе: председательствующего судьи Бондарчука К.М., при секретаре Шамиловой М.Н., с участием прокурора Фроловой О.В., защитников - адвоката Соколинской С.Е. и Хамитовой Т.А., действующих в интересах осужденного Хамитова Т.А. представителя потерпевших ФИО10, ФИО16 и гражданских истцов ФИО19, ФИО20 – адвоката Халлыевой М.Х. рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу и дополнения к ней защитника – адвоката Соколинской С.Е., и защитника Хамитовой Т.А., действующих в защиту интересов осужденного ФИО1, апелляционную жалобу законного представителя потерпевшего несовершеннолетнего ФИО2 – ФИО3 на приговор Базарно-Карабулакского районного суда Саратовской области от 3 мая 2017 года, которым ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, несудимый, осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года с отбыванием наказания в колонии-поселении.
С осужденного ФИО1 в пользу ФИО10 взыскана компенсация морального вреда, причиненного преступлением, в размере 825 000 рублей.
С осужденного ФИО1 в пользу ФИО16 взыскана компенсация морального вреда, причинного преступлением, в размере 825 000 рублей.
С осужденного ФИО1 в пользу ФИО19 взыскана компенсация морального вреда, причинного преступлением, в размере 250 000 рублей.
С осужденного ФИО1 в пользу ФИО20 взыскана компенсация морального вреда, причинного преступлением, в размере 250 000 рублей.
Заслушав доклад судьи Бондарчука К.М., выступления защитников Соколинской С.Е. и Хамитовой Т.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним об отмене приговора, мнение представителя потерпевших и гражданских истцов Халлыевой М.Х. и прокурора Фроловой О.В., полагавших приговор законным и обоснованным,
ФИО1 признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вреда здоровью трех человек.
Преступление осужденным совершено 5 июля 2016 года в Саратовской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Соколинская С.Е., действующая в интересах осужденного ФИО1, полагает приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым, вынесенным с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона, при неправильном применении норм уголовного закона, назначенное наказание чрезмерно суровым. Считает выводы суда несоответствующими изложенным в приговоре фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. Указывает, что суд вышел за пределы предъявленного обвинения, указав в приговоре на причинение тяжкого вреда здоровью трех человек. Считает, что судом не были учтены смягчающие наказание обстоятельства: признание осужденным вины и раскаяние в совершенном преступлении; добровольная компенсация потерпевшим материального ущерба и морального вреда в сумме 500 000 рублей; положительные характеристики по месту жительства и работы; совершение впервые преступления по неосторожности; прохождение службы в армии; наличие работы и ипотечного кредита; то, что на учете у нарколога и психиатра он не состоит; состояние здоровья малолетнего ребенка ФИО2, который получил травму, стал инвалидом, нуждается в дорогостоящем лечении. Считает, что судом необоснованно сделан вывод о том, что осужденный не являлся к следователю и тем самым препятствовал проведению предварительного следствия. Ссылается на обвинительный уклон суда. Считает необоснованно завышенным размер компенсации морального вреда, а также взыскание судом компенсации морального вреда в пользу бабушки и дедушки погибшего потерпевшего. Полагает, что наступление тяжких последствий было обусловлено наличием в автомашине потерпевших детского кресла, в связи с чем смерть ФИО10 не находится в причинно-следственной связи с действиями ФИО1 Ссылается на существенные нарушения норм закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, в связи с чем дело подлежало возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ . Считает недопустимыми доказательствами: заключение автотехнической экспертизы, протоколов первоначального и дополнительных осмотров места происшествия, поскольку указанные доказательства получены с грубыми нарушениями уголовно-процессуального закона. Полагает, что судом необоснованно было отказано стороне защиты в проведении дополнительной автотехнической экспертизы; необоснованно снимались вопросы стороны защиты к потерпевшему ФИО10; необоснованно были оглашены показания свидетеля ФИО8; необоснованно отвергнуты показания осужденного, свидетеля ФИО9, потерпевшей ФИО17 о том, что осужденный пересекал сплошную линию разметки с целью избежать столкновения с впереди идущей машиной и спасти жизнь членов его семьи; необоснованно сделан вывод о непринятии ФИО1 мер к снижению скорости; не учтено заключение автотехнической экспертизы о том, что стрелка спидометра автомобиля ФИО1 находилась в положении около 60 км/ч, что столкновение произошло не на полосе встречного движения, а на обочине; необоснованно отказано в истребовании детского кресла и его исследовании. Считает, что судом были нарушены положения ст. 307 УПК РФ . Излагает свою версию произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Указывает, что ФИО10 сам нарушил Правила дорожного движения, поскольку двигался по обочине, мер к торможению не применил, нарушал скоростной режим движения в населенном пункте, что, по мнению автора жалобы, является обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1 Ссылается на наличие противоречий в показания потерпевших ФИО10 и ФИО16, свидетелей ФИО11, ФИО8, эксперта ФИО26, которые не были устранены судом, а также отсутствие мотивов, по которым суд принял во внимание одни доказательства и отверг другие. Указывает, что судом необоснованно не принята во внимание отрицательная рецензия эксперта ФИО12 на заключение эксперта ФИО26 Просит приговор суда отменить.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Хамитова Т.