Апелляционное постановление № 22-1876/2018 от 11 апреля 2018 г. по делу № 22-1876/2018 Красноярский краевой суд (Красноярский край) - Уголовное Председательствующий – Сасенко И.Е. Дело № 22-1876/2018 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
г. Красноярск 12 апреля 2018 года Суд апелляционной инстанции Красноярского краевого суда, в составе: председательствующий судья Курбатова М.В., при секретаре Артемовой О.А. с участием прокурора Красноярской краевой прокуратуры Тутыниной М.В., адвоката Амельченко А.А., представившего ордер №77 и удостоверение №1839, осужденной ФИО1, рассматривая в судебном заседании 12 апреля 2018 года уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Амельченко А.А. в интересах осужденной ФИО1 на приговор Иланского районного суда Красноярского края от 19 января 2018 года, которым ФИО1, 08<данные изъяты> осуждена по ч.1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с лишением заниматься определенной деятельностью в виде лишения права управления транспортным средством на срок 2 года 6 месяцев, Рассмотрев представленные материалы уголовного дела и доводы жалобы адвоката Амельченко А.А.., заслушав адвоката и осужденную ФИО1, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Тутыниной М.В., полагавшей необходимым приговор изменить, освободить ФИО1 от наказания в связи с истечением сроков давности, суд апелляционной инстанции,
ФИО1 осуждена за нарушение правил дорожного движения, лицом, управляющим автомобилем, повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека при следующих обстоятельствах. <дата> около 18 часов 00 минут, водитель ФИО1, управляя личным технически исправным автомобилем марки «LIFAN 113300» (Лифан 113300) регистрационный знак <данные изъяты>, двигалась по автодороге М-53 «Байкал» со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>.
Проезжая в районе 1078 км указанной автодороги в нарушение требований п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ), предписывающего, что водитель должен «..вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом… дорожные и метеорологические условия…Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», водитель ФИО1 избрала скорость движения своего автомобиля около 70 км/ч, которая не обеспечивала ей возможность постоянного контроля за движением управляемого ею транспортного средства, при этом, не учитывая дорожные условия, а именно темное время суток. При возникновении опасности в виде автомобиля марки «ВАЗ 21099» регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя П№1, совершавшего маневр левого разворота с правой обочины на левую полосу движения указанной автодороги, водитель ФИО1, неверно расценив дорожно-транспортную ситуацию, своевременно не предприняла возможных мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства и, нарушив п. 8.1 ПДД РФ, предписывающего, что «При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения», выехала на встречную полосу движения, чем так же нарушила п. 9.1 ПДД РФ устанавливающий, что «..стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева…», где допустила столкновение с автомобилем марки «ВАЗ 21099» регистрационный знак <данные изъяты>.
Таким образом, ФИО1, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, выразившихся в нарушении предписаний ПДД РФ, но без достаточных на то оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, причинила по неосторожности водителю автомобиля марки «ВАЗ 21099» регистрационный знак <данные изъяты> П№1 телесные повреждения с которыми последний был доставлен в медицинское учреждение.
Согласно заключению эксперта № от <дата> П№1 были причинены: <данные изъяты>, согласно приказа МЗиСР РФ №194н от 24.04.2008 года п. 6.1.16 отнесена к критерию, характеризующему квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, и по указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление правительства РФ №522 от 17.08.2007г) квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Нарушение водителем ФИО1 требований п.п. 8.1, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ (утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, (в ред. Постановлений Правительства РФ от РФ от 21.01.2016 № 23), состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью П№1 В апелляционной жалобе адвокат Амельченко А.А. в интересах ФИО1 выражает несогласие с приговором суда и указывает, что выводы суда являются необоснованными, при этом доводы стороны защиты, изложенные в прениях, не нашли надлежащей оценки при вынесении приговора.
В судебном заседании, ФИО1 настаивала на том, что в момент, когда автомобиль потерпевшего П№1 начал совершать маневр разворота с выездом на полосу движения ФИО1 расстояние между автомобилями составляло 10-20 метров, на полосу встречного движения она не выезжала. При этом потерпевший при совершении выезда на проезжую часть не включил указатель поворота, что также ввело ФИО2 в заблуждение, и, соответственно, сам потерпевший нарушил пункт 8.1. ПДД.
В ходе судебного следствия не допрошено ни одного очевидца дорожно-транспортного происшествия, что исключает возможность сделать вводы об обстоятельствах дорожного происшествия.
