Апелляционное постановление № 22-141/2019 22-7979/2018 от 9 января 2019 г. по делу № 22-141/2019 Красноярский краевой суд (Красноярский край) - Уголовное Председательствующий – судья Ч. Е.В. 22–141-2019 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Красноярск 10 января 2019 года Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда в составе: председательствующего судьи Запасовой А.П., при секретаре Тоночакове И.В., с участием обвиняемого ФИО3, потерпевшего Потерпевший №2, прокурора Боровкова В.А., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя помощника прокурора ЗАТО г. Железногорск Красноярского края ФИО4 на постановление судьи Железногорского городского суда Красноярского края от 12 октября 2018 года, которым уголовное дело в отношении: ФИО3, <данные изъяты> судимостей не имеющего; обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 111 УК РФ , ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ , возвращено прокурору ЗАТО г. Железногорск Красноярского края в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий рассмотрения его судом; мера пресечения в отношении ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.
Заслушав прокурора краевой прокуратуры Боровкова В.А., полагавшего постановление судьи отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции, обвиняемого ФИО3, потерпевшего Потерпевший №2, возражавших против доводов апелляционного представления, суд апелляционной инстанции
Органами предварительного расследования Пашеных обвиняется в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, а также в покушении на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере.
Уголовное дело по обвинению Пашеных в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 111 УК РФ , ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ , поступило в Железногорский городской суд Красноярского края для рассмотрения по существу 29 июня 2018 года.
В ходе судебного разбирательства судом принято обжалуемое постановление.
Возврат уголовного дела по обвинению Пашеных прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ мотивирован, в частности, тем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.
При этом указано, что изложенное в обвинительном заключении описание вмененного Пашеных преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ , не соответствует требованиям ст. 73 УПК РФ , в обвинительном заключении не конкретизирован способ совершения Пашеных корыстного преступления, надлежащим образом не изложены мотивы, по которым Пашеных совершил вменяемые ему действия. Органом предварительного расследования не дано оценки составленному между Пашеных и Свидетель №1 договору, в котором Свидетель №1 выступает в качестве покупателя квартиры формально, а доверенности, как указано в обвинительном заключении, были подготовлены для оформления притворной сделки. Не указано, что входило в намерения Пашеных при заключении данной сделки, и каким образом в случае государственной регистрации данной сделки Пашеных предполагал завладеть квартирой, тем более, что покупателем данной квартиры Пашеных в сделке не выступал. Пашеных подписал договор купли-продажи квартиры от имени продавцов, но, как следует из показаний в судебном заседании подсудимого Пашеных, свидетеля Свидетель №1, при подписании договора купли-продажи Свидетель №1 денег Пашеных не передавал. Совершение мошенничества группой лиц по предварительному сговору Пашеных не вменяется. Как следует из обвинительного заключения, Пашеных реализовать умысел на хищение не смог, поскольку в ходе правовой экспертизы документов, переданных на государственную регистрацию, было установлено, что собственники квартиры на момент составления доверенностей скончались. Однако, из текста обвинительного заключения непонятно, каким образом Пашеных, оформив договор купли-продажи квартиры с Свидетель №1, пусть даже формально, согласно которого Свидетель №1 купил квартиру, сдав документы на регистрацию права собственности на квартиру за Свидетель №1, мог получить квартиру, соответственно, завладеть похищенным имуществом.
По мнению суда, отсутствие указаний на данные обстоятельства, также доказательства, их подтверждающие, свидетельствует о неконкретизированности и неполноте существа обвинения, предъявленного Пашеных, препятствует определению точных пределов судебного разбирательства и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется.
В апелляционном представлении государственный обвинитель помощник прокурора ЗАТО г. Железногорск Красноярского края ФИО4 просит постановление судьи от 12 октября 2018 года как незаконное и необоснованное отменить, уголовное дело по обвинению Пашеных вернуть в суд первой инстанции на новое рассмотрение.
При этом указывает, что выводы суда о том, что в обвинительном заключении не конкретизированы способ и мотив совершения Пашеных преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч. 4 ст. 159 УК РФ , не определен умысел на совершение мошенничества (последствия в виде завладения квартирой), не основаны на законе, не соответствуют материалам уголовного дела, и не являются обстоятельствами, позволяющими суду возвратить уголовное дело прокурору, поскольку не препятствуют постановлению по делу итогового решения на основе имеющегося обвинительного заключения.
Считает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ , в нем приведена формулировка предъявленного обвинения с указанием части и статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающей ответственность за данное преступление, место, время и способ совершения инкриминируемого Пашеных деяния, а также другие юридически значимые обстоятельства, при которых имело место преступление, приведены доказательства, подтверждающие предъявленное обвинение.
