1. В ходе рассмотрения дела о банкротстве банка определением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, признана недействительной сделка по списанию денежных средств со счета гражданки А.В.Малкиной в погашение ее задолженности по кредиту, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления задолженности заявительницы перед банком и восстановления обязательств банка перед заявительницей на ту же сумму. Позднее заявительнице отказано в пересмотре названного определения по 2 вновь открывшимся обстоятельствам (к таковым она относила изменение практики арбитражных судов по рассмотрению дел данной категории) и в удовлетворении заявления об исправлении в определении описки (заявительница указывала, что суд фактически признал недействительной сделку, которая не совершалась, а применил последствия недействительности другой сделки, которая не оспаривалась). С учетом установленных по данному обособленному спору обстоятельств решением суда общей юрисдикции, оставленным – после возвращения дела на новое апелляционное рассмотрение Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации – судами апелляционной и кассационной инстанций без изменения, удовлетворены требования конкурсного управляющего банка о взыскании с А.В.Малкиной задолженности по кредиту. При этом суды отвергли доводы заявительницы о пропуске истцом срока исковой давности, а также о том, что требования подлежали рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве банка. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации, с которым согласился заместитель Председателя того же суда, заявительнице отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации. А.В.Малкина просит признать противоречащими Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 18, 19 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 47 (часть 1), 55 (часть 3) и 123 (часть 3), следующие законоположения в их понимании правоприменительной практикой: статьи 34 «Лица, участвующие в деле о банкротстве» и 35 «Лица, участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», и во взаимосвязи со статьей 22 3 «Подсудность гражданских дел» ГПК Российской Федерации, поскольку они допускают произвольное (по выбору истца) определение подсудности спора о взыскании задолженности в пользу лица, находящегося в процедуре банкротства, и рассмотрение такого спора судами общей юрисдикции; статью 10 «Пределы осуществления гражданских прав» ГК Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 410 «Прекращение обязательства зачетом» того же Кодекса в той мере, в какой они препятствуют зачету встречных однородных требований и позволяют стороне, злоупотребляющей правом, использовать последствия судебного решения, которое было принято до формирования Верховным Судом Российской Федерации единой судебной практики и которое нельзя пересмотреть по новым или вновь открывшимся обстоятельствам; пункты 1 и 2 статьи 167 «Общие положения о последствиях недействительности сделки» ГК Российской Федерации, как допускающие признание судом недействительной одной сделки (вымышленной) и применение последствий недействительности в отношении другой сделки (реальной); статьи 195 «Понятие исковой давности», 200 «Начало течения срока исковой давности», 203 «Перерыв течения срока исковой давности» и 204 «Течение срока исковой давности при защите нарушенного права в судебном порядке» ГК Российской Федерации в той мере, в какой они допускают прерывание срока исковой давности действиями одной из сторон обязательства с последующим оспариванием этой же стороной в судебном порядке собственных односторонних действий; часть первую статьи 56 «Обязанность доказывания» и часть третью статьи 61 «Основания для освобождения от доказывания» ГПК Российской Федерации, как позволяющие суду общей юрисдикции возлагать на сторону спора обязанность по доказыванию отрицательного факта, а также основывать свое решение на доказательстве, которое ранее было признано отсутствующим арбитражным судом. 4
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Статьи 34 и 35 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» определяют круг лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также в арбитражном процессе по делу о банкротстве, которые обладают присущими их процессуальному статусу правами и обязанностями как в рамках процедуры банкротства в целом, так и в рамках обособленных споров в деле о банкротстве. Эти нормы не регулируют вопросов подсудности дел арбитражным судам и судам общей юрисдикции и, вопреки доводам жалобы, не предполагают, что все споры с участием поименованных в них субъектов рассматриваются арбитражным судом в деле о банкротстве. Данный Федеральный закон служит цели обеспечения прав реальных и потенциальных кредиторов и закрепляет меры, призванные предотвратить банкротство и восстановить платежеспособность должника, а при признании должника банкротом – создать условия для справедливого обеспечения экономических и юридических интересов кредиторов. С учетом сказанного законодатель установил, что в рамках дела о банкротстве подлежат рассмотрению отдельные обособленные споры, в частности споры по заявлениям о признании сделок должника недействительными (пункт 1 статьи 618 данного Федерального закона), и на это обращено внимание в том числе в сохраняющем силу постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». Такое регулирование не предполагает возможности игнорировать нормы процессуального законодательства, определяющие компетенцию арбитражных судов и судов общей юрисдикции, в том числе положения статьи 22 ГПК Российской Федерации, конкретизирующие требования статьи 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации. Предусмотренное Гражданским кодексом Российской Федерации регулирование исковой давности, т.е. срока для защиты права по иску лица, 5 право которого нарушено (статья 195), обусловлено целью поддержания стабильности отношений участников гражданского оборота. Как отмечал
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Малкиной Алены Владимировны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.