Обвинение ФИО1 построено на протоколе дополнительного осмотра места происшествия от <дата>. в ходе которого установлено время движения автомобиля «ВАЗ 21099» с момента выезда на проезжую часть до момента покидания полосы движения автомобиля подсудимой ФИО1 и время движения автомобиля «ВАЗ 21099» с момента выезда на проезжую часть до места осыпи частей автомобилей, и двух заключениях экспертов, о том, что ФИО1 располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем.
Однако, судом данным доказательствам дана неверная оценка, поскольку в ходе судебного следствия эксперт ФИО пояснил суду что выводы изложенные в заключениях полностью зависят от исходных данных которые предоставлены следователем при назначении экспертизы. Если в примененную экспертом методику задать иные данные, в частности то расстояние, на котором настаивает подсудимая (10-20 метров), выводы экспертизы будут противоположными.
Для проведения экспертиз следователем эксперту определены исходные данные, полученные в результате дополнительного осмотра места происшествия, однако, при проведении осмотра места происшествия <дата> у следователя не имелось достаточных данных для проведения тех мероприятий, на основе которых он определил время движения потерпевшего, и которые он в последствии указал в постановлении о назначении автотехнических экспертиз, так как потерпевший обстоятельств произошедшего ДТП не помнил, время движения автомобиля ВАЗ 21099 следователь определил опытным путем: путем пробных проездов аналогичного автомобиля с участием статиста. Однако, ни в ходе первоначального осмотра места происшествия, ни в последующем следователем на было установлено местоположение автомобиля потерпевшего на обочине. Место, где стоял автомобиль ВАЗ 21099 на схеме ДТП, составленной <дата>, отсутствует. Данное обстоятельство имеет правовое значение, поскольку от него зависит длина пути автомобиля ВАЗ 21099 как до границы полосы движения автомобиля LIFAN, так и до осыпи стекла на левой обочине трассы.
Допрошенный в ходе судебного следствия следователь ФИО пояснил, что место установки автомобиля (аналога) им определено со слов подсудимой, и просто напротив осыпи стекала, расстояние до которой указана на схеме ДТП.
Кроме этого, следователем проведены действия по определению времени движения автомобиля (аналога) без установления скорости движения данного автомобиля. Как пояснил следователь ФИО в судебном заседании каждый раз при пробной попытке скорость автомобиля (аналога) менялась. Однако, имелась разница в полученных значениях. Учитывая разницу можно заключить, что при проведении указанных измерений следователем не менялась скорость автомобиля (аналога), однако, выводы сделаны как об определении среднего времени движения. При этом, скорость движения автомобиля ВАЗ 21099 не установлена материалами дела.
Аналогично материалами дела не установлена и точная траектория движения автомобиля ВАЗ 21099, однако, следователь берет траекторию со слов ФИО3, спрашивая ее об этом через год после ДТП и с учетом того, что ФИО1 видела машину потерпевшего несколько секунд, после чего получила тяжелые травмы.
Кроме этого, следователем в протоколе осмотра места происшествия от <дата> не указано оборудование (техническое средство), которое он применял, для определения времени движения.
У следователя не имелось достаточных объективных данных для проведения тех измерений, которые он провел в ходе дополнительного осмотра места происшествия и как следствие этого в основу экспертиз заложены исходные данные, полученные с нарушением процессуального законодательства.
На основании изложенного, полагает, что такие доказательства являются недопустимым доказательствами, как полученные с нарушением процессуального законодательства, в связи с чем, обстоятельства ДТП не установлены, вина ФИО1 не доказана.
Кроме того, адвокат обращает внимание, что в должной мере не учтено, что ФИО1 инкриминируется совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств. Кроме этого, судом не учтено состояние здоровья подсудимой, которая согласно материалам дела сама получила тяжкий вред здоровью, в период процесса находилась на стационарном лечении.
В связи с чем, просит приговор отменить, уголовное дело прекратить на основании п.2 ч.1 ст. 24 УК РФ . Признать за ФИО1 право на реабилитацию.
Проверив по доводам жалобы законность, обоснованность и справедливость приговора, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Допрошенная в судебном заседании ФИО1 виновной себя в совершении вышеописанного деяния не признала, в судебном заседании показала, что не имела технической возможности предотвратить ДТП, на встречную полосу не выезжала.
Однако, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что вина ФИО1 в инкриминированном деянии нашла полное подтверждение, установлена совокупностью исследованных судом первой инстанции доказательств, анализ которых дан в приговоре.
Вопреки доводам жалобы адвоката Амельченко А.А., выводы суда о виновности ФИО1 в совершенном преступлении основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и получивших оценку суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ .
Фактические обстоятельства по делу судом установлены правильно.
То, что имело место ДТП между автомобилями под управлением потерпевшего П№1, и автомобилем по управлением ФИО1, судом с достоверностью установлено на основании показаний потерпевшего П№1 и ФИО1, объективно данное обстоятельство также зафиксировано в результате первоначального осмотра места происшествия от <дата>, в ходе которого осмотрен участок проезжей части автодороги М-53 «Байкал» в районе 1078 км в <адрес>, в ходе которого был установлен факт столкновения автомобилей «LIFAN 113300» регистрационный знак <данные изъяты> и «ВАЗ 21099» регистрационный знак <данные изъяты>, были описаны повреждения автомобилей, зафиксирована осыпь частей автомобилей на проезжей части, а именно на левой обочине при движении из <адрес> в <адрес>, длиной 2,9 метра, шириной 1,5 метра. Также зафиксировано местонахождение автомобилей после ДТП, а именно, что «ВАЗ 21099» находится в левом кювете, «LIFAN 113300» также находится в левом кювете, сделана привязка обнаруженных автомобилей относительно имеющихся километровых столбов. (т.1, л.д.39-46) Свидетели Св1, Св2, подтвердили обстоятельства фиксирования ими обнаруженного ДТП, порядок составления схемы, подтвердив свои показания, данные в ходе предварительного расследования о том, что по приезду на место ДТП были обнаружены слева в кювете по ходу движения в <адрес> два автомобиля: ВАЗ-21099 и «LIFAN 113300». Передние части данных автомобилей были направлены в сторону левого кювета по ходу движения в <адрес>. На момент осмотра было темное время суток, осадков не было. Проезжая часть была асфальтированная, горизонтального профиля, прямая, на момент осмотра в месте столкновения автомобилей проезжая часть была сухая, была видна линия дорожной разметки, гололёда в месте ДТП не было. На момент осмотра, на проезжей части осколков осыпи стекла, пластмассы и запасных частей от автомобилей не было. Осыпь частей автомобилей была обнаружена на левой обочине по ходу движения в сторону <адрес>, рядом со столкнувшимися автомобилями. Следов торможения на проезжей части обнаружено не было. (т.1, л.д.186-187, т.1, л.д.188-189).
Аналогичные обстоятельства сообщили свидетели Св3, Св4, о том, что они увидели на месте ДТП, подтвердив, что автомобили находились за левой обочиной по ходу движения в <адрес>. Св3 также пояснил, что на своей правой полосе движения по направлению в <адрес> никаких осколков осыпи стекол и пластмассы от автомобилей не было, на проезжей части был гололед. Свидетель Св4 также указала, что на проезжей части в месте ДТП, как он сейчас помнит, гололеда не было, снежного наста также не было, был виден асфальт, который был сухим. Данные свидетели подтвердили аналогичные обстоятельства сообщенные ими в ходе предварительного расследования. (т.1, л.д. 192-194, 195-196).
Допрошенный в суде свидетель Св5 показал, что приехал на место аварии, так как ФИО2 является его родственницей, увидел, что дорога была скользкая, потому что шла машина и посыпала дорогу. На проезжей части осколков никаких не было. Осколки были возле машин на краю дороги на левой полосе, если ехать в сторону <адрес>. Тормозного следа не было. Одна машина стояла поперек, а другая «Лифан» по расположению в <адрес>. Он участвовал в качестве понятого в составлении схемы, в которой также и расписывался.
Согласно показаний свидетеля Св6, он вместе с Св5 приехал на место ДТП, где увидел, что по ходу движения в <адрес> находятся два автомобиля, направленные передними частями в сторону левого кювета по ходу движения <адрес>. В тот момент на проезжей части дороги был гололед. Сотрудниками ДПС он и Св5 были приглашены в качестве понятых для участия в осмотре места происшествия и составления схемы места ДТП. На момент осмотра было темное время суток, осадков не было. На проезжей части осколков осыпи пластмассы, стекла и других запчастей от автомобилей обнаружено не было. Осыпь частей автомобилей была обнаружена на левой обочине по ходу движения в <адрес>. Следов торможения на проезжей части также обнаружено и зафиксировано не было. Сотрудники ДПС в присутствии него и Св5 произвели все необходимые замеры, которые были внесены в протокол и схему. Он понял, что родственница Св5, двигалась на своем автомобиле «Лифан» со стороны <адрес>, а П№1 на своем автомобиле ВАЗ-21099 совершал разворот справа налево по ходу движения автомобиля «Лифан». Также указанный свидетель подтвердил показания, данные в ходе предварительного расследования (т.2, л.д.65-66).
