Апелляционное постановление № 22-233/2018 от 6 февраля 2018 г. по делу № 22-233/2018 Суд Ханты-Мансийского автономного округа (Ханты-Мансийский автономный округ-Югра) - Уголовное судья Шерстнев П.Е., дело № 22-233/2018 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Ханты-Мансийск 07 февраля 2018 года Суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Леончикова В.С., с участием: прокурора Сосновского Н.С., защитника Белова Д.Н., при секретаре Казаковой Е.С., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Осьмакова М.А. на постановление Сургутского городского суда от 16 декабря 2017 года, которым отказано в удовлетворении ходатайства следователя об изменении меры пресечения в виде содержания под стражей на домашний арест в отношении обвиняемой Т., <данные изъяты>,
Органами предварительного следствия Т. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п.п. «г, е» ч.2 ст. 117 УК РФ .
Обжалуемое постановление судом вынесено по результатам рассмотрения ходатайства следователя.
В апелляционной жалобе адвокат Осьмаков М.А. просит постановление суда как незаконное и необоснованное отменить, избрать Т. меру пресечения в виде домашнего ареста. Указывает на то, что выводы суда противоречивы, поскольку в судебном заседании установлен факт регистрации и проживания обвиняемой Т. по месту жительства в (адрес). В то же время, суд в качестве основания отказа в удовлетворении ходатайства следователя указал, что суду не представлено сведений о жилом помещении, в котором будет проживать Т. в случае избрания в отношении неё меры пресечения в виде домашнего ареста. Не согласен и с выводами суда о том, что проживанием Т. по месту её жительства затрагиваются права и законные интересы проживающих в нём лиц, то есть её малолетних детей. В силу п.39 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 (в редакции от 24.05.2016 г. №23) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, ареста и залога», суд с учетом данных о личности обвиняемого и фактических обстоятельств при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может по собственной инициативе установить запреты и ограничения. Согласно п.36 указанного Постановления Пленума ВС РФ условия, связанные с видом и размером наказания, которые установлены частью 1 статьи 108 УПК РФ для применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, на домашний арест не распространяются, поскольку они не предусмотрены статьей 107 УПК РФ . В связи с чем, считает необоснованной ссылку суда в постановлении на то, что Т. обвиняется в совершении тяжкого преступления, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком свыше 3 лет. В соответствии с ч.3 ст. 110 УПК РФ , избранная в ходе досудебного производства следователем с согласия руководителя следственного органа мера пресечения может быть изменена с согласия этого лица. Полагает, что на стадии предварительного следствия наличие изменения оснований, по которым ранее в отношении обвиняемой избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, устанавливается следователем, руководителем следственного органа и прокурора, осуществляющего процессуальный надзор за предварительным следствием, а не судьей, у которого в производстве уголовное дело не находится.
В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Осьмакова М.А. начальник Управления по опеке и попечительству Администрации (адрес) И. просит постановление суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.
Проверив материал, заслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.
Суд, отказывая в удовлетворении ходатайства следователя, верно исходил из того, что Т. обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком свыше трех лет; обстоятельства, послужившие основанием для избрания ей меры пресечения в виде заключения под стражу, не изменились.
Согласно п. 37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» суд вправе определить лицу для нахождения только такое жилое помещение, в котором оно проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях (часть 1 статьи 107 УПК РФ ). В связи с этим суду необходимо проверять основания проживания подозреваемого или обвиняемого в жилом помещении, нахождение в котором предполагается в случае избрания в отношении его меры пресечения в виде домашнего ареста.
В постановлении о возбуждении перед судом ходатайства об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на домашний арест, не указано место исполнения меры пресечения (жилое помещение, в котором обвиняемой надлежит находиться), а также запреты и ограничения в период исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста. Сведения о таком жилом помещении в материалах отсутствуют. Как пояснила в ходе судебного заседания обвиняемая Т., квартира принадлежит ей в общей долевой собственности. Таким образом, затрагиваются права и законные интересы проживающих в том же жилом помещении собственника жилья и других лиц.
Суд обоснованно не согласился с мнением следователя о том, что Т. не может оказать давление на свидетелей, одними из которых являются её несовершеннолетние дети, поскольку по уголовному делу выполнены все следственные действия, направленные на окончание предварительного следствия по уголовному делу. В судебном заседании было установлено, что малолетние дети Т. в настоящее время находятся в приёмной семье, и в случае изменения меры пресечения, дети Т. вернутся в семью.
Фактические обстоятельства, характер, тяжесть и специфика инкриминируемого преступления, дали суду достаточные основания полагать, что в случае избрания в отношении Т. более мягкой меры пресечения, несмотря на то, что малолетние дети уже допрошены в качестве свидетелей, Т. может оказать на них воздействие, в результате чего показания свидетелей могут быть изменены в ходе судебного заседания.
Изменение Т. меры пресечения на другую, не связанную с заключением под стражу, как верно указал суд, не может явиться гарантией тому, что обвиняемая не примет мер к созданию условий, препятствующих эффективному производству правосудия. Наличие у обвиняемой постоянного места жительства и работы, на иждивении троих малолетних детей, состояние беременности, не является безусловным и достаточным основанием для изменения меры пресечения на более мягкую.
Вопреки доводам жалобы, выводы суда в постановлении надлежащим образом мотивированы и соответствуют требованиям ст.ст. 97 , 99 , 107 , 108 , 109 УПК РФ .
Обстоятельств, препятствующих нахождению Т. под стражей по медицинским показаниям или иным основаниям, не установлено.
Судом сделан правильный вывод о наличии достаточных сведений, подтверждающих обоснованность подозрения возможной причастности Т. к инкриминируемому ей преступлению.
Решение принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего основания и порядок принятия подобных решений, с соблюдением принципа состязательности и равенства сторон, оснований для отмены данного постановления и избрания обвиняемой меры пресечения в виде домашнего ареста, вопреки доводам жалобы не имеется.
Нарушений закона, влекущих безусловную отмену постановления суда, не установлено.
Все доводы жалобы адвоката Осьмакова М.А. относительно незаконности и необоснованности судебного решения, таковыми не являются и признаются несостоятельными.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13 , 389.20 и 389.28 УПК РФ , суд
Постановление Сургутского городского суда от 16 декабря 2017 года Т. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ. председательствующий Суд: Суд Ханты-Мансийского автономного округа (Ханты-Мансийский автономный округ-Югра) (подробнее) Судьи дела: Леончиков Виктор Степанович (судья) (подробнее) Судебная практика по: Меры пресечения Судебная практика по применению нормы ст. 110 УПК РФ