1. При определении государственному или муниципальному служащему такого вида дисциплинарного взыскания, как увольнение в связи с утратой доверия за совершение коррупционного правонарушения, представитель нанимателя (работодатель) должен учитывать характер и тяжесть такого правонарушения, обстоятельства, при которых оно совершено, соблюдение государственным или муниципальным служащим других ограничений и запретов, исполнение им обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции. Б. обратилась в суд с иском к счетной палате муниципального образования о признании незаконным приказа об увольнении и о восстановлении на муниципальной службе. Судом установлено, что Б. проходила муниципальную службу в должности инспектора счетной палаты муниципального образования, в период 2020–2023 годов находилась в отпусках по беременности и родам, по уходу за ребенком. В 2023 году до выхода на работу Б. обращалась к представителю нанимателя с заявлением о предоставлении доступа к рабочему месту для заполнения справки о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих, своего супруга и несовершеннолетних детей, ссылаясь на отсутствие у нее вне рабочего места необходимых сведений и технических средств, в чем ей было отказано ввиду запрета муниципальному служащему использовать служебные средства материально-технического обеспечения в целях, не связанных с исполнением должностных обязанностей. К исполнению должностных обязанностей Б. приступила 13 октября 2023 года, после чего ею были представлены сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2022 год. 25 декабря 2023 года Б. уволена с муниципальной службы на основании пункта 71 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), части 2 статьи 271 Федерального закона от 2 марта 2007 года № 25-ФЗ «О муниципальной службе в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «О муниципальной службе в Российской Федерации») в связи с утратой доверия по причине непредставления сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. Исходя из положений статей 15, 19, 23, 27, 271 Федерального закона «О муниципальной службе в Российской Федерации» в их взаимосвязи с пунктом 71 части первой статьи 81, статьей 192 ТК РФ, разъяснений, изложенных в пункте 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение муниципальным служащим обязанности по представлению сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих, а также супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, является дисциплинарным проступком. При определении конкретного вида дисциплинарного взыскания за его совершение представитель нанимателя (работодатель) должен учитывать характер и тяжесть правонарушения, обстоятельства, при которых оно совершено, а также устанавливать, не является ли это правонарушение малозначительным. Совершение муниципальным служащим коррупционного правонарушения (в данном случае непредставление в установленный законом срок сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера) не предполагает произвольного и безусловного, то есть без учета приведенных выше обстоятельств, увольнения с муниципальной службы. С учетом установленных по делу обстоятельств (отказа работодателя в предоставлении Б. доступа к рабочему месту и специальному программному обеспечению для представления соответствующей справки о доходах и об иных сведениях, личности Б., оказавшейся в трудной жизненной ситуации), а также характера и тяжести совершенного правонарушения суд пришел к выводу о незаконности увольнения Б. с муниципальной службы в связи с утратой доверия.
2. Уклонение лица от выполнения возложенной на него Федеральным законом «О противодействии коррупции» обязанности по представлению сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера является основанием для досрочного прекращения его полномочий в связи с утратой доверия. Прокурор обратился в суд с административным исковым заявлением к совету народных депутатов муниципального района (далее в этом пункте – совет народных депутатов) и депутату С. о признании незаконным бездействия совета народных депутатов и о досрочном прекращении полномочий С. в связи с утратой доверия. Как установлено по результатам проведенной прокуратурой проверки, в 2023 году С. приобрел транспортное средство, стоимость которого превышала его доходы за три года, предшествующих отчетному периоду, в связи с чем у него возникла обязанность не позднее 1 апреля 2024 года представить в адрес высшего должностного лица субъекта Российской Федерации сведения о расходах (часть 42 статьи 121 Федерального закона «О противодействии коррупции», статья 3 Федерального закона от 3 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» (далее – Федеральный закон «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»). Однако указанные сведения представлены С. только 5 июня 2024 года после проведенной прокуратурой проверки, в связи с чем 7 июня 2024 года прокурором в совет народных депутатов внесено представление о досрочном прекращении полномочий С. в связи с утратой доверия. Внесенное прокурором представление рассмотрено 16 июля 2024 года на заседании совета народных депутатов без принятия по нему какого-либо решения, что послужило поводом для обращения прокурора в суд с административным иском. Удовлетворяя требования прокурора и принимая решение о досрочном прекращении полномочий С., суд исходил из установленного факта нарушения им требований законодательства в сфере противодействия коррупции, выразившегося в непредставлении в установленный срок сведений о своих расходах, которое влечет за собой возможность досрочного прекращения депутатских полномочий (части 1 и 2 статьи 16 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», часть 3 статьи 81 Федерального закона «О противодействии коррупции»).