Согласно заключению эксперта № от <дата>, П№1 были причинены: <данные изъяты>, согласно приказа МЗиСР РФ №194н от 24.04.2008 года п. 6.1.16 отнесена к критерию, характеризующему квалифицирующий признак вреда, опасного для жизни человека, и по указанному признаку, согласно правилам «Определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (постановление правительства РФ №522 от 17.08.2007г) квалифицируется как тяжкий вред здоровью. (т.1, л.д.84-87) При осмотре автомобилей были проверены рулевая и тормозная системы обоих автомобилей, неисправностей не обнаружено. (т.1, л.д.106-109).
Поскольку прямых очевидцев происшедшего ДТП установлено не было, то в ходе дополнительного осмотра места происшествия была установлена первоначальная траектория движения автомобиля «LIFAN 113300» перед ДТП (т.1, л.д.114-117), со слов ФИО1 Согласно выводов эксперта № от <дата>, вероятное место столкновения (первоначального контакта) автомобилей «LIFAN 113300» г/н <данные изъяты> и «ВАЗ 21099» г/н <данные изъяты> находится приблизительно в месте начала образования участка осыпи частей ТС (по ходу движения автомобиля «LIFAN 113300»). Определить более точное место столкновения вышеуказанных транспортных средств экспертным путем не представляется возможным, так как в имеющихся следах отсутствует достаточный комплекс признаков и информативных сведений, по которым возможно было бы установить данные обстоятельства. В момент столкновения (первоначального контакта) продольные оси данных транспортных средств находились под углом около 900±50 (т.1, л.д.123-129).
Таким образом, согласно выводов эксперта, наиболее вероятным местом столкновения является место наиболее приближенное к месту осыпи стекла от обоих автомобилей, что и свидетельствует об их столкновении.
Как следует из протокола первоначального осмотра места происшествия, осыпь стекла обнаружена на левой обочине, противоположной, относительно движения автомобиля под управлением ФИО1, что свидетельствует о том, что контакт автомобилей произошел в районе непосредственно близком к левой обочине, то есть на встречной для ФИО1 полосе движения.
На это же указывает и относительное расположение автомобилей в момент столкновения и их взаимное расположение после ДТП, где установлено, что автомобиль под управлением потерпевшего находился больше в кювете слева чем автомобиль ФИО1 При этом, оснований полагать, что первоначальный осмотр произведен ненадлежащим образом, не имеется, поскольку обстоятельства, зафиксированные в протоколе подтверждаются показаниями как лиц составлявших схему и протокол, так и незаинтересованными свидетелями (понятыми и лицами первыми оказавшимися на месте ДТП).
В связи с чем, доводы ФИО1 о том, что она не выезжала на полосу встречного движения, в судебном заседании и доводы защитника о том, что не были установлены обстоятельства ДТП, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, противоречащими материалам уголовного дела.
Кроме того, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами жалобы о том, что выводы суда о возможности предотвратить ДТП ФИО1 основаны на недопустимых доказательствах.
Так, при дополнительном осмотре места происшествия от <дата> - участка проезжей части автодороги М-53 «Байкал» в районе 1078 км в <адрес>, было установлено время движения автомобиля «ВАЗ 21099» с момента выезда на проезжую часть до момента покидания полосы движения автомобиля «LIFAN 113300» и время движения автомобиля «ВАЗ 21099» с момента выезда на проезжую часть до места осыпи частей автомобилей (т.1, л.д.132-135).
Вопреки доводам защитника, автомобиль «ВАЗ 21099» был выставлен на месте осмотра с учетом пояснений ФИО2, которые не противоречили ее же пояснениям относительно местонахождения автомобиля при осмотре <дата>, а также на основании начала осыпи стекла.
Кроме того в протоколе осмотра зафиксирована траектория движения автомобиля на основании пояснений самой ФИО1 Ссылка на то, что она являлась незаинтересованным лицом, не может быть принятом судом апелляционной инстанции, поскольку осужденной в ходе осмотра давались ясные пояснения относительно того, с какой траекторий двигался автомобиль, какое место он занимал на проезжей части. Пояснений о том, что она не помнит обстоятельств ДТП, она следователю и другим лицам, не сообщала.
Вопреки утверждениям жалобы в протоколе содержаться сведения об использованных технических средствах.
В результате неоднократно движения автомобиля «ВАЗ 21099» по заданной траектории, следователем получены разные значения, в связи с чем, доводы защитника о движении автомобиля с одной и той же скоростью являются несостоятельными.
