1. Основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающегося в негативном изменении состояния окружающей среды. В случае совместного причинения вреда несколькими лицами обязанность по возмещению вреда природе возлагается на таких лиц солидарно. Департамент лесного хозяйства субъекта Российской Федерации (далее – Департамент) обратился в суд с иском к хозяйственному обществу о взыскании в денежной форме ущерба, причиненного окружающей среде, в связи с ведением обществом деятельности, сопутствующей строительству автомобильной дороги на территории государственного природного заказника. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении иска отказано. Как установили суды, для реконструкции автомобильной дороги обществу предоставлен земельный участок на территории государственного природного заказника федерального значения. Вдоль трассы автомобильной дороги обществом разведаны месторождения галечникового грунта. По результатам проверки, проведенной органом государственного экологического контроля (надзора), установлен факт незаконной (без получения лицензии) разработки обществом карьера с целью отсыпки строящейся автодороги, а также полное уничтожение в месте разработки лесного покрова. Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной и кассационной инстанций, исходил из отсутствия противоправности в действиях общества, поскольку работы выполнялись в рамках исполнения обязательств по государственному контракту, предусматривающему добычу гравия из карьера. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные акты, обратив внимание на следующее. В соответствии с пунктом 1 статьи 58 Закона об охране окружающей среды природные объекты, имеющие особое природоохранное, научное, историко-культурное, эстетическое, рекреационное, оздоровительное и иное ценное значение, находятся под особой охраной. На территориях государственных природных заказников постоянно или временно запрещается или ограничивается любая деятельность, если она противоречит целям создания государственных природных заказников или причиняет вред природным комплексам и их компонентам. Вред, причиненный природным объектам и комплексам в границах особо охраняемых природных территорий, подлежит возмещению (пункт 1 статьи 24 и пункт 3 статьи 36 Федерального закона от 14 марта 1995 года № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях»; далее – Закон об ООПТ). С учетом положений пункта 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающегося в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях. При этом в силу абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лица, совместно причинившие вред окружающей среде, отвечают солидарно. В пункте 9 постановления Пленума № 49 указано, что о совместном характере действий могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения. Так, к солидарной ответственности могут быть привлечены заказчик, поручивший выполнение работ, которые причиняют вред окружающей среде, и подрядчик, фактически их выполнивший. При рассмотрении дела Департамент обращал внимание на факты полного уничтожения лесного покрова в месте разработки карьера и причинения вреда почвам как объекту охраны окружающей среды. Принимая во внимание, что общество в качестве подрядчика по государственному контракту действовало в интересах заказчика, наличие в договоре подряда условия, предусматривающего обязанность подрядчика до начала работ получить разрешительные документы на осуществление деятельности, не могло служить основанием для освобождения общества от обязанности по возмещению вреда. Данное обстоятельство могло служить основанием для того, чтобы обязанность по возмещению вреда возлагалась на подрядчика и заказчика солидарно. Поскольку судами не устанавливалось, соответствовала ли деятельность общества по добыче общераспространенных полезных ископаемых на территории заказника режиму данной особо охраняемой природной территории, не опровергнуты доводы Департамента о причинении вреда окружающей среде и не разрешен вопрос о солидарной ответственности подрядчика и заказчика, дело направлено на новое рассмотрение.