3. Существенное искажение лицом, замещающим государственную или муниципальную должность, сведений о наличии в собственности объектов недвижимости при представлении сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера влечет освобождение от должности в связи с утратой доверия. Депутат собрания депутатов муниципального района А. обратился в суд с административным исковым заявлением об оспаривании решения собрания депутатов о досрочном прекращении его полномочий в связи с утратой доверия. При рассмотрении административного дела установлено, что в ходе прокурорской проверки выявлен факт непредставления А. сведений о наличии у него жилого дома площадью 250 кв. м, земельного участка площадью 500 кв. м, о доходах его супруги в виде социальных выплат и пособий, а также сведений об обязательствах имущественного характера. Рассмотрев представление прокурора об устранении нарушений законодательства о противодействии коррупции, собрание депутатов приняло решение о досрочном прекращении полномочий административного истца. Отказывая в удовлетворении требований А., суд исходил из следующего. В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 131 Федерального закона «О противодействии коррупции» критериями, определяющими качество представляемых сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, выступают их полнота и достоверность. Поскольку А. не указал исчерпывающие сведения о своем имуществе, не в полной мере отразил доходы супруги и иные данные, то есть представил информацию, не отвечающую требованиям полноты и достоверности, у собрания депутатов имелись предусмотренные законом основания для досрочного прекращения его полномочий. При этом суд отметил, что неуказание в сведениях об имуществе жилого дома и земельного участка является грубым нарушением закона, в связи с чем принятие решения о досрочном прекращении полномочий депутата представляет собой соразмерную меру публично-правовой ответственности.
4. Представление лицом, замещающим одновременно несколько государственных (муниципальных) должностей, сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в порядке, предусмотренном для одной из замещаемых должностей, не освобождает такое лицо от обязанности представить указанные сведения в порядке, предусмотренном для другой должности. Прокурор обратился в суд с административным иском о признании незаконным бездействия группы депутатов собрания депутатов муниципального района, выразившегося в непредставлении сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, и досрочном прекращении их полномочий в связи с утратой доверия. По делу установлено, что в ходе проведенной прокуратурой проверки выявлен факт непредставления более чем 50 депутатами собрания депутатов сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера за 2020 и 2021 годы в виде справки по форме, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 23 июня 2014 года № 460 (далее в этом пункте – справка). Депутаты, в отношении которых подан административный иск, являлись депутатами представительных органов сельских поселений, избранными в состав собрания депутатов муниципального района. Как депутатами представительных органов сельских поселений ими в соответствии с частью статьи Федерального закона «О противодействии коррупции» направлены уведомления в адрес высшего должностного лица субъекта Российской Федерации о том, что в отчетный период ими не совершались сделки, предусмотренные частью 1 статьи 3 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», общая сумма которых превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду (далее в этом пункте – уведомление). В связи с этим административные ответчики считали обязанность по представлению сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера исполненной. Удовлетворяя требования прокурора, суд исходил из того, что в силу положений статьи 121 Федерального закона «О противодействии коррупции» лица, замещающие муниципальные должности, обязаны в установленном порядке представлять сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера. Депутат представительного органа муниципального района обязан исполнять требования, предъявляемые к нему в связи с замещением указанной муниципальной должности, независимо от иных обстоятельств. Направление таким лицом как депутатом представительного органа сельского поселения уведомления не освобождает его от обязанности представить сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в виде справки в порядке, предусмотренном для депутата представительного органа муниципального района. В свою очередь, непредставление сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в силу пункта 2 части 1 статьи 131 Федерального закона «О противодействии коррупции» является основанием для освобождения от должности в связи с утратой доверия. На основании изложенного суд пришел к выводу о том, что административными ответчиками нарушены требования части 71 статьи 40 Федерального закона от 6 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»1 (далее – Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», здесь и далее в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений), и принял решение о досрочном прекращении их полномочий.
