1. Определением арбитражного суда, вынесенным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина А. и оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, было отказано в удовлетворении заявлений гражданки Д.А.Островской (до изменения фамилии – Д.А.Гурбо) и других о признании права собственности банка на жилое помещение (квартиру) недействительным, перехода к банку права собственности на долю в размере 1/2 в праве общей долевой собственности на квартиру недействительной сделкой, а также признании не возникшим права 2 собственности банка на спорную долю в квартире по результатам исполнительного производства; заявление Д.А.Островской о признании отсутствующим права собственности гражданки Б. на квартиру оставлено без рассмотрения; по заявлению банка признаны недействительными торги по продаже имущества должника – доли в размере 1/2 в праве общей долевой собственности на квартиру и договор купли-продажи, заключенный с победителем торгов. При этом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили, в частности, из того, что действия банка по оставлению имущества за собой совершены более чем за три года до принятия заявления о признании должника банкротом и не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным в том числе статьей 612 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также из того, что в действиях банка не установлено признаков злоупотребления правом. Удовлетворяя же требование банка о признании торгов недействительными, суды основывались на том, что торги в рамках процедуры банкротства проведены в отношении не принадлежащего должнику имущества. Д.А.Островская оспаривает конституционность статей 611 «Оспаривание сделок должника» и 612 «Оспаривание подозрительных сделок должника» Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)». По мнению заявительницы, данные законоположения противоречат статьям 8, 17, 19, 35, 40 и 46 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они не ставят исчисление срока на оспаривание подозрительной сделки должника, совершенной им в отношении недвижимого имущества, в зависимость от момента внесения записи о новом собственнике этого недвижимого имущества в государственный реестр. Кроме того, Д.А.Островская просит признать не соответствующими статьям 6 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 3 (часть 3) Конституции Российской Федерации пункт 3 статьи 139 «Продажа имущества должника» Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 449 «Основания и последствия признания торгов недействительными» ГК Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют по иску кредитора, не предъявившего свои требования к должнику в деле о банкротстве, признавать недействительной сделку по продаже на торгах арбитражным управляющим недвижимого имущества должника.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Положения статей 611 и 612 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», регламентирующие правила об оспаривании сделок должника и, в частности, подозрительных сделок должника, направлены в том числе на противодействие последствиям совершения сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, обеспечивают защиту имущественных интересов кредиторов должника, не содержат неопределенности в порядке исчисления срока на оспаривание подозрительной сделки должника и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявительницы в аспекте, указанном в жалобе. Согласно пункту 3 статьи 139 того же Федерального закона после проведения инвентаризации и оценки имущества должника конкурсный управляющий приступает к его продаже; продажа имущества должника осуществляется в порядке, установленном пунктами 3–19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 данного Федерального закона, с учетом особенностей, установленных данной статьей; оценка имущества должника осуществляется в порядке, установленном статьей 130 данного Федерального закона; денежные средства, вырученные от продажи имущества должника, включаются в состав имущества должника. 4 Приведенные положения о продаже имущества должника, рассматриваемые в том числе во взаимосвязи с нормами статьи 449 ГК Российской Федерации, определяющими основания и последствия признания торгов недействительными и обеспечивающими соблюдение режима законности при проведении торгов и защиту имущественных интересов участников гражданского оборота, в том числе лиц, чьи права затронуты нарушением правил проведения торгов, также не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы, в деле с участием которой суды установили, что торги в рамках процедуры банкротства проведены в отношении не принадлежащего должнику имущества. Внесение же изменений и дополнений в действующее правовое регулирование, касающееся порядка исчисления срока на оспаривание подозрительной сделки должника, а также установление и оценка фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Островской Дарьи Александровны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.