1. Гражданка Т.В.Марьяндышева оспаривает конституционность частей 15 и 17 статьи 15 и частей 4 и 5 статьи 16 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в части, предусматривающей возможность применения коэффициентов повышения индивидуального пенсионного коэффициента для исчисления размера страховой пенсии по старости и повышения размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости в случае назначения пенсии впервые позднее возникновения права на нее, а также порядок определения указанных коэффициентов исходя из числа полных месяцев, истекших со дня 2 возникновения права на страховую пенсию по старости, в том числе назначаемую досрочно, но не ранее чем с 1 января 2015 года до дня, с которого назначается страховая пенсия по старости, и (или) истекших со дня прекращения выплаты страховой пенсии по старости в связи с отказом от получения установленной страховой пенсии по старости, в том числе назначенной досрочно, но не ранее чем с 1 января 2015 года до дня ее восстановления или назначения указанной пенсии вновь. Как следует из представленных материалов, заявительнице с 15 мая 2015 года назначена страховая пенсия с уменьшением общеустановленного пенсионного возраста в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» в связи с наличием стажа работы не менее 7 лет 6 месяцев в районах Крайнего Севера. Решением Правобережного районного суда города Липецка от 25 апреля 2022 года основание назначения пенсии Т.В.Марьяндышевой было изменено на пункт 2 части 1 статьи 32 указанного Федерального закона, согласно которому страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 указанного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам, родившим двух и более детей, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера, а также установлена дата возникновения права заявительницы на досрочное установление страховой пенсии по старости – 19 июля 2012 года. Т.В.Марьяндышева, полагая, что на основании оспариваемых норм имеет право на перерасчет размера пенсии с применением коэффициента повышения индивидуального пенсионного коэффициента для исчисления размера страховой пенсии с учетом количества полных месяцев, истекших с момента возникновения права на страховую пенсию по старости в 2012 году, до ее назначения в 2015 году, обратилась с соответствующим заявлением в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации (с 1 января 2023 года – Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации). 3 В указанном перерасчете ей было отказано, поскольку число полных месяцев, учитываемых при определении величины коэффициента повышения индивидуального пенсионного коэффициента, определяется со дня возникновения права на страховую пенсию по старости, в том числе назначаемую досрочно, но не ранее чем с 1 января 2015 года. По мнению заявительницы, оспариваемые нормы, примененные в ее деле судами общей юрисдикции, противоречат статьям 2, 7, 18, 19, 39 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, не позволяют применить соответствующие повышающие коэффициенты при расчете размера страховой пенсии по старости и установлении фиксированной выплаты к ней за периоды с момента возникновения права на пенсию до 1 января 2015 года до ее назначения.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные Т.В.Марьяндышевой материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. Конституция Российской Федерации, гарантируя каждому в соответствии с целями социального государства (статья 7, часть 1) социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1), относит определение условий и порядка реализации данного конституционного права, в том числе установление видов пенсий, оснований приобретения права на их получение отдельными категориями граждан и правил исчисления размеров соответствующих выплат, к компетенции законодателя (статья 39, часть 2). Действуя в рамках предоставленных ему полномочий, законодатель в частях 15 и 17 статьи 15 и частях 4 и 5 статьи 16 Федерального закона «О страховых пенсиях» предусмотрел возможность увеличения размера страховой пенсии по старости и размера фиксированной выплаты к ней путем применения повышающих коэффициентов только с 1 января 2015 года (дня вступления в силу указанного Федерального закона). 4 Такое правовое регулирование согласуется с общим принципом действия закона во времени, который предусматривает распространение действия закона на отношения, возникшие после введения его в действие, направлено на повышение уровня пенсионного обеспечения лиц, впервые обратившихся за назначением страховой пенсии по старости позднее возникновения права на нее либо отказавшихся от получения установленной страховой пенсии по старости с последующим восстановлением ее выплаты или назначением указанной пенсии вновь после вступления в силу Федерального закона «О страховых пенсиях», и не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявительницы в указанном в жалобе аспекте. Т.В.Марьяндышева, настаивая на применении при исчислении размера ее страховой пенсии по старости и фиксированной выплаты к ней повышающих коэффициентов с учетом периодов, в течение которых она не обращалась за назначением пенсии (с даты возникновения права на нее, определенной судом общей юрисдикции, – 2012 год), до ее фактического назначения в 2015 году, по существу, ставит вопрос о придании оспариваемым законоположениям обратной силы, что является прерогативой законодателя и к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится. Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»,
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Марьяндышевой Татьяны Владиславовны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном 5 Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.