5. Круг лиц, взаимодействие которых с государственным служащим может повлечь возникновение конфликта интересов, не ограничен только состоящими с ним в близком родстве или свойстве лицами. А. обратился в суд с иском к Федеральной службе исполнения наказаний (далее – ФСИН России), управлению ФСИН России по субъекту Российской Федерации (далее – УФСИН России по субъекту Российской 1 Указанные положения Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» утратили силу. В настоящее время аналогичные положения содержатся в части 4 статьи 29 Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти». Федерации) о признании незаконными приказов об увольнении и восстановлении на службе. Установлено, что А. проходил службу в должности начальника федерального казенного учреждения УФСИН России по субъекту Российской Федерации. Приказом директора ФСИН России А. уволен со службы в органах уголовно-исполнительной системы на основании пункта 14 части 3 статьи 84 Федерального закона от 19 июля 2018 года № 197-ФЗ «О службе в уголовно- исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее – Федеральный закон «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации») – в связи с утратой доверия в случаях, предусмотренных статьей 85 названного федерального закона. Основанием увольнения послужил установленный по результатам служебной проверки факт непринятия А. мер по уведомлению руководства УФСИН России по субъекту Российской Федерации о наличии конфликта интересов или о возможности его возникновения между ним и проходящими службу в филиале названного учреждения Г. и Ш., являющимися его двоюродными братом и сестрой, в отношении которых А. неоднократно ходатайствовал о назначении на вышестоящие должности, подписывал представления к присвоению очередных специальных званий. Разрешая заявленные требования, суд на основании положений пункта 13 части 1 статьи 12, пункта 6 части 1 статьи 14, статьи 51 Федерального закона «О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации», статьи Федерального закона «О противодействии коррупции» пришел к выводу о том, что перечень ситуаций, при которых личная заинтересованность (прямая или косвенная) лица, замещающего должность государственной службы, замещение которой предусматривает обязанность принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликта интересов, влияет или может повлиять на надлежащее, объективное и беспристрастное исполнение им должностных (служебных) обязанностей (осуществление полномочий), не является исчерпывающим. К субъектам, взаимодействие которых может привести к возникновению конфликта интересов, отнесены не только лица, обладающие признаками близкого родства или свойства, но и иные лица (а к ним могут быть отнесены двоюродные братья и сестры), отношения с которыми так или иначе могли повлечь за собой возникновение ситуации, при которой у государственного служащего возникнет конфликт интересов. При этом личная заинтересованность должностного лица может быть обусловлена такими побуждениями, как карьеризм, семейственность, оказание содействия в трудоустройстве, продвижении по службе, поощрении подчиненного сотрудника, а также иное покровительство по службе. В связи с изложенным увольнение А. со службы в органах уголовно- исполнительной системы ввиду непринятия мер по уведомлению руководства УФСИН России по субъекту Российской Федерации о наличии конфликта интересов признано правомерным.
6. Расторжение брака не исключает возможности возникновения у бывших супругов личной заинтересованности, которая может привести к конфликту интересов. Прокурор обратился в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным бездействия совета депутатов сельского поселения, выразившегося в непринятии мер по досрочному прекращению полномочий главы сельского поселения Д. и председателя совета депутатов Т. в связи с утратой доверия и о досрочном прекращении полномочий Д. и Т. Свои требования прокурор мотивировал тем, что Д. и Т. до 2022 года состояли в браке, имеют общих детей и проживают совместно в жилом доме, принадлежащем на праве собственности Т., однако не подали уведомление о возникновении личной заинтересованности, которая приводит или может привести к конфликту интересов. При этом Д., замещавший с 2008 года муниципальную должность главы сельского поселения, в 2023 году на конкурсной основе по результатам открытого голосования большинством голосов депутатов совета депутатов вновь избран главой сельского поселения. Т., замещавшая должность депутата и председателя совета депутатов сельского поселения, была председательствующим на заседании совета депутатов, где разрешался вопрос об избрании главы сельского поселения, представляла кандидатуры, вела протокол заседания и принимала непосредственное участие в голосовании, отдав свой голос за кандидатуру Д. По результатам проверки, в ходе которой были установлены указанные обстоятельства, прокурор обратился в совет депутатов сельского поселения с представлением об устранении нарушений требований законодательства о противодействии коррупции. Решением совета депутатов представление прокурора отклонено по причине отсутствия конфликта интересов между Д. и Т. Разрешая спор и оценивая совокупность представленных в дело доказательств, суд пришел к выводу о том, что Д. и Т. по смыслу части 2 статьи 10 Федерального закона «О противодействии коррупции» являются лицами, связанными имущественными и иными близкими отношениями, что с учетом круга их обязанностей и фактически осуществляемых должностных полномочий предполагает необходимость принятия мер по недопущению любой возможности возникновения конфликта интересов. Однако данные меры ими приняты не были (части 1 и 2 статьи 11 названного федерального закона). С учетом того, что данное обстоятельство является основанием для досрочного прекращения полномочий лица, замещающего муниципальную должность, суд принял решение об удовлетворении требований прокурора (пункт 1 части 1 статьи 131 Федерального закона «О противодействии коррупции», часть 101 статьи 40 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»2).