2. Возмещению подлежит экологический вред, причиненный каждому компоненту природной среды. В случае причинения вреда нескольким компонентам природной среды исчисление размера вреда, подлежащего возмещению, производится на основании соответствующих такс и методик для каждого компонента. Управление Росприроднадзора обратилось в суд с иском к лесопользователю на основании пункта 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды о взыскании вреда, причиненного среде обитания объектов животного мира, исчисленного в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного объектам животного мира, занесенным в Красную книгу Российской Федерации, а также иным объектам животного мира, не относящимся к объектам охоты и рыболовства, и среде их обитания, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов Российской Федерации от 28 апреля 2008 года № 107 (далее – Методика № 107). По мнению управления, в результате нефтезагрязнения владелец трубопровода причинил вред среде обитания объектов животного мира, относящихся к беспозвоночным животным. Факт нефтезагрязнения подтверждался вступившим в законную силу решением суда по другому делу, которым с виновного лица взыскан вред, причиненный лесам вследствие нарушения лесного законодательства. Размер ущерба рассчитан в соответствии с приложением № 4 к Особенностям возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, которые утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 29 декабря 2018 года № 1730 (далее – Методика № 1730). Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении иска отказано. Суды пришли к выводу об отсутствии оснований для возложения на владельца трубопровода повторной обязанности по возмещению вреда, причиненного окружающей среде, а также применения к одному случаю нефтеразлива на землях лесного фонда положений Методики № 107 и Методики № 1730. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила состоявшиеся по делу судебные акты и направила дело на новое рассмотрение по следующим основаниям. Согласно статье 5 ЛК РФ лесное законодательство регулирует отношения в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов, исходя из понятия о лесе как об экологической системе или как о природном ресурсе. В соответствии со статьей 100 ЛК РФ размер возмещения вреда, причиненного лесам как экологической системе, определяется исходя из присущих лесам природных свойств (уникальности, способности к возобновлению, местоположения и других свойств) в порядке, предусмотренном Законом об охране окружающей среды, с учетом утвержденных Правительством Российской Федерации особенностей возмещения вреда, такс и методики определения его размера. Размер вреда, причиненного почвам в лесах, исчисленный на основании соответствующей методики, предусматривает рекультивацию почвы до состояния, при котором возможно проведение работ по лесовосстановлению в объеме основной лесообразующей породы. Возмещение вреда предполагает проведение рекультивации почвы, достаточной для лесовосстановления, однако не включает в себя возмещения вреда другим компонентам леса как природного объекта. В свою очередь, методикой, примененной управлением по данному делу, установлены формулы исчисления размера вреда, причиненного объектам животного мира, в том числе уничтожением либо повреждением их среды обитания. Согласно методике в случае если причинен вред среде обитания нескольких видов объектов животного мира, исчисление размера вреда производится путем сложения сумм возмещения, исчисленных для каждого объекта животного мира. Таким образом, выполнение даже сходных работ (например, восстановление почвенного слоя), предусмотренных соответствующими методиками исчисления вреда, имеет разное содержание: восстановление почвы для целей роста лесной растительности и восстановление почвы для целей восстановления местообитаний объектов животного мира. При таких обстоятельствах являлся неверным вывод судов, что при возмещении вреда лесам был возмещен и вред объектам животного мира. Возмещению подлежит вред, причиненный каждому компоненту природной среды, а возмещение экологического вреда в отношении одного компонента не заменяет исполнения обязанности по компенсации вреда другим компонентам.
3. Восполнение утраченных запасов недр природной средой вследствие естественных процессов не может являться основанием для освобождения недропользователя от обязанности возместить причиненный вред. Пользование недрами по истечении срока действия лицензии, в том числе в период ее переоформления, не допускается. Уполномоченный орган по надзору в сфере природопользования обратился в суд с иском к хозяйственному обществу о возмещении вреда, причиненного недрам вследствие добычи минерального сырья (рапы) без оформленного в установленном законом порядке права пользования в виде лицензии на пользование недрами. Решением суда исковые требования удовлетворены частично. Суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд кассационной инстанции, отменил решение суда и отказал в удовлетворении иска, сославшись на отсутствие убытков в связи с недоказанностью факта причинения вреда окружающей среде. Суды также отметили, что обществом были приняты все зависящие от него своевременные меры по переоформлению лицензии и в период рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчику была предоставлена лицензия на пользование недрами. Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации отменила судебные акты суда апелляционной инстанции и суда кассационной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции по следующим основаниям. Закон Российской Федерации от 21 февраля 1992 года № 2395-I «О недрах» (далее – Закон о недрах) определяет правовые и экономические основы комплексного рационального использования и охраны недр, обеспечивает защиту интересов государства и граждан Российской Федерации, а также прав пользователей недр. Императивный метод регулирования пользования недрами проявляется в необходимости получения заинтересованными лицами специального государственного разрешения – лицензии. Однако, как установили суды, добыча рапы ответчиком осуществлена без лицензии. Нарушение разрешительного порядка пользования природными ресурсами, использование недр без передачи их в пользование в соответствии с требованиями закона и на определенных лицензией условиях являются противоправным поведением и согласно статье 51 Закона о недрах влекут обязанность возместить вред государству, размер которого определяется в соответствии с Правилами расчета размера вреда, причиненного недрам вследствие нарушения законодательства Российской Федерации о недрах, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 года № 564 (далее – Правила). Вредом, причиненным недрам, признается, в частности, вред, повлекший утрату запасов полезных ископаемых, вызванный в том числе их загрязнением, затоплением, обводнением, пожарами, самовольным пользованием недрами, а также нарушение свойств участка недр, вследствие которого невозможно строить и (или) эксплуатировать подземные сооружения, не связанные с добычей полезных ископаемых (пункт 2 Правил). Причинение вреда в рассмотренном деле было обусловлено утратой запасов недр, которые извлекло общество для производства соли. Восполнение недр самой природной средой не исключает обязанность возместить причиненный вред государству как собственнику недр в соответствии с предусмотренной в этих целях методикой. Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации также было учтено, что общество принимало меры к своевременному получению лицензии на пользование недрами, но это обстоятельство не опровергает факт безлицензионного, то есть противоправного пользования недрами, повлекшего причинение вреда.
4. Владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный окружающей среде пожаром, возникшим в результате деятельности источника повышенной опасности. Лицу переданы лесные участки земель лесного фонда под строительство и эксплуатацию объектов обустройства нефтяного месторождения. При проведении проверки на спорных лесных участках государственный лесной инспектор выявил уничтожение растительности и самовольное снятие почвы, которое произошло при ликвидации последствий возгорания устья нефтяной скважины. Министерство природных ресурсов субъекта Российской Федерации обратилось в суд с иском к недропользователю о взыскании ущерба, причиненного в результате самовольного снятия, уничтожения и порчи почв. Возражая против иска, недропользователь указывал, что повреждение почв произошло вследствие непреодолимой силы – пожара, который он ликвидировал в максимально короткие сроки, не допустив дальнейшего повреждения почв. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, иск удовлетворен. Разрешая спор, суды приняли во внимание факт уничтожения растительности и самовольного снятия почвы при ликвидации последствий пожара на спорном лесном участке. Суды не усмотрели оснований для освобождения владельца нефтепровода, относящегося к опасным производственным объектам, эксплуатация которого связана с повышенной опасностью для окружающей среды, от обязанности по возмещению вреда, причиненного в результате пожара. Владельцы источников повышенной опасности в силу положений статьи 1079 ГК РФ обязаны возместить вред, причиненный таким источником, независимо от наличия вины, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы. Использование причинителем вреда источника повышенной опасности само по себе означает обязанность принять те невыгодные имущественные последствия, которые наступают в силу владения таким источником даже тогда, когда произошло случайное причинение вреда, что стимулирует потенциального причинителя вреда инвестировать больше средств в предупреждение вреда и повышает стандарты заботливости и осмотрительности. Согласно пункту 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Соответственно, не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий причинителя вреда.
5. Независимо от наличия разрешения на добычу (вылов) водных биоресурсов и от осуществления такой добычи в пределах выделенных квот использование запрещенного орудия лова является основанием для возмещения вреда, причиненного водным биоресурсам. Прокурор обратился с иском к природопользователю о возмещении ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам Российской Федерации добычей рыбы с использованием запрещенных орудий лова. Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска отказано. Суд исходил из того, что объем изъятых экземпляров рыбы не превышал квоты, полученной ответчиком на законных основаниях, в связи с чем ущерб водным биоресурсам отсутствует. Отменяя решение суда первой инстанции и принимая новое решение об удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции исходил из следующего. Судом апелляционной инстанции на основании имевшихся доказательств, в том числе приговора суда в отношении гражданина, признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 253, частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), установлено, что гражданин, принятый на работу в общество на должность капитана судна, осуществил разработку природных ресурсов исключительной экономической зоны Российской Федерации в виде незаконной добычи 29 264 экземпляров нерки, 6950 экземпляров кеты, 11 экземпляров чавычи с использованием запрещенных для данного вида добычи орудий лова – дрифтерных (жаберных) сетей с имитацией под ловушки ставные поверхностные. Согласно пунктам 4, 5 части 1 статьи 26 Федерального закона от 20 декабря 2004 года № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (далее – Закон о рыболовстве) в целях обеспечения сохранения водных биоресурсов и их рационального использования могут устанавливаться ограничения рыболовства, заключающиеся в установлении видов и количества разрешаемых орудий и способов добычи (вылова) водных биоресурсов; размера ячеи орудий добычи (вылова) водных биоресурсов, размера и конструкции орудий добычи (вылова) водных биоресурсов. В соответствии со статьей 502 Закона о рыболовстве в целях обеспечения сохранения анадромных видов рыб (к каковым относятся, в частности, кета, чавыча и нерка) на миграционных путях к местам нереста запрещается применение плавных (дрифтерных) сетей при осуществлении промышленного рыболовства анадромных видов рыб во внутренних морских водах Российской Федерации, в территориальном море Российской Федерации и в исключительной экономической зоне Российской Федерации. Использование запрещенного орудия лова при добыче водных биоресурсов нарушает законодательство в области охраны окружающей среды и влечет негативное изменение окружающей среды, что в силу статей 1064, 1068 ГК РФ, статьи 77 Закона об охране окружающей среды, статьи 53 Закона о рыболовстве является основанием для возложения на общество обязанности возместить ущерб, причиненный его работником окружающей среде. При этом наличие разрешения на добычу (вылов) водных биоресурсов, подлежащего реализации в соответствии с требованиями законодательства, и добыча рыбы в пределах выделенной квоты сами по себе не меняют оценку допущенного нарушения как недопустимого вмешательства в окружающую среду, наносящего ей вред.
