Кассационное определение от 16 сентября 2026 г. Верховный Суд РФ Верховный Суд Российской Федерации - Уголовное ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Дело № 222-УД26-55-А6 КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Москва 17 сентября 2026 г.
Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации в составе председательствующего Воронова А.В., судей Замашнюка А.Н. и Дербилова О.А. при секретаре Лозовом СВ. с участием прокурора отдела управления Главной военной прокуратуры Зе- ленко И.В., осуждённого ФИО1 - путём использования систем видеоконференц-связи и его защитника - адвоката Ашикилова Б.Г. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Ашикилова Б.Г. на приговор 2-го Западного окружного военного суда от 3 сентября 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 25 февраля 2026 г.
Согласно приговору ФИО1, <...> <...> несудимый, осуждён за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 205 УК РФ, к лишению свободы на срок 9 лет; ч. 1 ст. 222 УК РФ, к лишению свободы на срок 3 года со штрафом в размере 30 000 рублей; ч. 1 ст. 222 УК РФ, к лишению свободы на срок 6 лет со штрафом в размере 50 000 рублей; ч. 1 ст. 223 УК РФ, к лишению свободы на срок 4 года со штрафом в размере 100 000 рублей; ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 2231 УК РФ, к лишению свободы на срок 4 года со штрафом в размере 200 000 рублей; ст. 116 УК РФ, к исправительным работам на срок 9 месяцев, а по их совокупности в соответствии с чч. 3, 4 ст. 69 и п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ путём частичного сложения наказаний к окончательному наказанию в виде лишения свободы на срок 12 лет с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, оставшейся части срока в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 250 000 рублей, который постановлено исполнять самостоятельно.
Апелляционным определением апелляционного военного суда от 25 февраля 2026 г. приговор в отношении ФИО1 изменён: уголовное дело в части обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 223 УК РФ, прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - в связи с истечением сроков давности уголовного преследования; действия ФИО1 переквалифицированы со ст. 116 УК РФ на ст. 116 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 февраля 2017 г. № 8-ФЗ), по которой ему назначено наказание в виде исправительных работ на срок 9 месяцев с удержанием 15 процентов из заработной платы в доход государства.
На основании чч. 3, 4 ст. 69 и п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ окончательное наказание ФИО1 назначено по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 222% ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 223% ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 205 УК РФ, ст. 116 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 февраля 2017 г. № 8-ФЗ), путём частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 11 лет 6 месяцев с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, оставшейся части срока в исправительной колонии строгого режима со штрафом в размере 220 000 рублей.
В остальном приговор оставлен без изменения, апелляционная жалоба защитника - адвоката Ашикилова Б.Г. и апелляционное представление государственного обвинителя Алаевой О.А. без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Замашнюка А.Н., выступления осуждённого ФИО1 и адвоката Ашикилова Б.Г. в поддержку доводов кассационной жалобы, прокурора Зеленко И.В., полагавшего необходимым приговор и апелляционное определение оставить без изменения, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации установила: с учётом внесённых в приговор изменений ФИО1 осуждён за незаконное хранение огнестрельного оружия и боеприпасов к нему, а также взрывчатого вещества, совершённое до 13 часов 50 минут 8 июня 2024 г.; за приготовление к незаконному изготовлению взрывчатых веществ и взрывных устройств, совершённое до 13 часов 50 минут 8 июня 2024 г.; за приготовление с 24 февра-ля 2022 г. по 8 июня 2024 г. к террористическому акту - совершению взрыва, устрашающего население и создающего опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких по- следствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти и воздействия на принятие ими решений; за нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, совершённое по мотивам политической и идеологической вражды 8 июня 2024 г.
Преступления совершены ФИО1 в г. Москве при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
В кассационной жалобе защитник осуждённого - адвокат Ашикилов Б.Г., считая постановленные по делу приговор и апелляционное определение в части осуждения ФИО1 по ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 205, ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 223% ст. 116 УК РФ незаконными и необоснованными в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, допущенными существенными нарушениями уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона, просит их отменить, передать дело на новое рассмотрение или прекратить производство по делу в данной части обвинения ФИО1.