7. Участие депутата, не сообщившего о возникновении (возможном возникновении) личной заинтересованности, в заседании представительного органа, на котором рассматривался вопрос, являющийся предметом такой заинтересованности, и голосование по вопросам повестки дня является достаточным основанием для вывода о нарушении требований по урегулированию конфликта интересов. Прокурор обратился в суд с административным исковым заявлением о досрочном прекращении полномочий депутата собрания депутатов городского округа З. в связи с утратой доверия. Судом установлено, что З. осуществляла полномочия депутата собрания депутатов на непостоянной основе, одновременно занимая должность директора по персоналу общества с ограниченной ответственностью (далее в этом пункте – общество). В августе 2023 года З. подготовила представление о присвоении директору общества С. звания почетного гражданина и сопроводительное письмо к нему, которые были направлены обществом в собрание депутатов с ходатайством о присвоении С. указанного звания. Из материалов дела также усматривается, что С. и З. связывают близкие отношения: сын С. проживает совместно с З., является отцом ее несовершеннолетних детей. В октябре 2023 года З. в качестве заместителя председателя постоянной комиссии по вопросам экономической и бюджетной политики собрания депутатов выступила на заседании комиссии и предложила рекомендовать рассмотреть на внеочередной сессии собрания депутатов вопрос о присвоении С. звания почетного гражданина, после принятия комиссией соответствующего решения подписала его и впоследствии приняла участие в голосовании, по результатам которого решением собрания депутатов С. присвоено звание почетного гражданина. Удовлетворяя административный иск прокурора, суд исходил из следующего. По смыслу частей 2–5 статьи Федерального закона «О противодействии коррупции» депутат обязан заявить о наличии конфликта интересов вне зависимости от последующего решения представительного органа (комиссии по предотвращению и урегулированию 2 Указанные положения Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» утратили силу. В настоящее время аналогичные положения содержатся в части 1 статьи 29 Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти». конфликта интересов) об участии депутата в голосовании, в том числе для того, чтобы депутаты были уведомлены о наличии конфликта интересов и приняли меры для исключения его влияния на принимаемые ими решения. Однако до начала голосования, по результатам которого решением собрания депутатов С. присвоено звание почетного гражданина, З. указанные действия не предприняла, требования закона не исполнила. Кроме того, установленные по делу обстоятельства указывают не только на наличие близких отношений между С. и З., но и на совершение ею активных последовательных действий, завершившихся голосованием по вопросу присвоения С. звания почетного гражданина, что свидетельствует об оказании З. влияния на депутатов при принятии ими решения. Поскольку в силу положений части 71 статьи 40 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»3 в случае неисполнения обязанностей, установленных Федеральным законом «О противодействии коррупции», полномочия депутата прекращаются досрочно, суд пришел к выводу о том, что требования прокурора являются обоснованными и удовлетворил административное исковое заявление.
8. Гражданин, замещавший должность государственной гражданской службы, в течение двух лет после увольнения с этой службы вправе заключить трудовой договор с организацией (работодателем), в отношении которой им осуществлялись отдельные функции государственного управления, только с согласия соответствующей комиссии по соблюдению требований к служебному поведению государственных служащих и урегулированию конфликта интересов. З. обратился в суд с иском к территориальному управлению Федерального агентства железнодорожного транспорта (далее – Росжелдор) о признании незаконным и об отмене решения комиссии по соблюдению требований к служебному поведению государственных гражданских служащих и урегулированию конфликта интересов, которым замещение З. на условиях трудового договора должности ведущего инженера сектора безопасности дирекции инфраструктуры в акционерном обществе до истечения двух лет со дня увольнения с должности государственной гражданской службы признано нарушающим требования статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции». Судом установлено, что на дату увольнения З. с должности специалиста-эксперта отдела транспортной безопасности территориального управления Росжелдора названная должность в течение восьми лет была 3 Указанные положения Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» утратили силу. В настоящее время аналогичные положения содержатся в части 5 статьи 28, частях 1 и 10 статьи 29 Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти». включена в соответствующий перечень должностей, при замещении которых федеральные государственные гражданские служащие обязаны представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера (далее в этом пункте – перечень). В период прохождения государственной гражданской службы З. осуществлял в отношении указанного акционерного общества функции государственного управления (подготовка свидетельств об аттестации лиц, ответственных за транспортную безопасность, утверждение результатов оценки уязвимости объектов транспортной инфраструктуры). После увольнения З. с государственной гражданской службы приказом Росжелдора утвержден новый перечень, в котором должность специалиста- эксперта отдела транспортной безопасности территориального управления отсутствует. В силу положений части 31 статьи 17 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «О государственной гражданской службе Российской Федерации»), части первой статьи 641 ТК РФ, части 1 статьи 12 Федерального закона «О противодействии коррупции» для граждан, ранее замещавших должности государственной службы, при заключении после увольнения с государственной службы трудового договора или гражданско-правового договора установлено ограничение, заключающееся в том, что гражданин в течение двух лет после увольнения с государственной службы может замещать на условиях трудового договора или гражданско-правового договора должности в коммерческой или некоммерческой организации, если отдельные функции государственного управления данной организацией входили в должностные (служебные) обязанности гражданского служащего, только с согласия соответствующей комиссии по соблюдению требований к служебному поведению государственных служащих и урегулированию конфликта интересов. При этом отсутствие во вновь принятом Росжелдором перечне замещаемой З. до увольнения должности с учетом осуществления им функций государственного управления в отношении акционерного общества не освобождает его от обязанности по обращению в соответствующую комиссию для дачи согласия на заключение трудового договора в течение двух лет после увольнения. Таким образом, З. был вправе заключить трудовой договор с акционерным обществом только с согласия соответствующей комиссии по соблюдению требований к служебному поведению государственных служащих и урегулированию конфликта интересов, которое получено не было.
9. Осуществление лицом, замещающим государственную (муниципальную) должность на постоянной основе, предпринимательской деятельности является основанием для досрочного прекращения его полномочий в связи с утратой доверия. Прокурор обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным решение совета депутатов сельского поселения об отказе в удовлетворении представления о досрочном прекращении полномочий председателя совета депутатов сельского поселения П. в связи с утратой ею доверия за несоблюдение ограничений, запретов, установленных Федеральным законом «О противодействии коррупции», выразившееся в осуществлении П. предпринимательской деятельности, и досрочно прекратить ее полномочия. Разрешая административные исковые требования, суд исходил из следующего. В соответствии с пунктами 2, 3 части 3 статьи 121 Федерального закона «О противодействии коррупции» лица, замещающие государственные должности Российской Федерации, лица, замещающие государственные должности субъектов Российской Федерации, муниципальные должности и осуществляющие свои полномочия на постоянной основе, если федеральными конституционными законами или федеральными законами не установлено иное, не вправе заниматься предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц; заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности. При рассмотрении административного дела установлено, что П. 21 сентября 2021 года избрана депутатом представительного органа сельского поселения. Решением представительного органа сельского поселения от 29 сентября 2021 года П. избрана главой сельского поселения. В ходе проведенной прокуратурой проверки выявлен факт осуществления П. в период с декабря 2022 года по сентябрь 2024 года предпринимательской деятельности, выразившейся в торговле продовольственными и иными товарами в магазине, исполнении обязанностей бухгалтера, а также получении денежных средств, вырученных за продажу товаров. При этом здание магазина и земельный участок под ним находились в собственности П. до заключения 12 января 2023 года договора купли- продажи недвижимого имущества между П. и ее сыном А. С учетом этого суд, исходя из положений пункта 4 части 1 статьи 131 Федерального закона «О противодействии коррупции», пришел к выводу о наличии оснований для прекращения полномочий П. в связи с утратой доверия и удовлетворил административные исковые требования прокурора.