А., действующая в интересах осужденного ФИО1, полагает приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым, вынесенным с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона, при неправильном применении норм уголовного закона, назначенное наказание чрезмерно суровым. Ссылается на обвинительный уклон суда. Полагает, что сорок две минуты нахождения судьи в совещательной комнате для изготовления приговора явно не достаточно, что подтверждает предвзятое отношение судьи к осужденному, поскольку обвинительный приговор был изготовлен судьей заранее. Со ссылкой на показания потерпевших ФИО10 и ФИО16, свидетелей ФИО11, ФИО8 считает необоснованным вывод суда о том, что ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия совершал обгон. Полагает, что органами предварительного следствия и судом не оценивались действия потерпевшего ФИО10 в момент дорожно-транспортного происшествия, поскольку не учтено, что столкновение произошло за пределами дорожного полотна, на обочине, скорость движения автомобиля осужденного достоверно не установлена. Ссылается на нарушение потерпевшим п. 9.9, 10.1 Правил дорожного движения. Полагает, что следствием и судом, проведенной судебной автотехнической экспертизой, в точности не воспроизведены события дорожной ситуации, не установлено какая из двух машин первой оказалась на обочине, в какой момент и какие маневры совершали водители. Полагает, что судом были нарушены требования ст. 307 УПК РФ . Ссылается на отсутствие мотивов, по которым суд принял показания потерпевших Д-ных и критически отнесся к показаниям осужденного ФИО1, отверг показания его супруги ФИО3 Ссылается на противоречивые показания свидетелей ФИО11, ФИО13, эксперта ФИО26, потерпевшего ФИО10 относительно расстояния между автомашинами в момент возникновения опасности, принятие потерпевшим мер к торможению. Считает недопустимым доказательством заключение автотехнической экспертизы, поскольку она проведена с грубыми нарушениями норм уголовно-процессуального закона. Выводы суда о том, что столкновение произошло на полосе встречного движения, а не на обочине, считает необоснованными. Обращает внимание, что детское удерживающее кресло из автомобиля потерпевшего не было признано вещественным доказательством и было утрачено в ходе следствия. Полагает, выводы суда о том, что разрушение детского кресла и последующая гибель малолетнего ФИО10 явились результатом дорожно-транспортного происшествия не обоснованными, поскольку детское кресло судом не исследовалось. Указывает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об истребовании детского автокресла, допросе следователя ФИО14, об истребовании сведений о наличии алкоголя в крови водителей ФИО1 и ФИО10 Указывает, что органами предварительного расследования не были установлены непосредственные очевидцы дорожно-транспортного происшествия, а показания сотрудников полиции, свидетелей ФИО15, ФИО11, ФИО13 какие-либо обстоятельства аварии не подтверждают. Ссылается на то, что объяснение у ФИО1 отобрано в отсутствие адвоката, на следующий день, ФИО1 не была дана возможность дать показания на месте происшествия, следователь отказала в проведении дополнительной автотехнической экспертизы. Со ссылкой на содержание заочного решения Ленинского районного суда г. Саратова от 17 ноября 2016 года, указывает, что потерпевшая ФИО16 была ознакомлена с материалами дела до окончания предварительного расследования. Считает назначенное наказание не соответствующим принципу справедливости, характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, данным личности осужденного, влияния наказания на его исправление, на условия жизни его семьи. Считает чрезмерно завышенной компенсацию морального вреда в размере 2 150 000 рублей. Обращает внимание, что судом не принято во внимание моральное и физическое состояние малолетнего потерпевшего ФИО2, который после дорожно-транспортного происшествия стал инвалидом, нуждается в дорогостоящем лечении, а также что семья Хамитовых имеет ипотечный кредит, неуплата которого повлечет лишение их жилья. Указывает, что судом не установлен размер полученных ФИО10 и ФИО16 страховых выплат, с учетом которых суд должен был определить размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию с осужденного. Выражает несогласие с взысканием компенсации морального вреда в пользу бабушки и дедушки погибшего малолетнего ребенка. Просит приговор отменить, вынести новый приговор, которым смягчить наказание осужденному, снизить срок лишения свободы, назначить наказание условно, отказать во взыскании компенсации морального вреда в пользу ФИО19 и ФИО20, снизить размер компенсации морального вреда ФИО10 и ФИО16 В апелляционной жалобе законный представитель потерпевшего несовершеннолетнего ФИО7 – ФИО3, полагает приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым, наказание чрезмерно суровым. Указывает, что судом не приняты во внимание интересы потерпевшего ФИО7, который стал инвалидом, нуждается в дорогостоящем лечении, в заботе и поддержке отца. Указывает, что она не была уведомлена следователем о возобновлении и об окончании предварительного следствия. Считает, что суд необоснованно критически отнесся к ее показаниям, не принял в качестве доказательств ее письменное объяснение и поверил показаниям потерпевших, которые являются заинтересованными в исходе дела. Ссылается на обвинительный уклон суда при рассмотрении дела. Обращает внимание на положительные характеристики ее мужа, принятие мер к возмещению материального и морального вреда потерпевшим, в связи с чем полагает возможным назначение осужденному более мягкого наказания. Указывает, что суд необоснованно не применил к осужденному отсрочку исполнения приговора, предусмотренную ст. 82 УК РФ , необоснованно сослался на ст. 81 УПК РФ при решении вопроса о судьбе вещественных доказательств, неправильно установил материальное положение осужденного, не учел наличие ипотечного кредита. Считает необоснованно завышенным размер компенсации морального вреда взысканного судом в пользу потерпевших. Просит приговор отменить, назначить ФИО1 более мягкое наказание.
Апелляционное представление государственным обвинителем до начала судебного заседания отозвано.
В возражениях на апелляционные жалобы и дополнения к ним адвоката Соколинской С.Е., защитника Хамитовой Т.А. - представитель потерпевших ФИО10 и ФИО16 и гражданских истцов ФИО19, ФИО20 -Халлыева М.Х. опровергает доводы жалоб и дополнения к ним, просит оставить их без удовлетворения.
В возражениях на апелляционные жалобы и дополнения к ним представителя потерпевшего ФИО7 – ФИО3, адвоката Соколинской С.Е. - потерпевшие ФИО10, ФИО16 опровергают доводы жалоб и дополнения к ним, просят оставить их без удовлетворения В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Соколинской С.Е. - гражданские истцы ФИО19, ФИО20, опровергают доводы жалобы, просят оставить ее без удовлетворения.
Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, поданных возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Виновность ФИО1 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вредя здоровью трех человек, подтверждается совокупностью исследованных и приведенных в судебном заседании доказательств, а именно: - показаниями потерпевших ФИО10, ФИО16, согласно которым 5 июля 2016 года они и их малолетний сын ФИО10 возвращались в г. Саратов, двигаясь на автомашине «Шкода Рапид» со скоростью около 60 км/ч. По пути следования, неожиданно для ФИО10, на его полосу движения выехал автомобиль «Хонда», который двигался со скоростью не менее 140 км/ч. Расстояние между их автомашинами было небольшое, водитель «Хонды» экстренного торможения не предпринимал. С целью уклонения от удара ФИО10 принял ближе к правой обочине, предоставив водителю «Хонды» возможность завершить маневр, но последний направил свой автомобиль в его сторону. Чтобы защитить семью, он направил свой автомобиль в правый кювет, но избежать столкновения не удалось; - показаниями свидетеля ФИО11 о том, что она 5 июля 2016 года около 20 часов видела двигавшийся по своей полосе движения с небольшой скоростью автомобиль «Шкода», а также двигавшуюся навстречу автомашине «Шкода» со стороны г. Саратова автомашину «Жигули», которую обгоняла автомашина красного цвета, на большой скорости. Она услышала звук торможения и звук сильного удара, после чего подбежала к столкнувшимся автомашинам и оказывала помощь пострадавшим. В автомашине «Шкода» погиб ребенок; - показаниями свидетеля ФИО21, согласно которым 5 июля 2016 года он видел двигавшийся во встречном направлении легковой автомобиль «Шкода» светлого цвета, который привлек его внимание движением, похожим на торможение. Через несколько секунд он услышал звук удара характерный для столкновения транспортных средств и увидел на правой обочине по направлению движения в г. Саратов автомашину «Шкода» и автомашину «Хонда» красного цвета; - показаниями свидетелей ФИО22 и ФИО23, оглашенными показаниями свидетеля ФИО15 выезжавших на место происшествия, которым со слов очевидцев стало известно, что водитель «Хонда Аккорд», игнорируя дорожную разметку в виде сплошной линии, выехал на полосу встречного движения, где спровоцировал столкновение с автомашиной «Шкода»; - показаниями свидетеля ФИО9 о том, что он выезжал на место дорожно-транспортного происшествия, где автомобиль «Хонда Аккорд», игнорируя дорожную разметку 1.1 в виде сплошной линии, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомашиной «Шкода». Водитель «Хонды» ФИО1 пояснил, что выехал на полосу встречного движения, пытаясь избежать столкновения с впереди двигавшейся автомашиной; -оглашенными показаниями свидетеля ФИО8 о том, что он выезжал на место дорожно-транспортного происшествия, где столкнулись автомашины «Хонда Аккорд» и «Шкода Рапид». От водителя «Шкоды» ФИО10 ему стало известно, что автомашина «Хонда» вылетела ему навстречу на большой скорости, водитель которой не успел закончить маневр обгона и избежать встречного столкновения; - протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого была зафиксирована обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия; - протоколами дополнительных осмотров места происшествия, в ходе которых произведены дополнительные замеры участка места происшествия; - протоколом осмотра автомашин, в котором зафиксированы их механические повреждения; - заключением эксперта № 8/60 от 8 декабря 2016 года, согласно которому смерть ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила в результате полученной им тупой сочетанной травмы тела: а) закрытой тупой черепно-мозговой травмы с ушибом правой височной доли головного мозга, с кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку и в желудочки мозга, с кровоизлиянием в мягкие ткани головы с