Не оспаривая выводы суда и квалификацию содеянного осуждённым в остальной части обвинения, а также повторяя доводы апелляционной жалобы, адвокат указывает на нарушение права на защиту ФИО1 при использовании в качестве доказательств его вины в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 205, ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 2231 УК РФ, документов, выполненных на иностранном языке: скопированной с телефона ФИО1 информации, записанной на 24-х DVD-R дисках, которая осмотрена, распечатана и приобщена к делу в качестве вещественного доказательства без перевода текстов на русский язык, что не позволило осуждённому опровергнуть доводы обвинения о приобретении им квадрокоптеров в целях использования их для доставки взрывных устройств при совершении террористического акта. В нарушение положений ст. 284 УПК РФ сторона защиты была лишена возможности осмотреть в судебном заседании указанную информацию, а в удовлетворении ходатайства стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ немотивированно отказано протокольным решением суда без вынесения отдельного процессуального документа. Аналогичным доводам его жалобы суд апелляционной инстанции дал неверную оценку.
Считает предполагаемыми выводы суда о доказанности приготовления ФИО1 к совершению преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 205 и ч. 1 ст. 2231 УК РФ, поскольку он был подписан на различные информационные каналы с 2017 года, часть из которых предназначена для аудитории, интересующейся квадрокоптерами и правилами их использования, в том числе для производства качественных съёмок, а с администраторами и подписчиками этих каналов не общался. Обнаруженный у ФИО1 порох приобретён им законно, когда он имел лицензию на владение охотничьим оружием. Иные изъятые в ходе осмотра места происшествия вещества взрывчатыми не являются, находятся в свободном обороте и не запрещены, а обнаруженные у ФИО1 смеси использовались им для хлопушек. Не запрещены к обороту в Российской Федерации и изъятые у осуждённого 14 квадрокоптеров, каких-либо из- менений в конструкцию которых ФИО1 не вносил, что, по мнению защитни- ка, подтверждает отсутствие у него умысла на их использование в качестве средства доставки взрывного устройства, вес которого превышает их максимальную грузоподъёмность. Все съёмки на камеру с использованием квадрокоптеров были произведены до 2022 года. Каких-либо активных действий, направленных на приискание средств и орудий совершения террористического акта и изготовление для этого взрывных устройств, ФИО1 не совершал и умысла на это не имел, чему суды обеих инстанций не дали надлежащей оценки и не опровергли позицию стороны защиты.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав стороны, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных ч. 1 ст. 40115 УПК РФ оснований для отмены или изменения приговора и апелляционного определения в отношении ФИО1.
По смыслу данной нормы закона, в её взаимосвязи со ст. 4011 УПК РФ, круг оснований для отмены или изменения судебного решения в кассационном порядке ввиду неправильного применения уголовного закона и (или) существенного нарушения уголовно-процессуального закона в отличие от производства в апелляционной инстанции ограничен лишь такими нарушениями, которые повлияли на исход уголовного дела, в частности на вывод о виновности, на юридическую оценку содеянного, назначение судом наказания или применение иных мер уголовно-правового характера и на решение по гражданскому иску.
Таких нарушений закона при производстве по делу, которые ставили бы под сомнение законность возбуждения, расследования настоящего уголовного дела, передачу его для рассмотрения по существу в суд первой инстанции и саму процедуру судебного разбирательства и апелляционного рассмотрения, не допущено.
Сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, материалы уголовного дела не содержат, как и не имеется в них данных об ущемлении права ФИО1 на защиту или иных нарушениях норм уголовно-процессуального законодательства, которые путём лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого решения, в связи с чем доводы автора жалобы об обратном являются ошибочными.