10. Недопустимо расторжение служебного контракта по инициативе гражданского служащего до завершения служебной проверки, проводимой представителем нанимателя в связи с несоблюдением таким служащим обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции. Прокурор в интересах Российской Федерации и неопределенного круга лиц обратился в суд с иском к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по субъекту Российской Федерации (далее – МИФНС России по субъекту Российской Федерации) и Г. о признании приказа об увольнении незаконным, возложении обязанности изменить формулировку основания увольнения, полагая недопустимым расторжение служебного контракта по инициативе гражданского служащего до завершения служебной проверки, проводимой представителем нанимателя в связи с несоблюдением указанным лицом обязанностей, установленных антикоррупционным законодательством. Как установлено по результатам проведенной представителем нанимателя проверки, супруг Г., ее брат и сестра супруга занимали должности учредителей и директоров организаций, зарегистрированных на территории, относящейся к ведению МИФНС России по субъекту Российской Федерации, в которой Г. проходила государственную гражданскую службу в должности заместителя начальника отдела камеральных проверок. Однако уведомлений о возможном конфликте интересов Г. представителю нанимателя не представляла. Кроме того, сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера Г. являлись неполными и недостоверными. До завершения служебной проверки Г. была уволена с государственной гражданской службы Российской Федерации по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 33 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (расторжение служебного контракта по инициативе гражданского служащего). Порядок прекращения служебных отношений с государственным гражданским служащим, в отношении которого инициирована проверка соблюдения требований антикоррупционного законодательства, по результатам которой установлен факт совершения им коррупционного правонарушения (в данном случае – неуведомление Г. о наличии конфликта интересов, представление ею неполных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера), регламентирован нормами Федерального закона «О противодействии коррупции» (статьи 8, 13) и Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (часть 61 статьи 20 и часть 3 статьи 201). Названными нормами закреплена обязанность представителя нанимателя в случаях выявления факта неисполнения государственным гражданским служащим обязательств, установленных в целях противодействия коррупции, квалифицировать данные действия в качестве правонарушения коррупционной направленности и в рамках имеющихся полномочий привлечь государственного гражданского служащего к дисциплинарной ответственности в виде увольнения в связи с утратой доверия за совершение коррупционного правонарушения. Однако, как указал суд, руководитель МИФНС России по субъекту Российской Федерации, зная о проведении в отношении Г. проверки соблюдения требований антикоррупционного законодательства и выявленных в результате данной проверки нарушениях коррупционной направленности, не реализовал свои полномочия по прекращению служебных отношений с Г. в соответствии с требованиями вышеназванного законодательства, что, по сути, позволило ей избежать юридической ответственности за совершенное коррупционное правонарушение.
11. Несоблюдение лицом, замещающим муниципальную должность, ограничений, запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством о противодействии коррупции, влечет досрочное прекращение его полномочий в связи с утратой доверия и невозможность их прекращения по собственному желанию. Прокурор обратился в суд с административным иском к городской думе, депутату городской думы Ш. о признании незаконным решения этого представительного органа о досрочном прекращении полномочий депутата в части основания досрочного прекращения полномочий, возложении обязанности изменить основание и формулировку основания прекращения полномочий: с пункта 2 части 10 статьи 40 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»4 (отставка по собственному желанию) на пункт 2 части 1 статьи 131 Федерального закона «О противодействии коррупции» (в связи с утратой доверия). Требования прокурора мотивированы тем, что по результатам проверки достоверности и полноты сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера депутата городской думы Ш., а также его супруги, проведенной по распоряжению высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, выявлен факт представления депутатом Ш. заведомо недостоверных и неполных сведений о своих доходах за 2020, 2021 и 2022 годы и доходах супруги за 2021 и 2022 годы, в частности отсутствие информации об открытых в трех банках счетах, по которым осуществлялось движение денежных средств на общую сумму 26 604 591 руб., законность получения которых Ш. не была подтверждена. Высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации в адрес городской думы направлено обращение о рассмотрении вопроса о досрочном прекращении полномочий депутата Ш. в связи с утратой доверия. Однако решением городской думы полномочия депутата Ш. прекращены на основании его заявления в связи с отставкой по собственному желанию. 4Указанные положения Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» утратили силу. В настоящее время аналогичные положения содержатся в пункте 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 20 марта 2025 года № 33-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти». Удовлетворяя административное исковое заявление прокурора, суд исходил из того, что одним из принципов, на которых основывается противодействие коррупции в Российской Федерации, является принцип неотвратимости ответственности за совершение коррупционных правонарушений (пункт 4 статьи 3 Федерального закона «О противодействии коррупции»). Поскольку депутатом городской думы Ш. были нарушены установленные федеральными законами ограничения, не исполнены обязанности по представлению сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в отношении себя и своей супруги, суд сделал вывод о том, что досрочное прекращение полномочий депутата по собственному желанию противоречит принципам противодействия коррупции, следовательно, основание досрочного прекращения полномочий депутата городской думы Ш. подлежит изменению на прекращение полномочий в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 131 Федерального закона «О противодействии коррупции» – в связи с утратой доверия.
