1. Граждане В.И.Курушин и И.В.Курушин оспаривают конституционность следующих положений: пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137- ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» (закрепляющего компетенцию органов местного самоуправления по предоставлению земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена) в совокупности с пунктом 1 статьи 209 «Содержание права собственности», пунктами 1, 3 и 4 статьи 222 «Самовольная постройка», статьями 264 «Права на землю лиц, не являющихся собственниками земельных участков», 304 «Защита прав 2 собственника от нарушений, не связанных с лишением владения» и 305 «Защита прав владельца, не являющегося собственником» ГК Российской Федерации, статьями 56 «Обязанность доказывания», 195 «Законность и обоснованность решения суда», частями первой и третьей статьи 196 «Вопросы, разрешаемые при принятии решения суда», частями третьей и четвертой статьи 198 «Содержание решения суда» ГПК Российской Федерации; части третьей статьи 11 «Нормативные правовые акты, применяемые судом при разрешении гражданских дел», пунктов 1 и 2 части четвертой статьи 198 «Содержание решения суда» и статьи 39014 «Основания для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке» ГПК Российской Федерации. Как следует из представленных материалов, определением суда апелляционной инстанции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, удовлетворен иск органа местного самоуправления, на В.И.Курушина возложена обязанность освободить от имеющихся ограждений самовольно занятую часть земельного участка; И.В.Курушин был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Судами установлено, что ответчик в отсутствие на то оснований использует часть земельного участка, находящегося в публичной собственности, притом что данная часть земельного участка присоединена к земельному участку В.И.Курушина и составляет с ним единое землепользование, объединенное общим ограждением. При этом суд апелляционной инстанции указал, что ответчику, выражающему несогласие с установлением границ земельных участков, неоднократно разъяснялось право на обращение в суд с самостоятельными исковыми требованиями для защиты своих прав. По мнению заявителей, пункт 2 статьи 33 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» в совокупности с указанными нормативными положениями противоречит 3 статьям 8 (часть 2), 19 (часть 1) и 35 (части 1–3) Конституции Российской Федерации, поскольку предоставляет органам местного самоуправления право распоряжаться ранее учтенными, находящимися в собственности граждан земельными участками, государственный кадастровый учет которых не осуществлен, права на которые зарегистрированы в ЕГРН, а также право предоставлять такие земельные участки в качестве земель, государственная собственность на которые не разграничена, в собственность других лиц без указания точного адреса этих участков. Как полагают заявители: подпункты 1 и 2 части четвертой статьи 198 ГПК Российской Федерации позволяют в отсутствие соответствующих требований истца и ответчика переквалифицировать (изменить) правоотношения и отразить их в мотивировочной части решения как установленный факт; часть третья статьи 11 и статья 39014 ГПК Российской Федерации позволяют немотивированно, применяя аналогию права, возлагать материальную ответственность на гражданина, представлявшего в суде законные интересы третьего лица по защите права собственности на земельный участок, учтенный в установленном порядке, до дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». Тем самым, по мнению заявителей, названные нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (часть 2), 17, 19 (часть 1), 46 (части 1 и 2) и 123 (часть 3).
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Пункт 2 статьи 33 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» направлен на обеспечение надлежащего порядка предоставления земельных участков, государственная 4 собственность на которые не разграничена, и – как примененный судами при оценке органа местного самоуправления в качестве надлежащего истца по данной категории споров – не может рассматриваться как сам по себе, так и совокупности с указанными нормативными положениями в качестве нарушающего конституционные права В.И.Курушина и И.В.Курушина. Не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявителей и оспариваемые положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, призванные обеспечить гарантии судебной защиты прав и законных интересов участников гражданского судопроизводства. Доводы, приведенные В.И.Курушиным и И.В.Курушиным, свидетельствуют о том, что нарушение своих конституционных прав они связывают не с содержанием оспариваемых положений, а с неправильным, по мнению заявителей, их применением в деле с их участием. Между тем разрешение указанного вопроса, как непосредственно связанного с проверкой правильности выбора правовых норм и их применения судами, в том числе с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, установленной статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы граждан Курушина Валерия Ивановича и Курушина Ивана Валериевича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми 5 жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.