Обвинение не является неконкретным или неоднозначным, в обвинительном заключении следователем описан корыстный мотив преступления, конкретизирован способ совершения – Пашеных подготовил для оформления притворной сделки две фиктивные доверенности, …… уговорил малознакомого ему Свидетель №1, не ставя последнего в известность о своих преступных намерениях, оформить с ним договор купли-продажи квартиры, …… приехал в Железногорский отдел Управления Федеральной регистрационной службы по Красноярскому краю, расположенный <адрес>, где Пашеных и Свидетель №1 подписали договор купли-продажи квартиры и вместе передали его на государственную регистрацию.
Считает, что Пашеных полностью выполнил объективную сторону преступления, передав регистрационные документы в Железногорский отдел Управления Федеральной регистрационной службы по Красноярскому краю, содержавшие, в том числе, поддельные доверенности, однако, противоправно завладеть квартирой не представилось возможным по независящим от Пашеных обстоятельствам.
Полагает, что об умысле Пашеных на хищение чужого имущества путем обмана свидетельствует способ совершения преступления, выраженный в осознанном представлении в регистрирующий орган заведомо ложных, не соответствующих действительности документов. По результатам почерковедческой экспертизы рукописный текст в доверенности от 20 октября 2014 года от имени ФИО1 выполнен Пашеных.
Выслушав участников процесса, проверив представленный материал, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Как видно из представленного обвинительного заключения, Пашеных обвиняется, в частности, в совершении в ноябре 2014 года, но не позднее 05 ноября 2014 года включительно, покушения на хищение путем обмана, то есть покушения на мошенничество, чужого имущества, а именно квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, рыночной стоимостью по состоянию на 27 декабря 2013 года 1 470 000 рублей, то есть в особо крупном размере, принадлежащей ранее не праве долевой собственности ФИО1 и ФИО2, скончавшимся в 2013 году.
Так, согласно предъявленного Пашеных обвинения в совершении покушения на мошенничество, в один из дней ноября 2014 года, точная дата и место следствием не установлены, Пашеных при неустановленных обстоятельствах стало известно о том, что собственники квартиры <адрес> ФИО2 и ФИО1 скончались в 2013 году. Тогда у Пашеных возник корыстный преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, а именно на хищение вышеуказанной квартиры. Осуществляя задуманное, Пашеных в один из дней ноября 2014 года, точная дата и место следствием не установлены, подготовил для оформления притворной сделки две фиктивные доверенности от 20 октября 2014 года, согласно которых ФИО1 и ФИО2 доверяли Пашеных от их имени распоряжаться принадлежащими каждому из них по 1\2 доли в вышеуказанной квартире. Продолжая свои преступные намерения, Пашеных уговорил малознакомого ему Свидетель №1, не ставя последнего в известность о своих преступных намерениях, оформить с ним договор купли-продажи вышеуказанной квартиры, при этом выступить в качестве покупателя формально, не являясь таковым в действительности. Свидетель №1, не догадываясь о преступных намерениях Пашеных, на предложение его согласился. Окончив подготовительные преступные действия, Пашеных 05 ноября 2014 года в дневное время, с целью реализации своего преступного умысла, направленного на хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, приехал в Железногорский отдел Управления Федеральной регистрационной службы по Красноярскому краю, расположенный <адрес>, где Пашеных и Свидетель №1 подписали договор купли-продажи вышеуказанной квартиры и вместе передали его на государственную регистрацию. Однако, реализовать свой преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, Пашеных не смог по независящим от него обстоятельствам, так как в ходе проведенной правовой экспертизы документов было установлено, что на момент составления доверенностей, то есть на 20 октября 2014 года, ФИО1 и ФИО2 скончались. Рыночная стоимость вышеуказанной квартиры согласно выписке из отчета № от 27 декабря 2013 года составляет 1 470 000 рублей, что является особо крупным размером.
Пункт 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ предусматривает возможность судьи по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, когда обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного окончательного решения, отвечающих требованиям справедливости, на основе данного обвинительного заключения.
Данные требования закона судом первой инстанции выполнены в полном объеме.
В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должны быть указаны описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п.п. 1-4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ .
Положения п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ устанавливают, что в обвинительном заключении должно быть раскрыто существо обвинения, указаны место, время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, подлежащие доказыванию и имеющие значение для дела, оно (обвинительное заключение) должно полно и точно отражать фактическую сторону обвинения, конкретные обстоятельства вмененного преступления, в целях обеспечения права обвиняемого на защиту быть понятным и представлять возможность защищаться от него всеми законными способами и средствами.
Из этого следует, что соответствующим требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства будет считаться, в частности, такое обвинительное заключение, в котором изложены все предусмотренные законом обстоятельства, в том числе существо обвинения с обязательным указанием в полном объеме данных, подлежащих доказыванию и имеющих значение по конкретному делу.