12. В случае уклонения представительного органа муниципального образования от рассмотрения представления прокурора о досрочном прекращении полномочий лица, замещающего муниципальную должность, в связи с несоблюдением запретов и ограничений, установленных федеральным законом, либо отказа в удовлетворении указанного требования вопрос о досрочном прекращении полномочий такого лица может быть разрешен судом по административному иску прокурора. Прокурор обратился в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным бездействия совета народных депутатов сельского поселения (далее в этом пункте – совет народных депутатов, совет), выразившегося в непринятии решения о досрочном прекращении полномочий главы сельского поселения, депутата и председателя совета Ч. в связи с утратой доверия, и о досрочном прекращении полномочий Ч. по указанному основанию. Как установлено при рассмотрении административного дела, по результатам проведенной прокуратурой в 2023 году проверки выявлен факт выполнения гражданином, осужденным к обязательным работам и отбывающим наказание при администрации сельского поселения, в октябре 2019 года строительных работ на земельном участке, принадлежащем Ч., в счет отработанных на обязательных работах часов, что повлекло получение Ч. выгоды из своего публично-правового статуса. В мае 2023 года прокурор направил в адрес совета народных депутатов представление о принятии мер по устранению выявленных нарушений законодательства о противодействии коррупции и рассмотрении вопроса о досрочном прекращении полномочий Ч., которое было рассмотрено комиссией по соблюдению требований к служебному поведению муниципальных служащих и урегулированию конфликта интересов в органах местного самоуправления сельского поселения (далее – комиссия). Комиссия пришла к выводу об отсутствии оснований для прекращения полномочий Ч. в связи с утратой доверия. Впоследствии указанное решение комиссии было отменено судом с возложением на нее обязанности повторно рассмотреть вопрос о соблюдении Ч. требований о предотвращении или об урегулировании конфликта интересов. Повторно рассмотрев указанные материалы, комиссия в декабре 2023 года передала их в совет народных депутатов для рассмотрения вопроса об освобождении Ч. от должности в связи с утратой доверия. В марте 2024 года совет принял решение об отсутствии оснований для досрочного прекращения полномочий Ч. Несогласие с указанным решением послужило поводом для обращения прокурора с административным иском в суд. Принимая решение о досрочном прекращении полномочий Ч., суд исходил из того, что прокурор вправе заявить требование о досрочном прекращении полномочий лица, замещающего муниципальную должность, по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О противодействии коррупции», если его обращение в орган местного самоуправления с таким требованием оставлено без удовлетворения. Установив факт злоупотребления Ч. своим должностным положением, приведшим к возникновению конфликта интересов ввиду извлечения личной выгоды из своего публично-правового статуса, суд пришел к выводу о наличии безусловных оснований для досрочного прекращения полномочий указанного лица. При этом в условиях невыполнения советом народных депутатов обязанности принять решение о досрочном прекращении полномочий Ч. указанный вопрос подлежит разрешению судом по иску прокурора, который наделен специальной компетенцией по обеспечению законности, в том числе при исполнении законодательства о противодействии коррупции.