6. Хранение и складирование химических, взрывчатых, токсичных, отравляющих и ядовитых веществ в границах водоохранной зоны независимо от длительности такого хранения и наличия у ответчика лицензии на право осуществления деятельности по эксплуатации химически опасных производственных отходов не допускаются. Прокурор обратился с иском о запрете размещения химических, взрывчатых и ядовитых веществ, которые лицо хранило в границах водоохранной зоны Горьковского водохранилища. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении исковых требований отказано. Судом установлено, что ответчик на основании лицензии осуществляет деятельность по эксплуатации химически опасных производственных отходов, производству пластмасс и синтетических смол в первичных формах, производству прочих основных органических химических веществ, красок и лаков на основе полимеров и иных химических продуктов. В производственной деятельности им используются высокотоксичные вещества и вещества, представляющие опасность для окружающей среды. Деятельность осуществляется на арендованном земельном участке, полностью входящем в границы водоохранной зоны и прибрежной защитной полосы водохранилища. В ходе прокурорской проверки был установлен факт размещения емкостей с фенолом и формалином на производственной площадке, расположенной в границах водоохранной зоны. Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из того, что ответчик не является субъектом размещения указанных выше веществ, а лишь осуществляет их временное хранение и складирование в силу технологического процесса, являющегося частью деятельности, осуществляемой им на основании полученной в установленном законом порядке лицензии. Отменяя состоявшиеся по делу судебные акты, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации указала следующее. В соответствии со статьей 3 Закона об охране окружающей среды хозяйственная и иная деятельность, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе в том числе принципов допустимости воздействия хозяйственной и иной деятельности на природную среду, исходя из требований в области охраны окружающей среды; запрещения хозяйственной и иной деятельности, последствия воздействия которой непредсказуемы для окружающей среды, а также реализации проектов, которые могут привести к деградации естественных экологических систем, изменению и (или) уничтожению генетического фонда растений, животных и других организмов, истощению природных ресурсов и иным негативным изменениям окружающей среды; ответственности за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды. Согласно части 1 статьи 65 ВК РФ водоохранными зонами являются территории, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) морей, рек, ручьев, каналов, озер, водохранилищ и на которых устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира. В силу пункта 2 части 15 данной статьи в границах водоохранных зон запрещается размещение кладбищ, скотомогильников, объектов размещения отходов производства и потребления, химических, взрывчатых, токсичных, отравляющих и ядовитых веществ, пунктов захоронения радиоактивных отходов. Из буквального толкования указанной нормы права следует прямой запрет на размещение химических, взрывчатых, токсичных, отравляющих и ядовитых веществ в водоохранных зонах. При этом не имеет правового значения, является ли это размещение длительным или временным, а также являются ли химические, взрывчатые, токсичные, отравляющие или ядовитые вещества отходами производства, сырьем либо промежуточным продуктом. Ссылаясь на наличие у причинителя вреда лицензии на осуществляемый им вид деятельности, судебные инстанции не привели правового обоснования тому, что наличие лицензии допускает несоблюдение приведенных выше норм природоохранного законодательства. При новом рассмотрении дела решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, исковые требования прокурора удовлетворены, запрещено размещение химических, взрывчатых, токсичных и ядовитых веществ в границах водоохранной зоны водохранилища.
