1. Гражданка Н.А.Ященко, осужденная по части третьей статьи 180 «Незаконное использование средств индивидуализации товаров (работ, услуг)» УК Российской Федерации, оспаривает конституционность данного законоположения, устанавливающего уголовную ответственность за совершение группой лиц по предварительному сговору незаконного использования чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, если это деяние совершено неоднократно или 2 причинило крупный ущерб (часть третья соответствует части второй в ныне действующей редакции статьи 180, введенной Федеральным законом от 6 апреля 2024 года № 79-ФЗ). Согласно представленным материалам, приговором Бежицкого районного суда города Брянска от 26 декабря 2023 года Н.А.Ященко оправдана по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «а» части шестой статьи 1711 «Производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт товаров и продукции без маркировки и (или) нанесения информации, предусмотренной законодательством Российской Федерации» и частью первой статьи 1713 «Незаконные производство и (или) оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, табачной продукции, никотинсодержащей продукции и сырья для их производства» УК Российской Федерации в связи с отсутствием составов этих преступлений, поскольку стоимость изъятой в ходе оперативно-розыскных мероприятий продукции составила менее ста тысяч рублей. Этим же приговором она осуждена к штрафу за совершенное неоднократно в составе группы лиц по предварительному сговору незаконное использование чужих товарных знаков, которое квалифицировано как преступление, предусмотренное частью третьей статьи 180 данного Кодекса (в ранее действовавшей редакции). Апелляционным определением Брянского областного суда от 15 марта 2024 года со ссылкой на пункты 15 и 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2007 года № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака» признана верной оценка деяния Н.А.Ященко как совершенного неоднократно, поскольку на каждой единице изъятой продукции использовались не менее двух чужих товарных знаков. Правильность квалификации подтверждена определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 13 февраля 2025 года. Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 17 июня 2025 года отказано в передаче кассационной жалобы Н.А.Ященко для 3 рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, с чем 30 июля 2025 года согласился заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации. По мнению заявительницы, примененная в ее деле часть третья (в действующей редакции – часть вторая) статьи 180 УК Российской Федерации не соответствует статьям 1, 2, 4 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 17–19, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 49, 50 (часть 2), 54 (часть 2), 55 (часть 3), 751, 120 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой она – в системе действующего правового регулирования и по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, – позволяет привлекать к уголовной ответственности за использование нескольких товарных знаков на этикетках одного и того же вида товара, признавая такое единое деяние неоднократным.
2. Конституция Российской Федерации, гарантирующая свободу литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, а также охрану интеллектуальной собственности законом (статья 44, часть 1), устанавливает право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1), в том числе связанной с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, включая товарные знаки; названные права наряду с другими правами и свободами человека и гражданина признаются и гарантируются в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (статья 17, часть 1). Предусматривая государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина, Конституция Российской Федерации закрепляет, что их осуществление не должно нарушать права и свободы других лиц и что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности 4 государства (статья 17, часть 3; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1; статья 55, часть 3). Приведенные положения Конституции Российской Федерации составляют основу политики государства в области охраны интеллектуальной собственности, правовое регулирование которой, в том числе в связи с использованием результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации, включая товарные знаки, находится в ведении Российской Федерации (статья 71, пункт «о», Конституции Российской Федерации; статьи 2 и 3 ГК Российской Федерации). В этой области федеральный законодатель определяет содержание применяемых мер частно- и публично-правового характера, соблюдая требования равенства и справедливости, пропорциональности и недискриминационности ограничений прав, с тем чтобы не нарушался баланс прав и обязанностей всех участников рыночного взаимодействия. В случае недостаточности регулятивных мер законодатель может задействовать меры принудительные, в том числе уголовно-правовые, но исходя из того, что они должны иметь основание в федеральном законе и быть строго необходимыми для защиты конкуренции и иных конституционных ценностей, включая экономическую безопасность государства, защиту интересов субъектов хозяйственной деятельности, в частности добросовестных конкурентов и потребителей (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 апреля 2023 года
3. В очерченных Конституцией Российской Федерации пределах законодатель полномочен самостоятельно определять содержание уголовного закона, используя надлежащие средства юридической техники, конкретизируя объективные и субъективные признаки основных и квалифицированных составов преступлений, виды и размеры наказаний за их совершение и тем самым дифференцируя ответственность. Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, в сфере уголовно-правового регулирования – в силу статьи 54 (часть 2) Конституции Российской Федерации, основанной на принципе nullum 5 crimen, nulla poena sine lege (нет преступления, нет наказания без указания на то в законе), – особое значение приобретает требование определенности правовых норм. Так, любое преступление, а равно наказание за его совершение должны быть четко определены в законе, причем таким образом, чтобы исходя из текста соответствующей нормы – в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, – каждый мог предвидеть уголовно-правовые последствия своих действий (бездействия) (постановления от 27 мая 2008 года
4. Федеральный законодатель наряду с уголовной ответственностью (статья 180 УК Российской Федерации) установил и административную ответственность за незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров. Указанные действия запрещены частью 1 статьи 14.10 КоАП Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных частью 2 этой статьи, согласно которой запрещены производство в целях сбыта либо реализация товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 14.33 «Недобросовестная конкуренция» данного Кодекса, если указанные действия не содержат уголовно наказуемого деяния (часть 2). Ввиду отсутствия в статье 14.10 КоАП Российской Федерации специальных критериев межотраслевой дифференциации ответственности в таком качестве выступают упомянутые криминообразующие (составообразующие) признаки (неоднократность или ущерб), закрепленные в части первой статьи 180 УК Российской Федерации и позволяющие разграничивать административную и уголовную ответственность.
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Ященко Натальи Афанасьевны, поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.