13. Имущество, приобретенное посредством совершения противоправных деяний коррупционной направленности, включая несоблюдение антикоррупционных запретов, подлежит обращению в доход Российской Федерации по основаниям, установленным подпунктом 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ. Прокурор обратился в суд с иском к Ф. и связанным с ним хозяйственным обществам о взыскании в доход Российской Федерации солидарно денежных средств. По делу установлено, что Ф. в период занятия государственных должностей, в том числе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, губернатора субъекта Российской Федерации, вопреки антикоррупционным запретам не отказался от осуществления предпринимательской деятельности и получения не предусмотренных законом доходов. В период 2007–2020 годов Ф. использовал свое служебное положение с целью оказания покровительства находящимся в его фактическом управлении коммерческим структурам, производил отчуждение, распределение и передачу долей в уставных капиталах хозяйственных обществ подконтрольным ему физическим и юридическим лицам, выступая лицом, выполняющим в этих организациях управленческие, организационно-распорядительные и административно- хозяйственные функции. Общества-ответчики, их номинальные владельцы и руководители были вовлечены в коррупционную деятельность, принимали в ней активное и добровольное участие, извлекая преимущество из своего недобросовестного поведения, мер по предупреждению коррупции не приняли. Результатом деятельности обществ-ответчиков под руководством Ф. стало получение в течение 2008–2019 годов дохода, фактически являвшегося доходом Ф., который последний не задекларировал, скрыл от контролирующих органов. Удовлетворяя исковые требования прокурора и взыскивая с ответчиков солидарно в доход Российской Федерации денежные средства в размере 8 596 188 705 руб., суд исходил из следующего. Факт совершения Ф. коррупционного правонарушения, выразившегося в занятии предпринимательской деятельностью и участии в управлении юридическими лицами вопреки установленным Федеральным законом «О противодействии коррупции», Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», Федеральным законом от 8 мая 1994 года № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (в редакции, действовавшей во время осуществления Ф. полномочий депутата) запретам и ограничениям, отчуждении, распределении и передаче долей в уставных капиталах хозяйственных обществ подконтрольным ему физическим и юридическим лицам, установлен на основании собранных и исследованных по делу доказательств. С учетом положений подпункта 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в постановлениях от 27 декабря 2012 года № 34-П, от 10 октября 2013 года № 20-П, от 29 ноября 2016 года № 26-П, от 31 октября 2024 года № 49-П, в основание требований прокурора об обращении в доход Российской Федерации имущества как приобретенного вследствие нарушения лицом, занимавшим публично значимую должность, требований и запретов, направленных на предотвращение коррупции, может быть положен не только факт несоответствия расходов законным доходам и отсутствие сведений, подтверждающих законность получения денежных средств, когда источники происхождения имущества могут оставаться невыявленными, а незаконность их презюмируется, но и установление того обстоятельства, что приобретение имущества обусловлено совершением этим лицом конкретных деяний коррупционной направленности. Имущество, в отношении которого установлено, что оно приобретено посредством совершения противоправных деяний коррупционной направленности (включая несоблюдение антикоррупционных запретов), не может являться легальным объектом гражданского оборота и подлежит обращению исключительно в доход Российской Федерации.
14. Обращению в доход Российской Федерации подлежит не только имущество, в отношении которого не подтверждена законность происхождения доходов, направленных на его приобретение, либо которое получено в результате несоблюдения антикоррупционных запретов, но и имущество и доходы, полученные в ходе реализации или использования этого имущества. Прокурор в интересах Российской Федерации обратился в суд с иском к Л., его супруге, бывшей супруге, другим гражданам, организации об обращении в доход Российской Федерации недвижимого имущества, о взыскании в солидарном порядке денежных средств, эквивалентных стоимости отчужденного недвижимого имущества. В обоснование иска прокурор указывал, что Л. в период нахождения в должности главного врача государственного бюджетного учреждения здравоохранения систематически получал взятки, а полученные денежные средства вовлекал в хозяйственный оборот, заключая договоры на строительство объектов недвижимости и оформляя их как на себя, так и на своих родственников и иных доверенных лиц. Таким образом Л. и другими ответчиками последовательно осуществлено строительство десяти многоквартирных жилых домов. Разрешая спор, суды, в частности, исходили из того, что возведение второго и последующих многоквартирных домов осуществлялось после получения средств от реализации ранее построенных домов, в связи с чем доход, полученный от продажи расположенных в них квартир, не может рассматриваться как неподтвержденный с позиций норм Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам». Отменяя судебные постановления нижестоящих судов и направляя дело на новое рассмотрение, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации указала следующее. Положения подпункта 8 пункта 2 статьи 235 ГК РФ, статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в их истолковании Конституционным Судом Российской Федерации, содержащемся в постановлениях от 29 ноября 2016 года № 26-П и от 31 октября 2024 года № 49-П, предполагают, что обращению в доход Российской Федерации подлежит не только имущество, в отношении которого не подтверждена законность происхождения доходов, направленных н