7. Установление факта превышения в сточных водах нормативов допустимых сбросов свидетельствует о причинении вреда водному объекту независимо от показателей фоновых проб. Управление Росприроднадзора обратилось в суд с иском о возмещении ущерба, причиненного водному объекту в результате сброса вредных (загрязняющих) веществ в составе сточных вод. Суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, отказал в удовлетворении иска, указав, что превышение нормативов допустимых сбросов (далее – НДС) сточных вод само по себе не может являться доказательством причинения вреда. Обязательным признаком причинения вреда окружающей среде служит наличие последствий в виде деградации естественных экологических систем и истощения природных ресурсов. Суд кассационной инстанции принятые судебные акты отменил, иск удовлетворил, указав следующее. Исходя из положений пункта 2 статьи 16 Закона об охране окружающей среды сбросы загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов в поверхностные водные объекты являются одним из видов негативного воздействия на окружающую среду. В силу частей 1, 2 статьи 35 ВК РФ поддержание поверхностных и подземных вод в состоянии, соответствующем требованиям законодательства, обеспечивается путем установления и соблюдения нормативов допустимого воздействия на водные объекты, которые разрабатываются на основании предельно допустимых концентраций химических веществ, радиоактивных веществ, микроорганизмов и других показателей качества воды в водных объектах. Количество веществ и микроорганизмов, содержащихся в сбросах сточных, в том числе дренажных, вод в водные объекты, не должно превышать установленные нормативы допустимого воздействия на водные объекты (часть 4 статьи 35 ВК РФ). В случае превышения юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями установленных нормативов допустимого воздействия предполагается, что в результате их действий причиняется вред (статья 3, пункт 3 статьи 22, пункт 2 статьи 34 Закона об охране окружающей среды, абзац второй пункта 7 постановления Пленума № 49). Превышение нормативов допустимого воздействия на водные объекты является самостоятельным нарушением водного законодательства (часть 4 статьи 35 ВК РФ), имущественная ответственность за которое определяется на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства, утвержденной приказом Минприроды России от 13 апреля 2009 года № 87 (далее – Методика № 87). Согласно пункту 11 Методики № 87 основой для расчета размера вреда, причиненного водному объекту, принимается масса загрязняющего вещества, которая определяется как разность концентрации загрязняющего вещества, обнаруженного в пробах сточных вод, и НДС. Поскольку превышение предельно допустимых концентраций (далее – ПДК) загрязняющих веществ в водном объекте, зафиксированное при отборе фоновой пробы выше контрольного створа, само по себе свидетельствует о загрязнении окружающей среды, деградации естественных экологических систем, то сброс пользователем сточных вод, влекущий увеличение концентрации загрязняющих веществ, приводит к дальнейшему ухудшению качественных показателей воды в водном объекте и причиняет вред окружающей среде. Такой вред причиняется и в случае, если разность концентраций загрязняющих веществ, зафиксированных в контрольном створе и в точке отбора фоновой пробы, не превышает ПДК.
8. Осуществление на основании лицензии на право пользования недрами деятельности по добыче общераспространенных полезных ископаемых, ведущей к нарушению правового режима земельного участка, не допускается до перевода такого участка в категорию земель, позволяющую производить добычу полезных ископаемых. Прокурор обратился с иском о запрете деятельности по добыче суглинков на земельном участке сельскохозяйственного назначения. Судом установлено, что лицом, основным видом деятельности которого является производство кирпича, черепицы и прочих строительных изделий из обожженной глины, ведется добыча суглинков на земельном участке сельскохозяйственного назначения. Пользование недрами осуществляется на основании лицензии с целевым назначением и видами работ – разведка месторождения с одновременной добычей кирпичных суглинков. Решением суда исковые требования прокурора удовлетворены, лицу запрещено осуществлять деятельность по добыче кирпичных суглинков на земельных участках сельскохозяйственного назначения до перевода земельных участков в категорию земель, позволяющую производить добычу полезных ископаемых. Судом апелляционной инстанции решение отменено, в удовлетворении исковых требований отказано. Оставляя в силе решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал следующее. В соответствии со статьей 42 ЗК РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны: использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту; не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы. Согласно пункту 1 статьи 78 ЗК РФ земли сельскохозяйственного назначения могут использоваться для ведения сельскохозяйственного производства, создания защитных лесных насаждений, научно- исследовательских, учебных и иных связанных с сельскохозяйственным производством целей, а также для целей аквакультуры (рыбоводства). Таким образом, земельный участок сельскохозяйственного назначения может быть использован для работ, связанных с добычей полезных ископаемых, лишь после перевода данного участка из указанной категории. До этого момента его правовой режим использования в силу статей 42, 78 ЗК РФ ограничен целевым назначением. При этом само по себе наличие у общества лицензии на пользование недрами не освобождает его от обязанности соблюдения земельного законодательства и не дает права на осуществление добычи общераспространенных полезных ископаемых на земельных участках сельскохозяйственного назначения. Отклоняя доводы ответчика об использовании добытых общераспространенных полезных ископаемых на принадлежащем обществу на праве собственности земельном участке для собственных нужд в соответствии со статьей 19 Закона о недрах, суд отметил, что под использованием для собственных нужд общераспространенных полезных ископаемых в целях применения указанной статьи понимается их использование собственниками земельных участков, землепользователями, землевладельцами, арендаторами земельных участков для личных, бытовых и иных не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности нужд, тогда как общество использует добытые им на земельном участке сельскохозяйственного назначения суглинки в производственной деятельности.