внутренней стороны в височной области справа, с наличием кровоподтека и ссадины в височной области справа, ссадин в лобной области слева и на левой щеке; б) закрытого перелома шейного отдела позвоночника между 2 и 3 шейными позвонками, с разрывом передней продольной связки позвоночника, с кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку и ушибом спинного мозга, с кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани в месте перелома; в) закрытой тупой травмы грудной клетки с ушибом корней легких, с наличием ссадин на левой боковой поверхности грудной клетки; г) закрытой тупой травмы живота с разрывами левой и правой долей печени, с кровоизлиянием в брюшную полость в объеме 250 мл, с наличием кровоподтека на передней брюшной стенке; д) кровоподтека левого плеча, кровоподтека левого локтевого сустава, ссадины правого предплечья, с развитием травматического шока, что подтверждается данными судебно-гистологического исследования. Указанные телесные повреждения возникли от действия тупых твердых предметов, возможно 05 июля 2016 года в результате дорожно-транспортного происшествия, описанного в постановлении, и оцениваются в совокупности, учитывая механизм образования, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; - показаниями эксперта ФИО24 подтвердившего данное заключение и пояснившего, что травмы, полученные ребенком характерны для столкновения автотранспортных средств. Он не отрицает, что наличие в салоне машины детского удерживающего устройства могло усилить тяжесть полученных повреждений, однако, в данном случае наличие либо отсутствие каких-либо устройств, призванных обеспечивать безопасность пассажиров при дорожно-транспортном происшествии, не имеет решающего значения, поскольку тяжесть полученных повреждений зависела от силы удара, которая в конкретном случае была очень значительна; - заключением эксперта № 4845 от 7 октября 2016 года, согласно которому у потерпевшей ФИО16 имелась сочетанная травма от 5 июля 2016 года: закрытая тупая травма живота (разрыв брызжейки подвздошной и сигмовидной кишки; некроз стенки сигмовидной и подвздошной кишки; ушиб передней брюшной стенки, кровоподтек передней брюшной стенки); закрытая травма грудной клетки (перелом 1 ребра справа, перелом 7-9 ребер слева; правосторонний посттравматический пневмогидроторакс, подкожная эмфизема груди справа); закрытый перелом дистального метаэпифиза правой лучевой кости со смещением; закрытый вывих правой кисти; закрытый перелом основания 1 пястной кости левой кисти без смещения; множественные ссадины верхних конечностей; ушиб мягких тканей левого коленного сустава, множественные ссадины нижних конечностей; закрытая черепно-мозговая травма; сотрясение головного мозга; колотая рана лица, ушибы, ссадины лица. Указанные повреждения могли возникнуть в результате дорожно-транспортного происшествия возможно 5 июля 2016 года. Все повреждения оцениваются в совокупности, так как имеют единый механизм травмы, и причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; - заключением эксперта № 4846 от 28 сентября 2016 года, согласно которому у ФИО10 имелась сочетанная травма от 5 июля 2016 года: закрытая тупая травма живота с повреждением брыжейки подвздошной кишки и некрозом участка подвздошной кишки, разрывом брыжейки сигмовидной кишки и некрозом участка сигмовидной кишки, гемоперитонеум, ссадины передней брюшной стенки; закрытый вывих с 1-5 плюсневых костей левой стопы; закрытый перелом основания 1 плюсневой кости левой стопы со смещением; закрытый перелом основания 4 плюсневой кости левой стопы без смещения; ушиб мягких тканей лица, множественные ссадины лица, множественные ссадины верхних конечностей; закрытая травма грудной клетки (перелом 4-5-6-7 ребер справа, ушиб средней доли правого легкого, двусторонний плевральный выпот); ссадины груди. Указанные повреждения могли возникнуть в результате дорожно-транспортного происшествия возможно 05 июля 2016 года. Все повреждения оцениваются в совокупности, так как имеют единый механизм травмы, и причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; - заключением эксперта № 3547 от 3 октября 2016 года, согласно которому у несовершеннолетнего ФИО7 имелись повреждения: сочетанная травма головы, шеи, туловища и конечностей в виде сотрясения головного мозга, ушиба спинного мозга на уровне 5-го шейного - 1-го грудного позвонков с нарушением его функций, ссадины на правой боковой поверхности шеи, ушибов легких, ушиба правой почки, ссадины на передней брюшной стенке, ссадины на конечностях, возникли от действий тупых твердых предметов, какими являются выступающие части салона автомобиля в условиях