В судебных заседаниях обеспечено равенство прав сторон, которым суды обеих инстанций, сохраняя объективность и беспристрастность, создали необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, а стороне защиты предоставлена реальная возможность довести свою позицию по предъявленному ФИО1 обвинению, исследованным доказательствам, заявить ходатайства, задать свидетелям и потерпевшему интересующие вопросы, выступить в прениях и с последним словом подсудимого, чем она воспользовалась по своему усмотрению.
Заявленные ходатайства разрешены судом после выяснения мнений участников судебного разбирательства и исследования фактических обстоятельств дела, относящихся к данным вопросам, по этим ходатайствам приняты законные и обоснованные решения, оснований сомневаться в правильности которых не имеется.
Отказ в удовлетворении некоторых из ходатайств, в том числе упомянутых в жалобе, при соблюдении процедуры их разрешения и обоснованности принятого решения сам по себе не может расцениваться как нарушение права на защиту, принципа равноправия сторон и не свидетельствует о необъективности и обвинительном уклоне суда при рассмотрении уголовного дела.
Суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства защитника о возвращении уголовного дела прокурору по аналогичным приведённым в кассационной жалобе доводам, поскольку во время предварительного следствия не допущено нарушения права на защиту ФИО1 и существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые не могли быть устранены при судебном разбирательстве, а обвинительное заключение по уголовному делу утверждено полномочным прокурором, соответствует положениям ст. 220 УПК РФ и каких-либо неясностей, неточностей или неполноты, исключающих возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного документа, не содержит.
Удаляться для принятия решения по этому вопросу в совещательную комнату и выносить отдельный процессуальный документ суду не требовалось, о чём справедливо упоминает и сам автор жалобы, ссылаясь на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированную в определениях от 17 июля 2012 г. № 1324-0, от 19 декабря 2017 г. № 2885-0, от 30 января 2020 г. № 213-0 и др.
Что касается наличия в деле документов, выполненных на иностранном языке, то содержащаяся в них информация была известна ФИО1, так как была извлечена из принадлежащего ему мобильного телефона и касалась приобретения им же через приложение AliExpress товаров с наименованиями на английском языке, которые были идентифицированы в ходе следствия, в том числе как изъятые у него квадрокоптеры. В последующем данные предметы были осмотрены, признаны вещественными доказательствами, приобщены к материалам дела и исследованы экспертами, что нашло отражение в соответствующих протоколах, постановлениях и заключениях экспертов, с которыми сторона защиты была знакома и в которых наименования производителей и марок квадрокоптеров тоже указаны на английском языке.
Поэтому довод автора жалобы о нарушении требований ст. 18 УПК РФ является надуманным, в связи с чем оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не имелось, чему суды обеих инстанций дали надлежащую оценку, с которой Судебная коллегия полагает необходимым согласиться.
Право стороны защиты на осмотр в судебном заседании вещественных доказательств реализовано, какого-либо нарушения положений ст. 284 УПК РФ не допущено. К тому же в суде были исследованы соответствующие протоколы осмотра информации, скопированной с телефона ФИО1 и записанной на 24-х DVD-R дисках, по которой сторона защиты имела реальную возможность дать свои пояснения и высказать позицию, чем она и воспользовалась.
Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, установлены правильно. Дополнений к судебному следствию стороны не имели.
Приговор с учётом внесённых в него апелляционным военным судом изменений соответствует требованиям ст. 297, 304, 307-309 УПК РФ.
Выводы о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений при установленных судом обстоятельствах, вопреки утверждению адвоката об обратном, подтверждаются совокупностью приведённых в приговоре доказательств, полно и объективно исследованных в ходе судебного рассмотрения, которым дана оценка по правилам ст. 17, 87 и 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.
Содержание доказательств изложено в приговоре объективно, в соответствии с материалами дела и без каких-либо искажений, влияющих на существо принятых на основании их анализа и оценки решений, каких-либо предположений или неустранимых противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осуждённого в содеянном, эти доказательства не содержат.