9. Добыча общераспространенных полезных ископаемых с нарушением правового режима водоохранной зоны не допускается, в том числе при наличии лицензии на право пользования недрами. Уполномоченный орган по надзору в сфере природопользования обратился в суд с иском о запрете осуществления хозяйственной деятельности по добыче общераспространенных полезных ископаемых на участках месторождений, частично и (или) полностью расположенных в водоохранной зоне озера Байкал. Основанием для обращения в суд послужило неисполнение представления Восточно-Байкальской межрайонной природоохранной прокуратуры об устранении нарушений федерального законодательства, выразившихся в продолжении деятельности по добыче полезных ископаемых в центральной экологической зоне, водоохранной зоне озера Байкал. Недропользователь возражал против удовлетворения иска, поскольку лицензии на добычу общераспространенных полезных ископаемых выданы ранее установления границ водоохранной зоны озера Байкал. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, иск удовлетворен в полном объеме по следующим основаниям. На Байкальской природной территории устанавливается особый режим хозяйственной и иной деятельности, осуществляемой в том числе в соответствии с принципами приоритета видов деятельности, не приводящих к нарушению уникальной экологической системы озера Байкал и природных ландшафтов его водоохранной зоны. Запрещаются или ограничиваются виды деятельности, при осуществлении которых оказывается негативное воздействие на уникальную экологическую систему озера Байкал (статья 5 и пункт 1 статьи 6 Федерального закона от 1 мая 1999 года № 94-ФЗ «Об охране озера Байкал», далее – Закон о Байкале). В силу положений пункта 1 статьи 3 и пункта 3 статьи 6 Закона о Байкале Правительством Российской Федерации утверждаются границы Байкальской природной территории и экологических зон (центральной экологической зоны, буферной экологической зоны, экологической зоны атмосферного влияния), а также перечень видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне. Реализуя указанные полномочия, Правительство Российской Федерации установило, что добыча полезных ископаемых на акватории озера Байкал, в его водоохранной зоне, в руслах нерестовых рек и их водоохранных зонах, кроме добычи подземных вод для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также проведения дноуглубительных работ запрещена (абзац девятый постановления от 30 августа 2001 года № 643 «Об утверждении перечня видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории», действовавшего в период возникновения спора). Исходя из основных принципов охраны окружающей среды, в том числе презумпции экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности, суды пришли к выводу о том, что дальнейшее осуществление деятельности обществом по добыче полезных ископаемых на основании действующей лицензии в границах водоохранной зоны озера Байкал недопустимо. Иное будет означать нарушение законодательства об охране окружающей среды и режима охраны озера Байкал, относящегося к объектам всемирного природного наследия.