При этом отсутствие в обвинительном заключении сведений об обстоятельствах, подлежащих обязательному установлению при обвинении лица в совершении инкриминированных деяний и имеющих значение по делу, исключает возможность рассмотрения уголовного дела на основании подобного обвинительного заключения в судебном заседании, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст. 252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать в чем он конкретно обвиняется (ст. 47 УПК РФ ).
Представленное обвинительное заключение, как правильно установлено судом первой инстанции, не соответствует указанным требованиям и препятствует рассмотрению дела в судебном заседании.
Возвращая уголовное дело по обвинению Пашеных прокурору, судья Железногорского городского суда Красноярского края обоснованно указал в своем постановлении о том, что обвинение Пашеных в совершении покушения на мошенничество путем обмана в обвинительном заключении не конкретизировано, не понятно, влечет различное толкование изложенных в нем обстоятельств, подлежащих доказыванию и имеющих значение для дела, то есть не соответствует требованиям п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ .
При этом суд правильно указал, в частности, что имеет место быть неконкретность относительно того, каким способом Пашеных планировал совершить хищение, если путем обмана, то кого именно и каким образом обманул Пашеных или пытался обмануть, и каким образом данное обстоятельство могло способствовать реализации его умысла на хищение квартиры <адрес> Доказывание способа совершения мошенничества, в любом случае, предполагает указание в обвинении действий виновного, направленных, как на противоправное изъятие чужого имущества, так и на его завладение, при котором он имеет возможность распоряжаться похищенным по своему усмотрению. При покушении на преступление эти действия, связанные с завладением имуществом и его распоряжением, виновный не доводит до конца по обстоятельствам, которые от него не зависят.
Также верно в обжалуемом постановлении указано и о том, что в обвинительном заключении надлежащим образом не изложены мотивы, по которым Пашеных совершил вменяемые ему действия – если у Пашеных имеет место быть корыстный мотив, то как на это указывает желание Пашеных заключить с Свидетель №1 договор купли-продажи квартиры <адрес> в котором покупателем выступает Свидетель №1.
Согласно материалов уголовного дела, Свидетель №1 никаких денег за квартиру <адрес> Пашеных не передавал. Более того, согласно предъявленного обвинения Пашеных вменяется именно покушение на хищение путем обмана недвижимого имущества, а не денежных средств Свидетель №1. Кроме этого, в случае положительного решения регистрационным органом вопроса по сделке купле-продаже квартиры Пашеных собственником данного жилого помещения не становился. В регистрационный орган с заявлением о регистрации права собственности на вышеуказанную квартиру обратился Свидетель №1.
По смыслу материального закона, мошенничество относится к преступлениям с материальным составом, поэтому обязательными признаками его объективной стороны являются: общественно опасное деяние в форме активного действия, в данном случае хищение чужого имущества - совершенное с корыстной целью противоправное, безвозмездное обращение такого имущества в пользу виновного, совершенное путем обмана и причинившее ущерб владельцу этого имущества; способ совершения преступления - обман; общественно опасные последствия (причинение прямого материального ущерба собственнику); причинная связь между общественно опасным деянием и наступившими общественно опасными последствиями.
Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что изложенные, а также иные, указанные в постановлении судьи от 12 октября 2018 года обстоятельства, исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе имеющегося обвинительного заключения, поскольку в пределах своих полномочий, определенных требованиями ст. 252 УПК РФ , при доказанности вмененного Пашеных деяния, суд лишен возможности дать этому деянию юридическую оценку.
Обвинение содержит противоречия, а суд не может выйти за рамки предъявленного обвинения, иначе может быть нарушено право Пашеных на защиту.
Доводы апелляционного представления о том, что обвинительное заключение по уголовному делу в отношении Пашеных отвечает требованиям УПК РФ, в связи с чем суд может рассмотреть дело по существу, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку по данному уголовному делу допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, о которых указано выше, а суд не может их устранить, тем самым нарушается право на защиту обвиняемых.
Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что в соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.
При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционного представления.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389 - 9 , 389 - 13 , 389 - 20 , 389 -028 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
Постановление судьи Железногорского городского суда Красноярского края от 12 октября 2018 года в отношении ФИО3 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя помощника прокурора ЗАТО г. Железногорск Красноярского края ФИО4 – без удовлетворения.
Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке Главы 47-1 УПК РФ в Президиум Красноярского краевого суда.
Председательствующий судья Суд: Красноярский краевой суд (Красноярский край) (подробнее) Судьи дела: Запасова Анна Петровна (судья) (подробнее) Судебная практика по: По мошенничеству Судебная практика по применению нормы ст. 159 УК РФ Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Судебная практика по применению нормы ст. 111 УК РФ