Право стороны защиты на допрос показывающих против ФИО1 лиц реализовано в рамках закона.
Суд верно оценил и положил в основу приговора протоколы следственных действий, согласно которым в ходе личного досмотра у ФИО1 были обнаружены и изъяты мобильный телефон с сим-картой с соответствующим номером, значок и футболка с изображениями признанной террористической и запрещённой на территории Российской Федерации организации «Легион «Свобода России», герба Украины и надписи на футболке «SLAVА UKRAINI»; по месту жительства ФИО1 обнаружены и изъяты указанные в приговоре огнестрельное оружие, боеприпасы, бездымный порох в количестве 231,2 г, три флага Украины, футболка с надписью «Украина», 4 корпуса гранатометных выстрелов, 14 квадрокоптеров, иные вещества и предметы; по информации, скопированной с телефона ФИО1 и изъятого у него квадрокоп- тера, соответственно, осуждённый с июня 2022 года по май 2024 года являлся подписчиком и участником различных чатов и каналов, в том числе проукра- инской, террористической и экстремистской направленности, деятельность которых направлена против безопасности Российской Федерации, получал сведения о совершении на территории России террористических актов, диверсий, тактике и способах их осуществления, изучал информацию об использовании беспилотных летательных аппаратов (далее - БПЛА) и производстве аэросъемки, с марта по ноябрь 2022 года оформил заказы через AliExpress на различные покупки, в том числе 24 ноября 2022 г. приобрёл несколько квад- рокоптеров, под видеозапись в апреле 2020 года и июне 2022 года производил выстрелы из изъятых у него пистолетов, 9 сентября 2022 г. сжёг флаг России, 12 сентября 2023 г. разместил флаг Украины и выкрикивал приветствие украинских националистов, 23 июля и 2 октября 2022 г., а также 2 апреля 2023 г. с использованием квадрокоптеров осуществлял аэроразведку местности, видео-и фотофиксацию объектов социальной инфраструктуры и жизнеобеспечения на территории Южного административного округа г. Москвы: городской клинической больницы им. В.И. Буянова, средней общеобразовательной школы № 904, ТЭЦ № 26 и хозяйственного корпуса ПП 220/110 кВ № 245 ПАО «Рос- сети», что полностью опровергает суждение защитника о том, что съёмки на камеру с использованием квадрокоптеров были произведены осуждённым до 2022 года.
Беспредметным и не влияющим на выводы суда о доказанности вины ФИО1 в незаконном хранении взрывчатого вещества - бездымного пороха общей массой 231,2 г является утверждение автора жалобы о легитимном приобретении ФИО1 этого пороха, за что он виновным не признавался и не осуждён.
Несостоятельным является довод защитника об отсутствии запрета на обращение на территории Российской Федерации обнаруженных по месту жительства ФИО1 веществ, содержащих в своём составе серу, калий, азот, магний, алюминий, натрий, свинец и другие микроэлементы, которые по заключениям экспертов от 27 июня и 26 сентября 2024 г. позволяют изготовить из них и хранившегося у осуждённого бездымного пороха и корпусов трёх гранатометных выстрелов ВОГ-25ПМ взрывные устройства и взрывчатые вещества по типам «окислитель-горючее» и «горючее+окислитель», а не простые хлопушки, как указывает автор жалобы.
Не основанным на материалах дела является довод защитника о невозможности использования квадрокоптеров для совершения террористического акта, поскольку экспертным путём установлено, что из 14-ти изъятых у Евсее-ва 12-ть квадрокоптеров можно использовать для обучения дистанционному пилотированию, сбора данных о технике, живой силе, объектах критической инфраструктуры, производственных объектах и передачи этих сведений посредством радиоканала на пункт дистанционного управления, а также для снаряжения их взрывными устройствами, изготовленными из корпусов гранатометных выстрелов массой до 250 г, или взрывчатыми веществами массой до 300 г.