На основании изложенного, следователем было получены данные для решения вопроса о возможности избежать столкновение с автомобилем при продолжении движения автомобиля ФИО1 по своей полосе.
В связи с чем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для признания данного протокола осмотра недопустимым доказательством.
Поэтому, выводы эксперта, изложенные в экспертных заключениях № от <дата> № от <дата>, суд находит состоятельными и относимыми, согласно которых ФИО1 располагала технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «ВАЗ-21099» г/н № путем применения экстренного торможения в момент возникновения опасности. (т.1, л.д.140-146, л.д.153-159) Кроме того, допрошенный в суде ФИО пояснил, что является экспертом-автотехником и проводит автотехнические экспертизы. Им, по данному делу проводились три экспертизы экспертиза № от <дата>, № от <дата>, № от <дата>. В результате первой экспертизы было установлено вероятное место столкновения автомобиля «Лифан» и ВАЗ21099 которые находится приблизительно вместе начала образования участка осыпи транспортного средства по ходу движения автомобиля «Лифан». Определить более точное столкновение вышеуказанных транспортных средств не представилось возможным. При первоначальном столкновении оси транспортных средств находились под углом 90 градусов плюс-минус 5 градусов. Водитель автомобиля «Лифан» не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем ВАЗ2199.
Данные экспертизы не одинаковые, поскольку были поставлены разные вопросы и разные исходные данные. В первой экспертизе, вопрос о наличии технической возможности у водителя автомобиля «Лифан» остановиться, был рассчитан путем сопоставления остановочного пути транспортного средства в данных условиях и удаления заданных исходных данный. Удаление было задано со слов водителя, около 12,7 метров, поскольку остановочный путь составил больше удаления, был сделан вывод об отсутствии технической возможности. Далее следствием был произведен следственный эксперимент, результаты, которых были также заложены в исходные данные. В результате следственных экспериментов расчетным путем было получено время удаления автомобиля от места столкновения в момент возникновения опасности. Еще было задано условия движения автомобиля «Лифан» по своей полосе движения без изменения направления движения в момент возникновения опасности. Было получено два значения, первое значение, это пересечение полосы движения, автомобиля «Лифан» и второе, это время движения автомобиля ВАЗ2199 с момента возникновения опасности до момента столкновения. И два значения были заложены в исходные данные. Экспертизы отличаются только методикой определения исходных данных.
Ссылка в апелляционной жалобе на то, что потерпевшим П№1 были нарушены правила дорожного движения, не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку сведений о том, что он привлекался к какой либо ответственности за нарушением правил ПДД, материалы уголовного дела не содержат, кроме того, столкновение с его автомобилей, произошло в районе обочины встречной для ФИО1 полосы движения.
В связи с чем, выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления, являются законными, обоснованными и мотивированными, с ними соглашается и суд апелляционной инстанции. Действиям ФИО1 дана правильная юридическая оценка по ч.1 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.
Оснований для отмены приговора и оправдания ФИО1, суд апелляционной инстанции на основании вышеизложенных выводов, не усматривает.
Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, суд апелляционной инстанции по настоящему делу, не находит.
В то же время, в силу ст. 15 УК РФ совершенное ФИО1 преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ , относится к категории небольшой тяжести.
В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Согласно п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ , ч. 2 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора суда в законную силу.
На основании ч. 3 ст. 78 УК РФ течение сроков давности приостанавливается только в случае, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. Однако таких данных в материалах уголовного дела не имеется.
Из материалов уголовного дела следует, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ , было совершено ФИО1 <дата>, то есть на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции истекли сроки давности уголовного преследования в два года.
Следовательно, в соответствии с положениями п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и ст. 78 УК РФ осужденная подлежит освобождению от основного и дополнительного наказания, назначенного ей приговором по ч. 1 ст. 264 УК РФ , за истечением срока давности уголовного преследования.
С учетом изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13 , 389.20 , 389.28 УПК РФ , суд апелляционной инстанции,
Приговор Иланского районного суда Красноярского края от 19 января 2018 года в отношении ФИО1, изменить.
На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и ст. 78 УК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования освободить ФИО1 от основного и дополнительного наказания, назначенного ей по ч. 1 ст. 264 УК РФ .
В остальной части приговор суда оставить без изменения, жалобу адвоката, - без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке главы 47-1 УПК РФ в Президиум Красноярского краевого суда.
Председательствующий: Суд: Красноярский краевой суд (Красноярский край) (подробнее) Судьи дела: Курбатова Мария Владимировна (судья) (подробнее) Судебная практика по: Нарушение правил дорожного движения Судебная практика по применению норм ст. 264, 264.1 УК РФ