дорожно-транспортного происшествия имевшего место 05 июля 2016 года, оцениваются в едином комплексе и относятся к телесным повреждениям, повлекшим причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни; - заключением эксперта № 3548 от 6 октября 2016 года, согласно которому у ФИО31. имеются повреждения: сочетанная травма головы, грудной клетки и правой верхней конечности в виде ссадин на лице, ушиб мягких тканей верхней губы, кровоподтека в подбородочной области, ушиба грудной клетки, закрытого перелома 4-й пястной кости и 5-й пястной кости правой кисти, которые возникли от действий тупых твердых предметов, какими являются выступающие части салона автомобиля в условиях дорожно-транспортного происшествия имевшего место 5 июля 2016 года, оцениваются в едином комплексе и относятся к телесным повреждениям, повлекшим причинение вреда здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья свыше трех недель; - заключением эксперта № 956/965/3-1 от 17 февраля 2017 года, согласно которому автомобили «Хонда-Аккорд» г/н <***> и «Шкода Рапид» г/н. <***> имеют значительные деформации кузовных элементов, а также полные и частичные разрушения оборудования кузова, характерные для столкновения. Неисправностей, способных повлиять на нештатное развитие дорожной ситуации, вследствие технического состояния автомобилей до дорожно-транспортного происшествия, не обнаружено. При исследовании приборной панели автомобиля «Хонда-Аккорд» г/н. <***> установлено, что стрелка тахометра находится в положении около 1500 об/мин., стрелка спидометра в положении около 60 км/ч. Данные показатели свидетельствуют о том, что на момент разрушения электроцепи при дорожно-транспортном происшествии, автомобиль «Хонда-Аккорд» двигался со скоростью около 60 км/ч. С учетом того, что в схеме происшествия от 5 июля 2016 года отсутствуют тормозные следы от автомобиля «Шкода Рапид» г/н. <***> определить расчетным путем скорость движения данного автомобиля не представляется возможным. Техническая возможность предотвращения столкновения определяется в отношении водителя, имеющего преимущества в движении. При выезде автомобиля «Хонда-Аккорд» г/н. <***> на сторону проезжей части предназначенной для встречного движения, преимущество в движении будет у водителя автомобиля «Шкода Рапид» г/н. <***> (как двигавшегося в соответствии с требованиями п.п. 1,4; 9,1 ПДД по правой стороне дороги). Поскольку автомобиль «Хонда-Аккорд» г/н. <***> на момент столкновения не был остановлен, то ни снижение скорости, ни остановка автомобиля «Шкода Рапид» г/н. <***> не исключали столкновения. С учетом обстановки, зафиксированной в протоколе осмотра места происшествия со схемой и фототаблицей от 5 июля 2016 года, место столкновения автомобилей г/н «Хонда-Аккорд» <***> регион и «Шкода Рапид» г/н. <***> расположено на правой стороне дороги, по направлению первоначального направления движения автомобиля «Шкода Рапид» г/н. <***>. В данной дорожной ситуации водителю автомобиля «Хонда Аккорд» г/н. <***>, для обеспечения безопасности движения, следовало руководствоваться требованиями п.п. 1.4; 9.10; 10.1; 11.1 ПДД РФ, а также Приложением 2 к ПДД в части требований к дорожной разметке 1.1; а водителю автомобиля «Шкода Рапид» г/н. <***>, для обеспечения безопасности движения, следовало руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД. В непосредственной причинной связи с дорожно-транспортным происшествием находится выезд автомобиля «Хонда-Аккорд» г/н <***> на сторону дороги, предназначенную для встречного движения. Техническая возможность предотвращения полностью зависела от субъективных действий водителя «Хонда-Аккорд» г/н. <***> регион, по управлению транспортным средством в соответствии с требованиями п.п. 1.4, 9.1, 9.10,10,1,11.1 ПДД, а также в соответствии с Приложением 2 к ПДД в части требований к дорожной разметке 1.1. Управляемое движение автомобиля «Хонда-Аккорд» г/н <***> в пределах правой стороны проезжей части дороги, с технической точки зрения, исключало данное дорожно-транспортное происшествие; - показаниями эксперта ФИО26, подтвердившего данное заключение и пояснившего, что экстренное торможение водителями в данной дорожной ситуации не применялось, техническая возможность предотвращения столкновения зависела только от действий водителя автомобиля «Хонда-Аккорд», другими доказательствами, изложенными в приговоре.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним указанные выше и иные доказательства получены с соблюдением требований ст.ст. 74 и 86 УПК РФ , соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Не доверять данным доказательствам оснований не имеется.