Оснований сомневаться в обоснованности выводов экспертов, сформулированных в заключениях судебных экспертиз, полученных с соблюдением положений гл. 27 УПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», не имелось, чему суды обеих инстанций дали надлежащую правовую оценку.
Таким образом, совокупностью исследованных по делу доказательств подтверждается, что при изложенных в приговоре обстоятельствах ФИО1 самодельным способом незаконно переделал из списанного охолощенного пис- толета модели «ПМ-СО», револьвера «Наган» образца 1895 года и сигнально- го револьвера «Smersh РК-1» в пригодное для стрельбы боевыми патронами огнестрельное оружие - пистолет с магазином и два револьвера, незаконно изготовил и снарядил 65 пригодных для производства выстрелов патронов, которые, а также являющийся взрывчатым веществом бездымный порох общей массой 231,2 г незаконно хранил в своей квартире до момента его задержания 8 июня 2024 г. В этот же период ФИО1, обладая познаниями в изготовлении взрывчатых веществ и взрывных устройств, приискал корпуса трёх 40-мм гранатометных выстрелов ВОГ-25ПМ, пригодные для использования с изъятым у него бездымным порохом при изготовлении взрывных устройств, и иные перечисленные в приговоре средства, которые могут использоваться при производстве метательного взрывчатого вещества и взрывчатых веществ по типу «окислитель-горючее» и «горючее+окислитель». Кроме того, с 24 февраля 2022 г. и до момента его задержания сотрудниками полиции 8 июня 2024 г. у ФИО1, придерживающегося экстремистских взглядов и недовольного политикой действующей в Российской Федерации власти, в том числе проведением специальной военной операции, сформировался преступный умысел на совершение террористического акта - взрыва на объектах социальной инфраструктуры и жизнеобеспечения г. Москвы, устрашающего население и создающего опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти и воздействия на принятие ими решений, для чего он, используя свой мобильный телефон и мессенджер «Telegram», посещал публичные чаты организаций «Легион «Свобода России», «Русский добровольческий корпус», признанных в Российской Федерации террористическими, и других организаций, деятельность которых направлена против действующего политического строя в России, содержащие информацию о совершаемых на территории Российской Федерации террористических актах, диверсиях, способах и тактике их осуществления. Для осуществления задуманного ФИО1 планировал применить взрывчатые вещества и взрывные устройства, которые он намеревался изготовить из имеющихся у него корпусов гранатометных выстрелов, пороха и иных компонентов, а также использовать для этого приобретенные им 14 квадрокоптеров, 12 из которых могли применяться для ведения аэроразведки, сбора данных о технике, людях, объектах производства и критической инфраструктуры и передачи этих данных по радиоканалу на пункт дистанционного управления, а также для снаряжения их взрывчатыми веществами или взрывными устройствами, изготовленными из имеющихся у него средств, получая при этом сведения об использовании БПЛА и проведении аэроразведки из информационных каналов и групп мессенджера «Telegram». В качестве объектов для совершения террористического акта ФИО1 избрал учреждения социальной инфраструктуры и жизнеобеспечения населения Южного административного округа г. Москвы: , среднюю общеобра корпус ПП ПАО «Рос-сет располаг ведениями об их охране и пу нными при проведении аэроразведки с помощью имеющихся у него квадрокоптеров. До- вести задуманное до конца ФИО1 не сумел по независящим от него обстоятельствам, поскольку 8 июня 2024 г. был задержан в г. Москве сотрудниками правоохранительных органов, когда он, находясь возле корпуса <...> дома <...>по ул. <...> в г. Москве, будучи одетый в футболку с надписью «SLAVА UKRAINI» и бейсболку с символикой террористической организации «Легион «Свобода России», после замечания гражданина А. о недопустимости демонстрации указанной символики нанёс потерпевшему множественные удары руками по лицу и ногами по ногам, причинив физическую боль и моральные страдания, сопровождая свои действия выкриками «Слава Украине». После задержания ФИО1 сотрудниками полиции при обследовании с его согласия жилища были обнаружены вышеуказанные оружие, боеприпасы, взрывчатое вещество и иные предметы, уличающие осуждённого в совершении описанных в приговоре преступлений.
Указанные обстоятельства судами оценены правильно, в том числе с точки зрения согласованности и взаимном дополнении доказательств по делу, признанных относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности - достаточными для разрешения уголовного дела.
Аргументированной является оценка показаний ФИО1 в судебном заседании, отрицавшего свою виновность в инкриминируемых ему преступлениях, несмотря на очевидные факты задержания его на месте совершения преступления в отношении гражданина А. и последующего обнаружения в его жилище незаконно хранимого им огнестрельного оружия, боеприпасов к нему и взрывчатого вещества, а также 14 квадрокоптеров, трёх флагов Украины, футболки с надписью «Украина», корпусов гранатометных выстрелов, пакетов и банок с различными веществами и жидкостями и иных предметов, достаточных для изготовления взрывных устройств и взрывчатых веществ и доставки их с помощью имеющихся у него квадрокоптеров к объектам социальной инфраструктуры и жизнеобеспечения населения г. Москвы для их подрыва, о чём судами обеих инстанций сформулированы мотивированные выводы, с которыми Судебная коллегия полагает необходимым согласиться.
В связи с изложенным довод защитника о недоказанности инкриминируемых ФИО1 преступлений является несостоятельным, поскольку он опровергается совокупностью положенных в основу приговора доказательств, подтверждающих осознание противоправности совершаемых осуждённым действий, предвидение им возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий от этих его действий и желание их наступления.
Поэтому установленные судом противоправные действия ФИО1 с учётом внесённых в приговор изменений квалифицированы правильно.
Выраженное автором жалобы несогласие с оценкой судов доказательств по делу само по себе не влечёт признание этих доказательств недопустимыми или недостоверными и не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, недоказанности вины ФИО1 в инкриминируемых ему преступлениях, а равно о существенных нарушениях уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, которые могут повлечь отмену или изменение принятых по делу судебных решений в кассационном порядке.
Наказание ФИО1 с учётом внесённых в приговор изменений назначено с соблюдением требований закона, характера и степени общественной опасности совершённых им преступлений, данных о его личности, возрасте, состояния здоровья его самого и его жены, иных обстоятельств, приведённых в приговоре, отвечает целям его применения, определённым в ч. 2 ст. 43 УК РФ.
Мотивированными являются выводы судов об отсутствии оснований для применения к осуждённому положений ч. 6 ст. 15 , ст. 64 и 73 УК РФ и назначении ему за преступления, предусмотренные ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 222 % ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 223% ч. 1 ст. 30 и ч. 1 ст. 205 УК РФ, основного наказания в виде лишения свободы на указанные в приговоре сроки, с назначением по первым трём преступлениям дополнительного наказания в виде штрафа.
Назначенное ФИО1 наказание является соразмерным содеянному и справедливым.
При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции проверены законность, обоснованность и справедливость приговора, соблюдена процедура рассмотрения дела, в полном объёме рассмотрены аналогичные доводы жалобы защитника, а также доводы апелляционного представления государственного обвинителя, в приговор внесены необходимые изменения, соответствующие требованиям закона.
Исходя из изложенного и руководствуясь ст. 401% 40113, 4011 УПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации определила: приговор 2-го Западного окружного военного суда от 3 сентября 2025 г. и апелляционное определение апелляционного военного суда от 25 февраля 2026 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, кассационную жалобу адвоката Ашикилова Б.Г. без удовлетворения.
Председательствующий Суд: Верховный Суд РФ (подробнее) Судьи дела: Замашнюк А.Н. (судья) (подробнее)