1. Гражданин М.В.Пискарев оспаривает конституционность части 3 статьи 14 «Состязательность и равноправие сторон», частей 1 и 2 статьи 59 «Доказательства» и части 1 статьи 84 «Оценка доказательств» КАС Российской Федерации, а также части пятой статьи 23 «Материально- бытовое обеспечение», пункта 1 части первой статьи 36 «Основные обязанности подозреваемых и обвиняемых» и статьи 39 «Порядок применения мер взыскания» Федерального закона от 15 июля 1995 года № 2 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». В жалобе также оспаривается конституционность: пунктов 10.1, 23, 387, 389, 391, 392 и 394 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (приложение № 2 к приказу Минюста России от 4 июля 2022 года № 110); пункта 45.2 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы (утверждена приказом Минюста России от 3 ноября 2005 года № 204-дсп); пунктов 5, 8, 26 и 27 Инструкции по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы (утверждена приказом Минюста России от 20 мая 2013 года № 72). Как следует из представленных материалов, решением суда отказано в удовлетворении административного искового заявления М.В.Пискарева, отбывающего наказание в виде лишения свободы, в котором он просил о признании незаконными действий и бездействия администрации следственного изолятора, связанных с привлечением его к дисциплинарной ответственности, постановкой на профилактические учеты, также связанных с ненадлежащими условиями его содержания в карцерах следственного изолятора. С данным решением согласились вышестоящие суды. По мнению заявителя, оспариваемые нормативные положения не соответствуют Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 2, 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 17, 19 (часть 1), 21 (часть 2), 45, 46 (части 1 и 2), 48 (часть 1), 49, 52, 53, 55 (часть 3), 56 (часть 3) и 123 (часть 3), поскольку: не учитывают неравное положение гражданина и администрации следственного изолятора при оспаривании обоснованности и порядка наложения взыскания, не предусматривают обязательной видеофиксации фактов совершения нарушений установленного порядка содержания под стражей и порядка наложения взысканий, не обязывают администрацию следственного изолятора наряду с рапортами, актами и объяснениями 3 сотрудников следственного изолятора представлять иные доказательства, в том числе объяснения других лиц, содержащихся в следственном изоляторе; не конкретизируют понятие «норма санитарной площади в камере», допуская включение в площадь карцера площади, занятой санитарно-техническим оборудованием; позволяют возлагать на гражданина, назначенного дежурным по камере, обязанность подписывать документы, связанные с дежурством, в отсутствие защитника и подвергать его взысканию в виде водворения в одиночную камеру или карцер за отказ от их подписания; предусматривают постановку граждан на профилактические учеты и применение к ним в связи с этим более существенных ограничений; позволяют налагать на гражданина, водворенного в карцер, ограничения, не предусмотренные федеральным законом.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.
2.1. Статья 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод, непосредственно не устанавливает какой-либо определенный порядок реализации данного права и не предполагает возможность для лица по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру судебного оспаривания. В соответствии со статьей 71 (пункт «о») Конституции Российской Федерации они определяются федеральными законами, в том числе Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации. Оспариваемые заявителем положения Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации раскрывают содержание принципов состязательности и равноправия сторон применительно к административному судопроизводству, требования к доказательствам по административному делу и правила оценки судом доказательств. Вопреки утверждениям М.В.Пискарева, данные нормы, выступая процессуальной гарантией права на судебную защиту, направлены на обеспечение принятия 4 судом законного и обоснованного решения и, как и положения статьи 39 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», устанавливающие порядок применения мер взыскания и гарантии прав подозреваемых и обвиняемых, не предполагают произвольного применения и не могут расцениваться как нарушающие его конституционные права в указанном в жалобе аспекте.
2.2. Согласно Федеральному закону «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (часть первая статьи 23 и часть первая статьи 24). В развитие указанных положений часть пятая статьи 23 данного Федерального закона определяет, что норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 22 мая 2023 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Пискарева Максима Владимировича, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.