Все доказательства были судом непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства по уголовному делу в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ , проверены в соответствии с требованиями со ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу и оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ , с точки зрения их достаточности, допустимости и относимости к рассматриваемому событию.
Данные доказательства нашли свое подтверждение и обоснованно положены в основу доказательств вины ФИО1 в инкриминированном ему деянии.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, мотивы, по которым суд положил в основу приговора показания потерпевших ФИО10, ФИО16, свидетелей обвинения ФИО11, ФИО25, ФИО22, ФИО23, ФИО9, экспертов ФИО24, ФИО26, оглашенные показания свидетелей ФИО15, ФИО8 и отверг показания осужденного ФИО1, свидетеля ФИО17 о применении ФИО1 торможения на полосе встречного движения; что в момент столкновения автомашина ФИО1 практически остановилась; автомобиль «Шкода Рапид» скорость не снижал, двигался с большей скоростью, чем автомобиль «Хонда»; что столкновение автомашин произошло на обочине, а также отверг критическую рецензию специалиста ФИО12 на заключение автотехнической экспертизы, в приговоре приведены, суд апелляционной инстанции находит их убедительными, обоснованными и правильными.
Доводы жалоб и дополнений к ним о тенденциозности суда в оценке доказательств и обвинительном уклоне носят предположительный характер, обусловленный позицией защиты, не основаны на исследованных в суде доказательствах и материалах, что нашло достаточное отражение в приговоре и протоколе судебного заседания.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, считать показания потерпевших, свидетелей обвинения, оговором осужденного или не доверять им по другим причинам, нет оснований, они последовательны на протяжении всего времени производства по делу и подтверждаются совокупностью других доказательств, исследованных в судебном заседании.
Каких-либо существенных противоречий в приведенных доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда, не имеется.
Версия осужденного ФИО1 о том, что он выехал на полосу встречного движения с целью спасти свою семью, избежав столкновения с впереди двигавшимся автомобилем, обгон не совершал, проверялась судом первой инстанции, однако с приведением в приговоре мотивов была отвергнута. Оснований давать иную оценку данным доводам не имеется.
Все доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним о невиновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку эти доводы проверялись в судебном заседании и были опровергнуты материалами дела, подробный анализ которых изложен в приговоре.
К показаниям осужденного ФИО1, в части которых он отрицал свою вину в причастности к совершению инкриминируемого ему преступления, а также показаниям его супруги ФИО3, суд обоснованно отнесся критически, расценив их как способ защиты, убедительно аргументировав свои выводы в приговоре.
Поэтому, доводы защитников Соколинской С.Е. и Хамитовой Т.А. о том, что осужденный в ходе предварительного расследования и судебном заседании вину в совершении инкриминированного ему преступления признал полностью, являются несостоятельными.
Суд тщательно проверил все доказательства, проанализировал их и, оценив в совокупности, пришел к обоснованному выводу о виновности ФИО1 в совершении преступления.
Вопреки доводам апелляционных жалоб и дополнений к ним, юридическая квалификация действий осужденного является правильной.
Суд пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО1 управляя автомашиной, в нарушение п.п. 8.1, 9.1, 9.9, 9.10, 10.1, 11.1 Правил дорожного движения РФ, неправильно оценил дорожную ситуацию, превысил разрешенную скорость движения, осуществляя обгон впереди двигавшегося транспортного средства, пересек сплошную линию дорожной разметки 1.1, выехав на полосу встречного движения, а затем на обочину встречной полосы движения, где создал опасность для движения транспорта, следовавшего во встречном направлении, и допустил столкновение с автомобилем «Шкода Рапид» под управлением ФИО10, в результате чего малолетний ФИО10 скончался, ФИО10, ФИО16 и ФИО7 был причинен тяжкий вред здоровью.
Нарушение ФИО1 указанных Правил дорожного движения РФ явилось непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия и наступивших в результате него последствий в виде смерти и причинения тяжкого вреда здоровью трем потерпевшим, при этом между нарушением и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.
Поэтому, вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, оснований полагать, что водителем ФИО10 были нарушены Правила дорожного движения РФ, явившиеся причиной дорожно-транспортного происшествия, об обоюдной вине водителей, у суда апелляционной инстанции не имеется, данные доводы опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, все действия потерпевшего ФИО10, в момент дорожно-транспортного происшествия, пытавшегося избежать столкновения автомашин, надлежащим образом были учтены судом при рассмотрении дела.
Доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним о неполноте и незаконности заключения автотехнической экспертизы, в связи с тем, что скорость движения автомобиля ФИО10 достоверно не установлена; о нарушениях прав на защиту, допущенных при назначении автотехнической экспертизы, выразившихся в непредставлении следователем возможности осужденному поставить вопросы эксперту; об искажении следователем поставленных на экспертизу вопросов, непредоставлении эксперту полных исходных данных о дорожно-транспортном происшествии; о неполноте ответов эксперта; необоснованном отказе суда в назначении и проведении дополнительной автотехнической экспертизы, не являются основанием для отмены приговора.
Как видно из указанного заключения, экспертиза проведена экспертом, имеющим специальные познания в области проведения автотехнических экспертиз и многолетний стаж экспертной работы. Эксперту были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ . Для производства экспертизы были предоставлены все необходимые данные. Выводы эксперта логичны, последовательны, не противоречивы. Кроме того, заключение данной экспертизы является одним из доказательств, оцененных судом в совокупности с иными, имеющимися в деле доказательствами, суд признал данное доказательство допустимым и объективным, а выводы, содержащиеся в заключении экспертизы, обоснованными и достоверными. Также в судебном заседании был допрошен эксперт ФИО26, проводивший автотехническую экспертизу, который ответил на вопросы, имевшиеся у стороны защиты. Оснований не доверять показаниями эксперта ФИО26 в судебном заседании не имеется.
Нарушений уголовно-процессуального закона при назначении и проведении данной экспертизы допущено не было.
При таких обстоятельствах суд обоснованно отказал в ходатайстве о назначении дополнительной автотехнической судебной экспертизы.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, показания свидетеля ФИО8 были оглашены в судебном заседании в соответствии с требованиями п. 2 ч. 2 ст. 281 УПК РФ , поскольку в деле имелось заключение врачей о состоянии здоровья ФИО8, препятствующем его участию в судебном заседании.
Доводы жалоб и дополнений к ним о нарушении прав представителя потерпевшего ФИО7 - ФИО3, выразившихся в не уведомлении ее об окончании предварительного следствия и ознакомлении с материалами уголовного дела, являются несостоятельными.
Так, согласно материалам уголовного дела, в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 215 УПК РФ , следователь в установленном законом порядке направил по месту жительства ФИО3 уведомление от 15 марта 2017 года об окончании предварительного расследования, разъяснив ФИО3 ее право на ознакомление с материалами уголовного дела (т. 4 л.д. 13). Однако, несмотря на это, ФИО3 на ознакомление с материалами уголовного дела не явилась, после чего, уголовное дело было направлено прокурору для утверждения обвинительного заключения. При назначении дела к слушанию по существу, ФИО3 была должным образом уведомлена, на протяжении всего периода рассмотрения уголовного дела представляла в суд заявления о рассмотрении уголовного дела в ее отсутствии, каких-либо ходатайств об ознакомлении с материалами уголовного дела она не заявляла.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, оснований для исключения из числа доказательств заключения автотехнической экспертизы, протокола осмотра места происшествия, протоколов дополнительных осмотров места происшествия, суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение законность проведения данных следственных действий, не имеется.
Доводы жалоб и дополнений к ней о том, что по уголовному делу имеется много сомнений и предположений; о противоречивости показаний потерпевших и других доказательств; о неправильной оценке судом значимых по делу обстоятельств и доказательств; о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, суд находит несостоятельными, поскольку они не основаны на материалах дела и опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, которым суд дал оценку с точки зрения допустимости и достоверности, и эта оценка является правильной.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним защитников, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона допущенных при составлении обвинительного заключения и влекущих возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ , в ходе предварительного следствия не допущено.
Каких-либо нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, как в ходе предварительного следствия, так и на стадии судебного разбирательства, допущено не было.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ней, приговор суда соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ , так как содержит четкое и подробное описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, исследованных в судебном заседании доказательств и мотивов принятого решения.
В приговоре дана надлежащая оценка всем исследованным судом доказательствам, в том числе и тем, на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах и дополнениях к ним.
Оснований давать иную оценку изложенным в приговоре суда доказательствам по делу не имеется.
Нарушений положений ст. 252 УПК РФ , о чем указано в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, судом не допущено, поскольку уголовное дело рассмотрено в рамках предъявленного ФИО1 обвинения.
Вопреки доводам жалобы защитников, все предусмотренные законом процессуальные права, в том числе право на защиту ФИО1, на всех стадиях уголовного процесса были реально обеспечены.
Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ . Председательствующим выполнены в полном объеме требования ст.ст. 15 и 243 УПК РФ по обеспечению состязательности и равноправия сторон.
Все заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями ст.ст. 122 и 271 УПК РФ , по ним приняты законные и обоснованные решения.
Как следует из протокола судебного заседания, все представленные доказательства судом были исследованы всесторонне, полно и объективно, а заявленные ходатайства рассмотрены и по ним в установленном законом порядке судом приняты соответствующие решения. Необоснованных отказов осужденному и его защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, по делу не допущено, как не усматривается в ходе судебного разбирательства и нарушений принципа состязательности сторон.
Замечания на протокол судебного заседания, в том числе содержащиеся в апелляционных жалобах и дополнениях к ним, рассмотрены председательствующим в соответствии со ст. 260 УПК РФ и отклонены, оснований не соглашаться с мотивированными постановлениями суда не имеется.
В связи с чем доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним об искажении судом показаний потерпевших, свидетелей и других доказательств, являются несостоятельными.
Вопреки доводам апелляционных жалоб и дополнений к ним, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии законных оснований к оглашению письменного объяснения законного представителя потерпевшего ФИО3, не участвовавшей при рассмотрении дела в суд первой инстанции, убедительно мотивировав свои выводы об этом в приговоре.
Вопреки доводам апелляционной жалобы Хамитовой Т.А., приговору суда постановлен в совещательной комнате в соответствии с требованиями ст. 298 УПК РФ .
Вывод суда о вменяемости ФИО1 является верным.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним защитников Соколинской С.Е., Хамитовой Т.А., законного представителя ФИО3, наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 6 и 60 УК РФ , с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности осужденного, наличия смягчающих обстоятельств, в том числе и тех, на которые защитники ссылаются в своих жалобах, и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, является справедливым и соразмерным содеянному.
Вопреки доводам апелляционных жалоб и дополнений к ним, каких-либо иных обстоятельств, которые могли бы быть признаны судом в качестве смягчающих наказание ФИО1 и оснований для смягчения назначенного ему наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Вопреки доводам жалоб и дополнений к ним, выводы суда о назначении наказания ФИО1 в виде лишения свободы, об отсутствии оснований для назначения осужденному наказания с применением ст.ст. 64 , 73 УК РФ , а также для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и применения положений ст. 82 УК РФ , являются правильными, и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают.
Судьба вещественных доказательств судом разрешена в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ .
Доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним защитников Соколинской С.Е., Хамитовой Т.А., законного представителя ФИО3, являлись предметом рассмотрения и оценки суда первой инстанции, оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.
Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену либо изменение приговора, не допущено.
Вопреки доводам апелляционных жалоб и дополнений к ним, гражданский иск потерпевших и гражданских истцов о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, рассмотрен в соответствии с требованиями закона.
Согласно ч. 4 ст. 42 УПК РФ , по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.
В соответствии с ч. 1 ст. 44 УПК РФ , гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением. Решение о признании гражданским истцом оформляется определением суда или постановлением судьи, следователя, дознавателя. Гражданский истец может предъявить гражданский иск для имущественной компенсации морального вреда.
Согласно п. 4 ст. 5 УПК РФ близкими родственниками являются- супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки.
Таким образом, наряду с потерпевшими – родителями: отцом ФИО10 и мамой ФИО16, дедушка ФИО19 и бабушка ФИО20 являются гражданскими истцами по данному уголовному делу и также наделены правами, предусмотренными ст.ст. 42 , 44 УПК РФ .
В соответствии по ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также с учетом степени вины причинителя вреда. При этом должны учитываться требования разумности и справедливости, материальное положение виновного.
Указанные нормы судом при разрешении гражданского иска соблюдены.
При определении размера денежной компенсации морального вреда суд принял во внимание все обстоятельства, установленные материалами уголовного дела, в том числе и тех на которые имеются ссылки в апелляционных жалобах и дополнениях к ним защитников Соколинской С.Е., Хамитовой Т.А. и представителя потерпевшего ФИО3, оценил характер и степень причиненных потерпевшим и граждански истцам нравственных страданий.
Представленные защитником Хамитовой Т.А. в суд апелляционной инстанции копии судебных решений гражданских судов, в том числе в части взыскания с СК «Росгосстрах» страховых выплат в пользу ФИО16 не влияют на законность принятого судом решения в части определения размера компенсации морального вреда.
С учетом изложенного и вопреки доводам апелляционных жалоб и дополнений к ним, оснований для отмены либо изменения судебного решения в части разрешения гражданского иска не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13 , 389.20 и 389.28 УПК РФ , суд
Приговор Базарно-Карабулакского районного суда Саратовской области от 3 мая 2017 года в отношении ФИО1 Е.А. оставить без изменения, апелляционные жалобы и дополнения к ней защитников Соколинской С.Е., Хамитовой Т.А., законного представителя потерпевшего ФИО2 – ФИО3, - без удовлетворения.
Председательствующий К.М. Бондарчук Суд: Саратовский областной суд (Саратовская область) (подробнее) Судьи дела: Бондарчук К.М. (судья) (подробнее) Судебная практика по: Нарушение правил дорожного движения Судебная практика по применению норм ст. 264, 264.1 УК РФ Доказательства Судебная практика по применению нормы ст. 74 УПК РФ