10. Требование о возложении обязанности получить лицензию на осуществление определенного вида деятельности не подлежит удовлетворению. Прокурор обратился с иском о возложении обязанности получить лицензию на сбор и транспортировку отходов, ссылаясь на факт осуществления лицом лицензируемого вида деятельности в отсутствие необходимой лицензии, что влечет угрозу негативного воздействия на окружающую среду. Решением суда первой инстанции исковые требования прокурора удовлетворены, на ответчика возложена обязанность в установленный судом срок получить лицензию на сбор и транспортирование отходов IV класса опасности. Отменяя состоявшееся по делу решение и принимая новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции указал следующее. Защита гражданских прав осуществляется способами, прямо названными в статье 12 ГК РФ, и иными способами, предусмотренными законом. По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 49 ГК РФ осуществление юридическим лицом деятельности, подлежащей лицензированию, в отсутствие необходимой лицензии влечет прекращение права осуществлять такую деятельность. Возложение на ответчика обязанности по получению лицензии означает не предусмотренное законом понуждение юридического лица к осуществлению определенного вида деятельности вопреки праву выбора юридического лица на занятие определенным видом деятельности или отказа от него (статьи 1, 9 ГК РФ). При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об избрании прокурором ненадлежащего способа защиты нарушенного права, поскольку при установленных по делу обстоятельствах надлежащим способом защиты нарушенного права является не возложение на ответчика обязанности в установленный срок получить лицензию на занятие определенной деятельностью, а прекращение или приостановление деятельности ответчика до получения им соответствующей лицензии (статья 1065 ГК РФ), однако таких требований прокурором заявлено не было.
11. Превышение в почве концентрации вещества, не включенного в Перечень загрязняющих веществ, по сравнению с концентрацией этого вещества на сопредельной территории аналогичного целевого назначения и вида использования может свидетельствовать о причинении вреда окружающей среде. Управление Росприроднадзора обратилось к собственнику трубопровода с иском о возмещении вреда, причиненного почвам как компоненту окружающей среды. Удовлетворяя требования в полном объеме, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, исходил из следующего. Согласно статьям 1, 4 Закона об охране окружающей среды объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и (или) иной деятельности являются компоненты природной среды, природные объекты и природные комплексы, включающие в себя в том числе землю, недра и почвы. При этом законом предусмотрено установление нормативов качества окружающей среды и нормативов допустимого воздействия на нее, при соблюдении которых обеспечивается устойчивое функционирование естественных экологических систем и сохраняется биологическое разнообразие. Статьей 42 ЗК РФ установлено, что собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту, и не допускать загрязнение, истощение, деградацию, порчу, уничтожение земель и почв и иное негативное воздействие на земли и почвы. Исходя из пункта 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды, загрязнение почвы деградация и разрушение естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов могут свидетельствовать о причинении вреда окружающей среде и являться основанием для возмещения указанного вреда. Управлением доказан факт загрязнения почвы в результате производственной деятельности ответчика, поскольку на основании анализа проб почвы установлено превышение над фоновыми образцами концентрации нефтепродуктов в 32 раза, хлорид-ионов в 175 раз, то есть негативное воздействие на земли и почвы. Отсутствие хлорид-ионов в Перечне загрязняющих веществ, в отношении которых применяются меры государственного регулирования в области охраны окружающей среды, утвержденном распоряжением Правительства Российской Федерации от 8 июля 2015 года № 1316-р, само по себе не исключает негативного воздействия указанного химического элемента на состояние окружающей среды. Неблагоприятные экологические последствия могут проявляться спустя продолжительное время, имея при этом комплексный характер, оказывая негативное воздействие одновременно на несколько компонентов природной среды. Исчисление в стоимостной форме размера вреда, причиненного почвам, включает в себя в том числе определение размера вреда в результате загрязнения почв, возникшего при поступлении в почву загрязняющих веществ, приводящего к несоблюдению нормативов качества окружающей среды для почв. При этом учитывается степень загрязнения, которая зависит от соотношения фактического содержания загрязняющего вещества в почве к нормативу качества окружающей среды для почв (пункты 4–6 Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Минприроды России от 8 июля 2010 года № 238). При отсутствии установленного норматива качества окружающей среды для почв (для конкретного загрязняющего вещества) в качестве значения норматива качества окружающей среды суд применяет значение концентрации этого вещества на сопредельной территории аналогичного целевого назначения и вида использования, не испытывающей негативного воздействия от данного вида нарушения. Вместе с тем причинитель вреда не лишен права представлять доказательства того, что поступление в почву такого вещества не влечет изменения физико-химического состава почв и не приводит к дисбалансу экосистемы в целом и возникновению убытков.
