1. ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ЗА IV КВАРТАЛ 2012 ГОДА ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ I. Вопросы квалификации 1. В случаях явного несоответствия фальшивой купюры подлинной, исключающего ее участие в денежном обращении, когда иные обстоятельства дела также свидетельствуют о направленности умысла виновного на грубый обман ограниченного числа лиц, такие действия не могут быть квалифицированы как сбыт поддельных денег. Я. признан виновным в том, что уговорил несовершеннолетнюю П. втайне от родных обменять имеющиеся у него поддельные банковские билеты Центрального банка России достоинством 1000 руб. в количестве 7 штук на аналогичные настоящие. Я. и П. прибыли к месту жительства П., где тайно похитили у матери П. деньги в сумме 7 тыс. рублей купюрами по 1000 рублей в количестве 7 штук, а взамен их П. положила переданные Я. поддельные, причинив потерпевшей значительный ущерб. Указанные действия Я. квалифицированы судом по пп. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража чужого имущества группой лиц по предварительному сговору с причинением значительного ущерба потерпевшей и по ч. 1 ст. 186 УК РФ как сбыт поддельных денег. Осужденный Я. в надзорной жалобе оспаривал квалификацию его действий по ч. 1 ст. 186 УК РФ, указывая, что у него не было умысла пустить в обращение фальшивые денежные купюры, которые не имели существенного сходства с настоящими. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила состоявшиеся по делу судебные решения в отношении Я. по следующим основаниям. Квалифицируя действия осужденного Я. по ч. 1 ст. 186 УК РФ как сбыт поддельных денег, суд не учел, что непосредственным объектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 186 УК РФ, являются отношения в сфере денежного обращения и кредитного регулирования, а сбыт поддельных денег может совершаться только с прямым умыслом. При решении вопроса о наличии в действиях лица состава такого преступления необходимо установить, имеют ли поддельные денежные купюры существенное сходство по форме, размеру, цвету и другим основным реквизитам с находящимися в обращении подлинными, осознание виновным высокого качества подделки денежных знаков, позволяющих им участвовать в денежном обращении, совершение действий, направленных на причинение существенного ущерба денежной системе государства. Как установлено судом из показаний потерпевшей, она обнаружила поддельность денег фактически сразу при внешнем осмотре без применения специального исследования. В частности, одна из купюр была более яркой, чем остальные, отличалась по цвету и размеру, на ней отсутствовали водяные знаки и полоса. При проверке других купюр она обнаружила еще 6 поддельных. По заключению эксперта, представленные на исследование денежные билеты изготовлены не по технологии предприятий "Гознак", а выполнены способом струйной печати. В экспертном заключении отсутствует вывод о существенном сходстве поддельных купюр с подлинными. Отмечено, что даже при визуальном сопоставлении установлены различия в рисунках надписей, цифровых изображений, деталях, цвете и других признаках и совокупность выявленных признаков существенна, устойчива и достаточна для вывода о поддельности денег. С учетом изложенного Судебная коллегия пришла к выводу, что действия осужденного охватываются пп. "а", "в" ч. 2 ст. 158 УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по ч. 1 ст. 186 УК РФ, в связи с чем осуждение Я. по ней исключено. Определение N 41-Д12-44 II. Назначение наказания 2. При назначении осужденному в качестве дополнительного наказания лишения права занимать определенные должности в приговоре должен быть указан вид должностей, на которые распространяется запрет. Каждому из осужденных суд назначил по пп. "а", "в" ч. 3 ст. 286 УК РФ и по совокупности преступлений дополнительное наказание в виде лишения права работать в правоохранительных органах сроком на три года. Согласно закону при назначении осужденному дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности в приговоре должна быть указана категория должностей, на которую распространяется запрет (должности, связанные с осуществлением функций представителя власти либо организационно-распорядительных или административно-хозяйственных полномочий). С учетом изложенного Президиум Верховного Суда РФ изменил приговор и кассационное определение в отношении П. и Ч., уточнив, что каждый из них лишен сроком на три года права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 218П12 3. Согласно ч. 6 ст. 53 УК РФ наказание в виде ограничения свободы не назначается иностранным гражданам. Судом первой инстанции Ш. осужден к лишению свободы по пп. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ на пятнадцать лет с ограничением свободы на два года, по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ на четырнадцать лет, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений на семнадцать лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на два года. На основании ст. 53 УК РФ в отношении Ш. установлены определенные ограничения. Суд кассационной инстанции оставил приговор без изменения. Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев уголовное дело по надзорному представлению прокурора и надзорной жалобе осужденного, изменил судебные решения по следующим основаниям. В соответствии с ч. 6 ст. 53 УК РФ наказание в виде ограничения свободы не назначается военнослужащим, иностранным гражданам, лицам без гражданства, а также лицам, не имеющим места постоянного проживания на территории Российской Федерации. В обвинительном заключении указано, что Ш. является гражданином Украины. Из материалов уголовного дела, в том числе копии паспорта Ш., данных УФМС России по Краснодарскому краю, показаний свидетеля - инспектора отдела УФМС следует, что Ш. не является гражданином Российской Федерации. Между тем суд, надлежащим образом не оценив имеющиеся в материалах дела документы, указал в приговоре о наличии у осужденного гражданства Российской Федерации. Президиум изменил приговор и кассационное определение в отношении Ш.: исключил указание о наличии у Ш. гражданства Российской Федерации, наказание в виде ограничения свободы и указание об установлении ограничений на основании ст. 53 УК РФ. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 227П12пр 4. Лицу, совершившему тяжкое или особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте и на момент постановления приговора достигшему совершеннолетия, суд при осуждении к лишению свободы в соответствии со ст. 58 УК РФ назначает отбывание наказания в исправительной колонии общего режима. По приговору суда С., ранее не судимый, осужден по ч. 2 ст. 162 УК РФ и другим статьям УК РФ к лишению свободы в исправительной колонии строгого режима. Кассационным определением приговор в отношении С. оставлен без изменения. Заместитель Генерального прокурора РФ в надзорном представлении просил изменить судебные решения в части режима исправительного учреждения по следующим основаниям. Преступления 18 декабря 2006 г., 15 января 2007 г., 1 февраля 2007 г. и 10 февраля 2007 г., предусмотренные чч. 2 и 3 ст. 162 УК РФ, которые относятся к категории тяжких и особо тяжких, С. совершил в несовершеннолетнем возрасте, а достигнув совершеннолетия, он 15 марта 2007 г. совершил тяжкое преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 УК РФ, в связи с чем оснований для назначения отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима не имелось. Президиум Верховного Суда РФ удовлетворил надзорное представление, изменил приговор и кассационное определение, назначил С. отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима, мотивировав свое решение следующим. В соответствии с положениями п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима назначается мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный отбывал лишение свободы. Если лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, на момент постановления приговора достигло совершеннолетия, ему следует назначить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима, имея в виду, что все несовершеннолетние, достигшие 18-летнего возраста, направляются для отбывания оставшегося наказания в исправительную колонию общего режима (ст. 140 УИК РФ). Между тем по данному делу С., родившийся 17 февраля 1989 г., преступления совершил 18 декабря 2006 г., 15 января 2007 г., 1 февраля 2007 г. и 10 февраля 2007 г., т. е. будучи несовершеннолетним. 15 марта 2007 г., после достижения совершеннолетия, С. совершил преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 162 УК РФ, относящееся к категории тяжких. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 215П12пр 5. Приговор изменен в связи с неприменением судом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ. По приговору суда от 13 июля 2006 г. З. и В. осуждены, в том числе, по ч. 1 ст. 115 УК РФ к одному году исправительных работ с удержанием в доход государства из заработной платы 20%. В надзорном представлении заместитель Генерального прокурора
2. РФ просил о пересмотре судебных решений и смягчении наказания по
ч. 1 ст. 115 УК РФ. Из приговора усматривается, что суд в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденным, признал их заявления о явках с повинной, активное способствование раскрытию преступления, чистосердечное раскаяние в содеянном. Отягчающих обстоятельств по делу не установлено. Наиболее строгий вид наказания за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 115 УК РФ, - арест, который в действие не введен и не может быть применен. Следовательно, наиболее строгий вид наказания в данном случае - исправительные работы, которые и были назначены осужденным за указанное преступление. Между тем с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ это наказание на момент постановления приговора не должно было превышать восьми месяцев исправительных работ. Однако в нарушение закона суд назначил осужденным наказание по ч. 1 ст. 115 УК РФ в виде одного года исправительных работ, что соответствует максимальному размеру этого вида наказания, предусмотренному санкцией указанного Закона. Вместе с тем Федеральным законом от 29 июня 2009 г. N 141-ФЗ в ч. 1 ст. 62 УК РФ внесены изменения, улучшающие положение осужденных, в соответствии с которыми при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК РФ, и при отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, т. е. в данном случае наказание по ч. 1 ст. 115 УК РФ не должно превышать восемь месяцев исправительных работ. С учетом изложенного Президиум изменил приговор в отношении осужденных З. и В.: смягчил наказание, назначенное каждому из них по ч. 1 ст. 115 УК РФ, до шести месяцев исправительных работ с удержанием 20% заработной платы в доход государства. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 199П12пр III. Процессуальные вопросы 6. В соответствии со ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. По приговору суда от 9 ноября 2012 г. М. осужден по п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ (в ред. от 27 июля 2009 г.), ч. 3 ст. 135 УК РФ (в ред. от 27 декабря 2009 г.) и ч. 1 ст. 119 УК РФ. Преступления совершены в период с августа 2009 по август 2011 г. Как установлено судом, М. совершил развратные действия в один из дней в период с августа 2009 по январь 2010 г. Большую часть этого периода (по 9 января 2010 г.) ч. 3 ст. 135 УК РФ действовала в редакции Федерального закона от 27 июля 2009 г. N 215-ФЗ, которая является более мягкой, чем в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 г. N 377-ФЗ, поскольку не предусматривала дополнительного наказания в виде ограничения свободы. При таких обстоятельствах, принимая во внимание то, что инкриминированные развратные действия в отношении потерпевшей М. мог совершить в период действия ч. 3 ст. 135 УК РФ (в ред. от 27 июля 2009 г.), Судебная коллегия переквалифицировала его действия с ч. 3 ст. 135 УК РФ (в ред. от 27 декабря 2009 г.) на ч. 3 ст. 135 УК РФ (в ред. от 27 июля 2009 г.). Кроме того, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ исключила назначение дополнительного наказания в виде ограничения свободы, назначенного М. по п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ (в ред. от 27 июля 2009 г.). Определение N 7-О12-15 7. При проведении обыска и выемки обязательное присутствие адвоката законом не предусмотрено. В случае невозможности отложить производство следственного действия до наступления дневного времени следователь в каждом конкретном случае вправе провести следственное действие в любое время суток. Определение N 81-О12-54 8. Разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых. Суд не вправе допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, уголовное дело в отношении которых не рассматривалось. По приговору суда П. и Н. осуждены по п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ (эпизод от 18 апреля - 9 мая 2010 г.) и п. "б" ч. 4 ст. 132 УК РФ (эпизод от 3 июня 2010 г.). Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев дело по кассационным жалобам адвокатов осужденных, изменила приговор в отношении П. и Н.: исключила из описательно-мотивировочной части фамилии Р. и К. В соответствии с положениями ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Согласно указанному Закону суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступлений других лиц. Если дело в отношении некоторых лиц выделено в отдельное производство или прекращено в связи с их смертью, отказано в возбуждении уголовного дела, в приговоре указывается, что преступление совершено совместно с другими лицами, без упоминания их фамилий и с обязательным указанием оснований процессуального положения данных лиц. Вопреки этому в приговоре указано, что в преступлениях, наряду с П. и Н., участвовали Р. и К. Тем самым суд допустил формулировки, свидетельствующие о виновности в совершении преступлений других лиц, уголовное дело в отношении которых не рассматривалось. Между тем из материалов дела следует, что в отношении Р. и К. вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с недостижением к моменту совершения деяния возраста, с которого наступает уголовная ответственность. Определение N 51-О12-63 9. Суд кассационной инстанции, исходя из положений ч. 3 ст. 387 УПК РФ, по представлению прокурора отменил решение о назначении осужденному более мягкого вида исправительного учреждения, чем предусмотрено уголовным законом, и назначил ему вид исправительного учреждения в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ. По приговору суда от 29 августа 2012 г. Д. (ранее судимый) осужден по п. "з" ч. 2 ст. 105, п. "в" ч. 4 ст. 162, п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ (в ред. от 7 марта 2011 г.). На основании ч. 3 ст. 69
3. УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения
наказаний назначено лишение свободы сроком на девятнадцать лет. На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний с наказанием по приговору от 26 марта 2012 г. Д. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на двадцать лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. В кассационном представлении государственный обвинитель просил изменить приговор в части определения вида исправительного учреждения, поскольку ранее Д. дважды осужден за тяжкое преступление и в силу п. "б" ч. 3 ст. 18 УК РФ в его действиях имеется особо опасный рецидив преступлений, вследствие чего он должен отбывать наказание в колонии особого, а не строгого режима. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ удовлетворила кассационное представление государственного обвинителя по следующим основаниям. Согласно материалам дела по приговору от 5 августа 2008 г. за тяжкое преступление, предусмотренное п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ, Д. осужден к лишению свободы условно. По приговору от 11 февраля 2009 г. на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение отменено, Д. назначено реальное лишение свободы по совокупности приговоров на основании ст. 70 путем частичного присоединения к наказанию, назначенному по данному приговору, наказания, назначенного по приговору от 5 августа 2008 г. В период испытательного срока, установленного по приговору от 5 августа 2008 г., имея непогашенную судимость за совершение тяжкого преступления, Д. 12 ноября 2008 г. вновь совершил тяжкое преступление (п. "а" ч. 3 ст. 158 УК РФ), за которое осужден по приговору от 25 февраля 2009 г. На момент совершения 24 декабря 2011 г. особо тяжкого преступления, за которое Д. осужден по последнему приговору, он был уже дважды осужден за тяжкое преступление - по приговорам от 5 августа 2008 г. и от 25 февраля 2009 г., судимости за указанные преступления не сняты и не погашены. Следовательно, в действиях Д. имеется особо опасный рецидив преступлений, и наказание он должен отбывать в исправительной колонии особого, а не строгого режима. Таким образом, судом первой инстанции нарушены требования п. "б" ч. 3 ст. 18 и п. "г" ч. 1 ст. 58 УК РФ, что в соответствии с положениями п. 3 ч. 1 ст. 379, ч. 1 ст. 382 УПК РФ является основанием для изменения приговора. На основании изложенного Судебная коллегия изменила приговор в отношении Д.: отменила назначение отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима и назначила отбывание этого наказания в исправительной колонии особого режима. Определение N 81-О12-74 10. Отказ подсудимого от последнего слова ввиду невручения ему протокола судебного заседания не является основанием к отмене приговора. Из протокола судебного заседания следует, что по окончании прений сторон все подсудимые по делу выступили с последним словом, а подсудимый Г. отказался выступать и заявил, что ему необходимо время для подготовки и встречи с адвокатом, потребовал немедленно вручить ему протокол судебного заседания. С учетом этого был объявлен перерыв в судебном заседании, а после продолжения судебного заседания председательствующий предоставил последнее слово подсудимому Г., но он отказался выступить, требуя вручить ему протокол судебного заседания. Председательствующий разъяснил подсудимому Г., что протокол будет вручен ему после судебного заседания. Подсудимому Г. повторно предоставлено последнее слово, от которого он вновь отказался. После очередного предоставления председательствующим последнего слова подсудимый Г. отказался выступить, в связи с чем председательствующий постановил принять данный отказ подсудимого Г. от последнего слова и приступить к постановке вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями. После окончания судебного заседания осужденному Г. был вручен протокол судебного заседания в установленном порядке. Таким образом, судом первой инстанции не допущено нарушений положений уголовно-процессуального законодательства (ст.ст. 259, 293 и 337 УПК РФ). Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила приговор без изменения. Определение N 41-О12-71СП 11. Рассмотрение ходатайства о приведении приговора в соответствие с новым уголовным законом в отношении осужденных, уклоняющихся от отбывания наказания и находящихся в розыске, законом не предусмотрено. По приговору Московского городского суда от 25 декабря 2008 г. К. осужден по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 188, пп. "б", "в" ч. 2 ст. 191, п. "а" ч. 3 ст. 165 УК РФ, заочно. Постановлением Московского городского суда от 8 августа 2012 г. в удовлетворении ходатайства адвоката осужденного об исключении из приговора указания об осуждении К. по ч. 4 ст. 188 УК РФ отказано. В кассационной жалобе адвокат осужденного просил об отмене постановления суда, полагая, что уголовный закон, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, распространяется не только на лиц, отбывающих или отбывших наказание, но и на всех других лиц, совершивших преступление до введения уголовного закона, смягчающего наказание. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила постановление суда без изменения, а кассационную жалобу адвоката - без удовлетворения по следующим основаниям. Из материалов дела следует, что приговор в отношении К. постановлен заочно и 31 марта 2009 г. вступил в законную силу, однако до настоящего времени не исполнен в связи с неизвестным местом нахождения осужденного, находящегося в международном розыске. Согласно п. 13 ст. 397 УПК РФ освобождение от наказания или смягчение наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу в соответствии со ст. 10 УК РФ, относится к вопросам, подлежащим рассмотрению при исполнении приговора. Вопросы исполнения приговора в части освобождения от наказания или смягчения наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, решаются судом по ходатайству осужденного (п. 2 ч. 1 ст. 399 УПК РФ). Таким образом, рассмотрение ходатайств о приведении приговора в соответствие с новым законом в отношении осужденных, уклоняющихся от отбывания наказания и находящихся в розыске, законом не предусмотрено. Определение N 5-О12-98с 12. Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшими солидарно. Суд признал виновными Р., Ч., М. и Г. в хищении путем обмана имущества потерпевшего Н. Вместе с тем суд постановил взыскать в пользу Н. сумму причиненного ему материального ущерба не со всех четырех виновных лиц, а с трех - Р., М. и Г. При этом мотивов, по которым обязанность по возмещению вреда не возложена на Ч., судом в приговоре не приведено. Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев уголовное дело по заключению заместителя Генерального прокурора, отменил приговор и кассационное определение в отношении Р. и других в части взыскания в пользу Н. 1 790 000 руб. и передал в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. Постановление Президиума Верховного Суда РФ N 67П12 ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ I. Практика рассмотрения дел по спорам, возникающим из гражданских правоотношений Споры, возникающие из жилищных правоотношений 1. Бывшие члены семьи умершего собственника квартиры в муниципальном доме, отнесенном к категории непригодных для проживания и впоследствии снесенном, право пользования которых жилым помещением на момент сноса дома и после его сноса не прекращено, подлежат переселению в другое благоустроенное жилое помещение. Ю. и О. обратились в суд с иском к администрации города (далее - администрация) о признании незаконными включения многоквартирного дома в областную целевую программу переселения граждан из ветхого и аварийного жилищного фонда и ликвидации данного дома, о возмещении причиненного вреда в натуре путем предоставления другого благоустроенного жилого помещения для постоянного проживания взамен уничтоженного и о взыскании компенсации морального вреда, полагая, что администрация должна была отселить их в другое жилое помещение как бывших членов семьи умершего собственника квартиры и как лиц с непрекращенным правом пользования жилым помещением. Решением районного суда, оставленным без изменения вышестоящим судом, в удовлетворении исковых требований отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, рассмотрев жалобу Ю. и О., отменила состоявшиеся судебные постановления в кассационном порядке по следующим основаниям. Судом установлено, что в 1993 году между администрацией и Н. заключен договор приватизации квартиры в указанном доме. В данном договоре указано количество членов семьи - три человека. На момент заключения этого договора в квартире проживала Н. и члены ее семьи О. и Ю., которые поименно в договор приватизации не включены. Истцы были зарегистрированы и проживали в данной квартире, в том числе и после смерти Н. в 2001 году. Впоследствии муниципальный дом, в котором проживали истцы, был отнесен к категории непригодных для проживания с указанием на отселение проживающих в нем граждан в установленном порядке и снесен. Однако на момент сноса дома право пользования жилым помещением О. и Ю. в установленном законом порядке прекращено не было, равно как не было оно прекращено и после сноса жилого дома. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходил из отсутствия у ответчика обязанности по предоставлению истцам как нанимателям благоустроенного жилого помещения, а также обязанности по выплате им соответствующего выкупа за жилое помещение. При этом суд указал, что в приватизации спорной квартиры Ю. и О. не участвовали, наследственные права после смерти Н. О. не реализовала, их статус как собственников и нанимателей спорной квартиры исключен. Суд также исходил из того, что истцы на учете нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договору социального найма не состояли и не состоят, с заявлением о постановке их на соответствующий учет не обращались, поэтому отсутствуют основания для предоставления им другого жилого помещения по договору социального найма. М
4. РФ ответчик до установки на крыше многоквартирного жилого дома
антенно-мачтового сооружения был обязан получить на это согласие собственников помещений, в том числе истца. Исследовав представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд пришел к выводу, что такое согласие ответчиком получено не было, что подтверждается в том числе протоколом собрания собственников помещений в многоквартирном доме, который ответчиком в установленном порядке не обжалован. Судом первой инстанции также было учтено, что разрешение на строительство спорного объекта, утвержденное органами местного самоуправления, имело разрешительный характер при условии получения согласия собственников многоквартирного дома, а также предоставления положительных заключений органов государственного надзора. Однако органы госсанэпиднадзора не дали заключение о соответствии СанПиН размещения спутниковой приемо-передающей станции в принадлежащем ответчику помещении, поскольку после разработки проекта данной станции требовалось согласование размещения санитарных зон санитарной охраны до детского сада и родильного отделения, расположенных на границе территории названного дома, и при рассмотрении дела ответчиком такое согласование представлено не было. Поскольку при строительстве оборудования системы коллективного приема телевидения в составе спутниковой приемо-передающей станции и телекоммуникационного оборудования не были соблюдены права третьих лиц - собственников помещений в многоквартирном жилом доме, в том числе истца, суд пришел к выводу о необходимости обязать ответчика осуществить снос сооружения. Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции указал, что как истец, так и ответчик обладают равными правами владеть, пользоваться и распоряжаться кровлей дома лично и совместно с другими собственниками помещений данного дома, разрешение споров между собственниками общего имущества в многоквартирном доме об использовании общего имущества к компетенции общего собрания не относится, истцом избран ненадлежащий способ защиты своего права. Суд второй инстанции также указал, что судом не применена ст. 247 ГК РФ, устанавливающая порядок разрешения споров между собственниками имущества, находящегося в долевой собственности. Между тем в соответствии с положениями ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Истцом избран способ защиты своего права путем обращения в суд с иском об устранении нарушений права собственности, не связанных с лишением владения. В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Данная правовая позиция изложена в постановлении от 29 апреля 2010 г. Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав". В. является собственником жилого помещения в многоквартирном доме, и ему в силу ст. 36 ЖК РФ принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, использованное ответчиком для своих нужд. Поскольку В. полагал, что возведением антенно-мачтового сооружения на кровле дома нарушаются его права как сособственника общего имущества, вывод суда апелляционной инстанции о том, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты своего права, является неправильным. Какой способ защиты прав В., по мнению суда апелляционной инстанции, является надлежащим, в обжалуемом судебном постановлении указано не было. Согласно п. 1 ст. 247 ГК РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. При рассмотрении дела было установлено, что при возведении антенно-мачтового сооружения на кровле дома ответчиком не было достигнуто соглашение со всеми участниками долевой собственности на общее имущество многоквартирного дома, в судебном порядке данный вопрос также ранее не разрешался. Таким образом, хотя ответчик и обладал равными с другими собственниками правами владеть, пользоваться и распоряжаться кровлей дома, однако реализация данного права обусловлена необходимостью достижения соглашения между всеми участниками долевой собственности. Данное обстоятельство судом апелляционной инстанции во внимание принято не было. Несостоятелен и довод ответчика о том, что ввиду принадлежности ему существенной доли в общей долевой собственности он мог пользоваться общим имуществом многоквартирного дома по своему усмотрению, поскольку законом установлен специальный порядок для осуществления сособственниками права пользования общим имуществом многоквартирного дома, который не зависит от размера принадлежащей собственнику доли. Кроме того, сославшись на то, что судом первой инстанции не были применены положения ст. 247 ГК РФ, вышестоящий суд при вынесении нового решения также не применил данную норму права. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца. Ответчик в возражениях указывал, что антенно-мачтовое сооружение на кровле жилого дома не являлось объектом градостроительства и не обладало его признаками, в связи с чем при разрешении вопроса о правомерности установки данного устройства нормы Градостроительного кодекса применению не подлежали. Между тем названное обстоятельство не освобождало ответчика от необходимости соблюдения санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, применяемых при возведении объектов подобного типа, содержащихся, в частности, в санитарно-эпидемиологических правилах и нормативах "Гигиенические требования к размещению и эксплуатации передающих радиотехнических объектов. СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03", утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 9 июня 2003 г. Таким образом, действиями ответчика по размещению на крыше многоквартирного жилого дома антенно-мачтового сооружения без соблюдения вышеприведенных требований законодательства, а также продолжающейся его эксплуатацией нарушены права истца как сособственника общего имущества многоквартирного дома, находящегося в долевой собственности. Оценка приведенным выше обстоятельствам судом апелляционной инстанции при вынесении нового решения дана не была. Определение N 69-КГ12-6 4. Обязанность приведения строительных конструкций многоквартирного жилого дома в состояние, которое не будет влиять на ухудшение технического состояния дома в целом, возлагается на собственника того помещения, в котором в нарушение строительных норм и правил произведена реконструкция. Организация и группа граждан - собственники нежилого и жилых помещений в многоквартирном доме соответственно - обратились в суд с иском к обществу об обязании прекратить проведение работ по выемке грунта в подвальном помещении, расположенном под помещениями пристройки данного жилого дома. Истцы просили обязать ответчика привести техническое состояние нежилых подвальных помещений в соответствие со строительными нормами и правилами согласно заключению эксперта, а именно восстановить высоту помещений, не превышающую 1,8 м. В обоснование иска они ссылались на то, что ответчик, являясь собственником указанных нежилых помещений в жилом многоквартирном доме, ведет в подвале строительные работы, производит заглубление и вывоз песка, который согласно проекту является намывным грунтом при строительстве этого дома. При вывозе грунта оголяются фундаментные блоки, сваи и ростверки, что создает угрозу жизни жителей дома или посетителей магазина. Ссылались на исследование, проведенное экспертной организацией, в результате которого установлено, что земляные работы по углублению технического подполья под магазином влияют на техническое состояние элементов несущих конструкций здания в целом, угрожают жизни и здоровью граждан. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом второй инстанции, в удовлетворении иска отказано. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила состоявшиеся по делу судебные постановления в кассационном порядке по следующим основаниям. Разрешая дело и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, с которым согласился вышестоящий суд, исходил из того, что истцы в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представили доказательств того, что именно ответчиком были произведены ремонтные работы, связанные с углублением грунта, приведшие к оголению фундамента жилого дома и увеличению высоты подвального помещения с 1,8 до 2,5 м. До возникновения у ответчика права собственности указанные объекты уже использовались в качестве нежилых помещений, были приобретены обществом в существующем в настоящее время состоянии, и их высота составляла от 2,5 до 2,8 м. Действиями ответчика не были нарушены права собственников иных помещений в многоквартирном жилом доме, в связи с чем оснований для удовлетворения требований о возложении на общество обязанности привести техническое состояние несущих конструкций, фундамента и помещения подвала в первоначальное состояние не имелось. Кроме того, судом на основании ч. 1 ст. 36, ст. 39 ЖК РФ, ст. 290 ГК РФ, Правил содержания общего имущества в многоквартирном жилом доме, утверж
5. ТК РФ и условий коллективного договора не исполняется обязанность
по индексации заработной платы работников, несмотря на проведенные переговоры и издание соответствующего приказа по предприятию, и просила обязать работодателя проиндексировать заработную плату. Определением суда первой инстанции исковое заявление возвращено истцу со ссылкой на то, что оно подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание и предъявление в суд. Апелляционным определением указанное определение отменено и принято новое судебное постановление об отказе в принятии искового заявления. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ оставила кассационную жалобу первичной профсоюзной организации без удовлетворения по следующим основаниям. Суд первой инстанции, руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ, возвратил исковое заявление первичной профсоюзной организации об индексации заработной платы работников акционерного общества, ссылаясь на то, что исковое заявление подписано и подано лицом, не имеющим полномочий на его подписание. Соглашаясь с выводами суда первой инстанции в части подачи и подписания иска лицом, не имеющим таких полномочий, суд апелляционной инстанции в то же время пришел к выводу о том, что в данном случае имеет место коллективный трудовой спор, подлежащий рассмотрению в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом РФ, в связи с чем отменил определение судьи и отказал в принятии данного иска. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ признала вывод суда апелляционной инстанции об отказе в принятии искового заявления основанным на правильном применении норм материального и процессуального права, оставив апелляционное определение без изменения, учитывая следующее. Согласно п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку заявление рассматривается и разрешается в ином судебном порядке. Как установлено судом, между работниками и работодателем возникли неурегулированные разногласия по поводу изменения условий труда, в частности индексации заработной платы в соответствии с требованиями коллективного договора. В соответствии со ст. 398 ТК РФ коллективный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работниками (их представителями) и работодателями (их представителями) по поводу установления и изменения условий труда (включая заработную плату), заключения, изменения и выполнения коллективных договоров, соглашений, а также в связи с отказом работодателя учесть мнение выборного представительного органа работников при принятии локальных нормативных актов. Таким образом, исходя из заявленных требований, суд второй инстанции сделал правильный вывод о наличии между работниками и работодателем коллективного трудового спора, порядок разрешения которого предусмотрен главой 61 ТК РФ. Предусмотренный названной главой порядок предполагает соблюдение примирительных процедур и состоит из следующих этапов: рассмотрение спора примирительной комиссией, что является обязательным для сторон трудовых правоотношений при возникновении между ними разногласий по поводу установления и изменения условий труда, заключения, изменения и выполнения коллективных договоров, соглашений, а также при принятии локальных нормативных актов; рассмотрение спора с участием посредника и (или) трудового арбитража, что, кроме случаев, предусмотренных ч. 7 ст. 404 ТК РФ, обязательным для сторон коллективного трудового спора не является (ст. 401 ТК РФ). При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции о том, что исковое заявление первичной