12. Требование о возмещении вреда путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния компонентов окружающей среды подлежит удовлетворению при наличии разработанного с соблюдением требований действующего законодательства и утвержденного проекта восстановительных работ. Прокурор обратился с иском к обществу о возложении обязанности разработать проект рекультивации земельного участка, совершить действия по рекультивации земельного участка и о взыскании ущерба. Решением суда исковые требования удовлетворены частично. На общество возложена обязанность разработать проект рекультивации земельного участка и провести рекультивацию земель в соответствии с утвержденным проектом. Суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд кассационной инстанции, отменил решение суда и принял новое решение о взыскании с общества вреда в денежной форме в доход бюджета муниципального района. Как следовало из материалов дела, в результате осуществления деятельности по обезвреживанию и размещению отходов I–IV класса опасности, обществом допущен неоднократный сброс отходов I класса опасности, содержащих опасное химическое вещество – ртуть, на почву земельного участка, что повлекло загрязнение почвы на используемом обществом, а также на прилегающем земельных участках. На основании статьи 1082 ГК РФ возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. Согласно пункту 1 статьи 78 Закона об охране окружающей среды определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ. При их отсутствии вред возмещается в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде. По смыслу приведенных положений закона возможность возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды поставлена в зависимость от наличия проекта восстановительных работ, разработанного и утвержденного с соблюдением требований действующего законодательства. Суд, удовлетворяя требование о возмещении вреда в натуре, должен основываться на соответствующем проекте и указать на него в резолютивной части решения. При отсутствии такого проекта суд выносит решение о возмещении вреда в денежной форме (пункт 18 постановления Пленума № 49). Поскольку разработанного с соблюдением требований действующего законодательства и утвержденного проекта восстановительных работ в ходе рассмотрения дела представлено не было, суд апелляционной инстанции принял обоснованное решение о возложении на ответчика обязанности по возмещению вреда в денежной форме.
13. Возмещение вреда окружающей среде осуществляется посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. Возложение на ответчика обязанности разработать проект рекультивации земельного участка не ведет к восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. Прокурор обратился с иском о возложении на лицо обязанности разработать проект рекультивации земельного участка, загрязненного нефтепродуктами. Решением суда, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, исковые требования удовлетворены. Отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал следующее. В силу пункта 1 статьи 77 Закона об охране окружающей среды причинение вреда окружающей среде, выражающегося в негативном изменении окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшего деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов, является основанием для привлечения лица к имущественной ответственности. Целью ответственности за причинение вреда окружающей среде является достижение компенсации, восстановления ее нарушенного состояния, в связи с чем истец вправе выбрать при обращении за судебной защитой способы, предусмотренные статьей 1082 ГК РФ, статьей 78 Закона об охране окружающей среды. Принимая во внимание необходимость эффективных мер, направленных на восстановление состояния окружающей среды, в котором она находилась до причинения вреда, наличие публичного интереса в благоприятном состоянии окружающей среды, суд с учетом позиции лиц, участвующих в деле, и конкретных обстоятельств дела вправе применить такой способ возмещения вреда, который наиболее соответствует целям и задачам природоохранного законодательства (пункт 13 постановления Пленума № 49). Определение способа возмещения вреда – в натуре или в денежном выражении – зависит, прежде всего, от возможности его возмещения в натуре, оперативности принимаемых мер, их эффективности для восстановления нарушенного состояния окружающей среды. В отсутствие таких обстоятельств суд вправе избрать способ защиты в виде компенсации вреда в денежном выражении (взыскание убытков). При этом в силу пункта 2 статьи 78 Закона об охране окружающей среды возможность возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды поставлена в зависимость от наличия проекта восстановительных работ, разработанного и утвержденного с соблюдением требований действующего законодательства. Таким образом, возможность возложения обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды обусловлена наличием соответствующего волеизъявления ответчика, выражающегося в добровольном совершении действий, направленных на осуществление необходимых мероприятий, подтверждением которого является разработка проекта восстановительных работ ко времени рассмотрения дела судом. Проект восстановительных работ подлежит оценке судом в том числе на предмет обоснованности и достаточности мероприятий для восстановления нарушенного состояния окружающей среды, объективной возможности осуществления их ответчиком как собственными силами (при наличии технической и иной возможности), так и путем привлечения третьих лиц. Само по себе возложение на ответчика обязанности разработать проект рекультивации земельного участка не является надлежащим способом возмещения вреда окружающей среде, не ведет к восстановлению ее нарушенного состояния, а решение суда при удовлетв