профсоюзной организации к акционерному обществу об индексации заработной платы не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, поскольку оно рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, является законным. Ссылка в кассационной жалобе на то, что в целях защиты интересов работников профсоюзный орган вправе по собственной инициативе обращаться в суд с соответствующими исками о соблюдении условий коллективных договоров, в том числе предусматривающих индексацию заработной платы работников, в связи с чем судебным инстанциям следовало рассмотреть спор по существу, несостоятельна. В силу ст. 23 Федерального закона от 12 января 1996 г. N 10-ФЗ "О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности" при нарушении законодательства о труде профсоюзы вправе по просьбе членов профсоюза, других работников, а также по собственной инициативе обращаться с заявлениями в защиту их трудовых прав в органы, рассматривающие трудовые споры. Поскольку в данном случае имеет место коллективный трудовой спор, суд не является органом, уполномоченным на его рассмотрение. Определение N 44-КГ12-5 9. Требования Агентства по страхованию вкладов о взыскании с физического лица неосновательного обогащения (выплаченной суммы страхового возмещения) и о признании недействительными и (или) применении последствий недействительности сделок, совершенных кредитной организацией, признанной банкротом, разделение которых невозможно, подведомственны суду общей юрисдикции. Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" (далее - Агентство) обратилась в суд с иском к А., коммерческому банку (далее - Банк), акционерному обществу о признании сделок ничтожными, применении последствий недействительности ничтожных сделок, взыскании неосновательно полученных денежных средств, указав, что между Банком в условиях его неплатежеспособности и А. заключен договор банковского вклада с целью получения страхового возмещения по вкладу. Кроме того, были совершены последовательные действия по уменьшению остатка по счету общества и увеличению на соответствующую сумму остатка по счету А. Приказом Банка России у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций, в связи с чем А. выплачено страховое возмещение. Истец просил признать договор банковского вклада, заключенный между Банком и А., а также последовательные действия по уменьшению остатка по счету общества и увеличению на эту сумму размера остатка по счету А. ничтожными сделками; взыскать с А. неосновательно полученные им денежные средства в пользу Агентства; применить последствия недействительности ничтожных сделок, обязав Банк совершить в данных бухгалтерского учета исправительные записи для восстановления положения, существовавшего до совершения ничтожных сделок: увеличить на спорную сумму остаток по счету общества; установить обязательства Банка перед А. по его счету в размере 0 руб. Определением районного суда, оставленным без изменения судом второй инстанции, в принятии указанного искового заявления отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ за неподведомственностью данного спора суду общей юрисдикции. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ по кассационной жалобе Агентства отменила состоявшиеся по делу судебные постановления, указав следующее. Отказывая в принятии искового заявления за неподведомственностью данного спора суду общей юрисдикции, суд первой инстанции, с которым согласился вышестоящий суд, сославшись на ст. 50-1 Федерального закона от 25 февраля 1999 г. N 40-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций", указал, что с учетом субъектного состава и характера возникших правоотношений, а также с учетом того, что Банк решением арбитражного суда признан банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство и утвержден конкурсный управляющий, спор не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, а рассматривается и разрешается в ином судебном порядке, поскольку он подведомствен арбитражному суду. Вместе с тем согласно ст. 50-1 Федерального закона от 25 февраля 1999 г. N 40-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" дело о банкротстве кредитной организации рассматривается арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом РФ, данным Федеральным законом или в неурегулированных ими случаях Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)". На основании п. 1 ст. 50-10 Федерального закона N 40-ФЗ при рассмотрении дела о банкротстве кредитной организации разрешаются в том числе вопросы о признании сделок недействительными и (или) применении последствий недействительности сделок, совершенных кредитной организацией. Между тем одним из требований, заявленных Агентством, являлось требование о взыскании с физического лица неосновательного обогащения, предъявленное им на основании п. 2 ст. 166 и ст. 170 ГК РФ в качестве заинтересованного лица, т. е. лица, осуществившего выплату вкладчику возмещения по вкладу в соответствии с Федеральным законом от 23 декабря 2003 г. N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации", по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством Российской Федерации. В соответствии с чч. 1 и 3 ст. 22 ГПК РФ суды (общей юрисдикции) рассматривают и разрешают, в частности, исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных су