1. 2. Необоснованное признание судом в действиях лица умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, совершённого при превышении пределов необходимой обороны, повлекло отмену судебных 1 По приговору Челябинского областного суда от 23 августа 2013 г. Ф. осуждён по ч.2 ст. 162 и ч. 4 ст. 166 УК РФ, К. – по ч. 2 ст. 162, ч. 4 ст.166 и п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ (см. определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 21 ноября 2013 г. №48-АПУ-44СП). решений с прекращением дела за отсутствием в деянии состава преступления. По приговору Бокситогорского городского суда Ленинградской области от 22 августа 2012 г. С. осуждён за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Ленинградского областного суда от 29 ноября 2012 г. приговор оставлен без изменения. Постановлением президиума Ленинградского областного суда от 23 апреля 2013 г. приговор и кассационное определение изменены: действия С. переквалифицированы на ч. 1 ст. 114 УК РФ. С учётом внесённых в приговор изменений С. признан виновным и осуждён за то, что 2 июля 2011 г. в ходе конфликта умышленно причинил тяжкий вред здоровью П., превысив при этом пределы необходимой обороны. От полученных телесных повреждений, опасных для жизни, потерпевший П. скончался в больнице. Судебная коллегия приговор отменила по следующим основаниям. При защите от общественно опасного посягательства, сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ), обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объёму вред посягающему лицу. Таким образом, действия оборонявшегося могут расцениваться как превышение пределов необходимой обороны лишь в случае, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК РФ, то есть от посягательства, не сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. Указанные положения уголовного закона не учтены судами первой, кассационной и надзорной инстанций при рассмотрении настоящего дела. В постановлении президиума Ленинградского областного суда подробно приведены показания осуждённого С. и свидетеля О., из которых следует, что конфликт был спровоцирован потерпевшим П., вместе с которым находились М. и С. Чтобы избежать развития конфликта, С. и О. ушли, но их стали преследовать П., М. и С. с палками в руках. О. успел позвонить жене, попросил её вызвать полицию в связи с тем, что их преследуют и могут убить. П., М. и С. догнали С. и О. и стали наносить им удары палками. В ответ на эти действия, желая отразить удары, С. подобрал палку, которую выронил один из друзей потерпевшего, и стал защищаться ею, нанося удары П. Приведённые показания осуждённого С. и свидетеля О. признаны судом надзорной инстанции достоверными, соответствующими другим доказательствам. Совершённое общественно опасное посягательство на С. и О. расценено президиумом как представляющее опасность для их жизни и здоровья. Как отмечено в постановлении, подвергшиеся нападению С. и О. воспринимали угрозу их жизни и здоровью реальной, что подтверждается телефонным звонком О. своей жене с целью привлечь органы полиции к защите от нападавших. Таким образом, президиум Ленинградского областного суда фактически признал, что общественно опасное посягательство со стороны П. было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося С., при котором закон (ч. 1 ст. 37 УК РФ) предоставляет обороняющемуся право на причинение посягающему лицу любого вреда. Однако вопреки этому выводу президиум принял решение о наличии в действиях С. признаков превышения пределов необходимой обороны, указав, что избранный С. способ отражения нападения явно не вызывался характером и опасностью посягательства. Между тем признанные судом надзорной инстанции достоверными показания осуждённого С., которые не опровергнуты исследованными судом доказательствами, свидетельствуют о совершении потерпевшим П. совместно с М. и С. нападения, сопряжённого с насилием, опасным для жизни С. и О. Защищаясь от нападения, С. применил в отношении П. такое же орудие, как и потерпевший, а именно в ответ на полученные удары палкой он нанёс удары палкой П., прекратив свои действия, когда нападение закончилось. При таких обстоятельствах вывод президиума о явном несоответствии способа отражения нападения характеру и опасности посягательства, о наличии в действиях С. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, нельзя признать обоснованным. Судебная коллегия пришла к выводу о том, что С. находился в состоянии необходимой обороны, защищаясь от посягательства, опасного для его жизни, а потому причинение им тяжкого вреда здоровью нападавшего П., повлёкшее по неосторожности смерть потерпевшего, в силу ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением. С учётом изложенного Судебная коллегия приговор и последующие судебные решения в отношении С. отменила, а уголовное дело прекратила за отсутствием в деянии состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Определение от 25 ноября 2013 г. №33-Д13-6
2. 3. Приговор изменён, поскольку суд, признав возможным применить положения статьи 64 УК РФ, назначил наказание за совершённые преступления в пределах санкций, предусмотренных статьями Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации. По приговору Верховного Суда Республики Северная Осетия– Алания от 20 сентября 2013 г. Г. осуждён по ч. 2 ст. 210 УК РФ к лишению свободы на 5 лет с ограничением свободы на 1 год, по ч. 2 ст. 209 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к лишению свободы на 6 лет с ограничением свободы на 1 год, по ст. 317 УК РФ (за преступление, совершённое 23 октября 2012 г.) с применением ст. 64 УК РФ к лишению свободы на 12 лет с ограничением свободы на 1 год, по ч. 3 ст. 222 УК РФ к лишению свободы на 4 года, по ст. 317 УК РФ (за преступление, совершённое 10 ноября 2012 г.) с применением ст.64 УК РФ к лишению свободы на 12 лет с ограничением свободы на 1 год, по ч. 2 ст. 167 УК РФ с применением ст.64 УК РФ к лишению свободы на 2 года, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений к лишению свободы на 13 лет 6 месяцев в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года. По ч. 2 ст. 209 и ч. 2 ст.210 УК РФ, ст. 317 УК РФ (за каждое преступление) и по совокупности преступлений установлены ограничения свободы в соответствии со ст.53 УК РФ. Судебное заседание было проведено в особом порядке, то есть без проведения судебного разбирательства. Судебная коллегия приговор изменила по следующим основаниям. Суд пришёл к выводу о назначении Г. по ч. 2 ст. 167, ч. 2 ст. 209 УК РФ, ст. 317 УК РФ (за каждое преступление) наказания ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации, однако по ч. 2 ст. 167, ст. 317 УК РФ назначил Г. наказание в пределах санкций этих норм. В связи с изложенным Судебная коллегия приговор в отношении Г. изменила, смягчила назначенное ему наказание по ст. 317 УК РФ (за каждое преступление) с применением ст. 64 УК РФ до 11 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, заменила назначенное Г. наказание по ч.2 ст. 167 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 2 года исправительными работами на 2 года с удержанием 20 процентов из его заработной платы в доход государства. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 167, ч. 2 ст. 209, ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 222, ст. 317 УК РФ (за два преступления), путём частичного сложения наказаний назначила Г. окончательное наказание в виде лишения свободы на 12 лет в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года, с установлением по статьям 317 УК РФ и по совокупности преступлений ограничений в соответствии со ст. 53 УК РФ. Определение от 17 декабря 2013 г. № 22-АПУ13-9
3. 2. При назначении наказания по совокупности приговоров судом не выполнены требования части 5 статьи 74 УК РФ. По приговору Ленинградского областного суда от 8 апреля 2013 г. В. осуждён к лишению свободы по пп. «д», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет с ограничением свободы на 2 года; по ч. 1 ст. 131 УК РФ на 4 года; по ч. 1 ст. 161 УК РФ – сроком на 2 года; по ч. 1 ст. 158 УК РФ – сроком на 1 год. По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ В. окончательно назначено 18 лет лишения свободы с ограничением свободы на 2 года. На основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 22 марта 2012 г. в виде 1 года лишения свободы и окончательно по совокупности приговоров назначено 19 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года. В апелляционном представлении государственный обвинитель просил изменить приговор в связи с допущенными судом нарушениями закона при назначении наказания, поскольку суд, признав установленным, что В. совершил преступления в период испытательного срока, назначенного по приговору Бокситогорского городского суда Ленинградской области от 22 марта 2012 г., и применив при назначении ему наказания положения ст. 70 УК РФ, не решил вопрос об отмене условного осуждения В. в соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ. Судебная коллегия приговор изменила, указав следующее. При назначении наказания В. по совокупности приговоров судом нарушены требования ч. 5 ст. 74 УК РФ, согласно которым в случае совершения условно осуждённым в течение испытательного срока умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ. Как следует из материалов дела, В. совершил тяжкое и особо тяжкое преступления 24 марта 2012 г., то есть в период испытательного срока, установленного ему по приговору Бокситогорского городского суда Ленинградской области от 22 марта 2012 г., по которому он осуждён по пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года. Суд принял правильное решение о назначении ему окончательного наказания по совокупности приговоров по правилам ст. 70 УК РФ, однако вопреки указанным требованиям закона не отменил условное осуждение по предыдущему приговору. Судебная коллегия приговор Ленинградского областного суда от 8 апреля 2013 г. в отношении В. изменила. В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ отменила условное осуждение, назначенное ему по приговору Бокситогорского городского суда Ленинградской области от 22 марта 2012 г. К назначенному В. наказанию по данному приговору на основании ст. 70 УК РФ присоединила частично неотбытое наказание по приговору от 22 марта 2012 г. в виде 1 года лишения свободы и окончательно по совокупности приговоров назначила лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года, с установлением ограничений, предусмотренных ст. 53 УК РФ. Определение от 15 июля 2013 г. №33-АПУ13-9
4. 2. Отбывание наказания в виде лишения свободы лицу, совершившему тяжкое или особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, но на момент постановления приговора достигшему совершеннолетия, назначается в исправительной колонии общего режима. По приговору Псковского областного суда от 13 июня 2013 г. И. осуждён за совершение преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст. 105, ч.4 ст.111 УК РФ. На основании ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний ему окончательно назначено 9 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В апелляционном порядке приговор не пересматривался. Судебная коллегия приговор изменила по следующим основаниям. Из материалов уголовного дела следует, что особо тяжкие преступления совершены И. в несовершеннолетнем возрасте, а к моменту постановления приговора он достиг совершеннолетия. В случае, если лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление в несовершеннолетнем возрасте, на момент постановления приговора достигло совершеннолетия, ему следует назначить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима (ст.58 УК РФ). Судебная коллегия приговор Псковского областного суда от 13 июня 2013 г. в отношении И. изменила, назначив ему отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Определение от 11 декабря 2013 г. №91-УД13-1
5. Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности Нарушение требований закона при решении вопроса о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, повлекло отмену судебного решения. Постановлением Санкт-Петербургского городского суда от 1 ноября 2012 г. по результатам предварительного слушания прекращено уголовное дело в отношении Г. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. «е», «з», «н» ст. 102 УК РСФСР, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Судебная коллегия постановление суда о прекращении уголовного дела в отношении Г. отменила по следующим основаниям. Исходя из положений ч. 4 ст. 48 УК РСФСР, действовавшей на момент совершения преступления, и действующей в настоящее время ч. 4 ст. 78 УК РФ применение сроков давности к лицу, совершившему преступление, за которое предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы или смертной казни, является правом, а не обязанностью суда и, по смыслу закона, решается судом лишь по итогам рассмотрения уголовного дела по существу с учётом не только факта истечения срока давности уголовного преследования, но и всех обстоятельств дела, данных о личности обвиняемого, о причинах и условиях, способствующих совершению преступления, свидетельствующих в совокупности о том, что на момент принятия судом решения отсутствует общественная опасность деяния и лица, совершившего такое особо тяжкое преступление против жизни. Эти требования закона судом не выполнены. Из постановления суда, вынесенного по результатам предварительного слушания, следует, что основанием для прекращения уголовного дела явилось лишь истечение сроков давности уголовного преследования. Какие-либо обстоятельства относительно характера и степени общественной опасности совершённого преступления, данные о личности обвиняемого, свидетельствующие об отсутствии общественной опасности деяния и лица, его совершившего, суд не указал, а ограничился лишь краткой записью об обоснованности ходатайств о прекращении уголовного дела «с учётом обстоятельств дела, данных о личности обвиняемого». Судебная коллегия отменила постановление суда в отношении Г. в части прекращения уголовного дела по обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. «е», «з», «н» ст. 102 УК РСФСР, и уголовное дело в этой части направила на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания в тот же суд, но иным составом суда. Определение от 20 ноября 2013 г. №78-О13-14
6. Назначение наказания несовершеннолетним Приговор изменён, поскольку суд в нарушение части 5 статьи 88 УК РФ назначил дополнительное наказание в виде ограничения свободы лицу, совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте. По приговору Верховного Суда Республики Марий Эл от 15 мая 2013 г. З. осуждён по ч. 1 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы; по пп. «а», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год; по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием 10% заработной платы в доход государства. На основании ч. 3 ст. 69, п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ путём частичного сложения наказаний назначено 9 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на 1 год, с назначением на основании п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99 УК РФ принудительной меры медицинского характера в виде принудительного амбулаторного наблюдения и лечения у психиатра. На основании ст. 53 УК РФ судом установлены соответствующие ограничения. В апелляционном представлении заместитель прокурора просил приговор изменить в части назначения осуждённому З., совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте, дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Судебная коллегия приговор в этой части отменила, поскольку суд в нарушение ч. 5 ст. 88 УК РФ назначил осуждённому, совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте, дополнительное наказание в виде ограничения свободы, тогда как закон предусматривает назначение его несовершеннолетним лицам лишь в качестве основного наказания. Определение от 13 августа 2013 г. № 12-АПУ13-6 ОШИБКИ В ПРИМЕНЕНИИ НОРМ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА
7. Право на защиту Необеспечение подсудимому возможности пользоваться правами, предусмотренными частями 3 и 4 статьи 47 УПК РФ, признано существенным нарушением уголовного закона. По приговору Санкт-Петербургского городского суда от 23 апреля 2013 г. М. осуждён за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 6 ст. 290 УК РФ. В апелляционной жалобе осуждённый М. указывал, что в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства допускались существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в частности ему не было предоставлено достаточное время для подготовки к прениям и отказано в консультациях с адвокатом; отклонено ходатайство о предоставлении времени для подготовки к последнему слову. Судебная коллегия приговор суда первой инстанции отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд иным составом суда по следующим основаниям. В соответствии с положениями частей 3 и 4 статьи 47 УПК РФ обвиняемый (подсудимый) вправе защищать свои права и законные интересы и иметь достаточное время и возможность для подготовки к защите, пользоваться помощью защитника, иметь свидания с защитником наедине и конфиденциально без ограничения их числа и продолжительности, знакомиться со всеми материалами уголовного дела. Эти требования закона по настоящему делу не выполнены. Из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебных прений подсудимый М. в связи с необходимостью проанализировать речь государственного обвинителя и аргументированно ответить на его доводы ходатайствовал о предоставлении ему времени для подготовки совместно с защитником к выступлению в судебных прениях. Председательствующий частично удовлетворил ходатайство подсудимого, предоставил ему один час для подготовки, но без участия защитника. После возобновления прений адвокат подсудимого заявил об ущемлении права подсудимого пользоваться помощью защитника и просил занести это заявление в протокол судебного заседания. Председательствующий данное заявление оставил без внимания и возможность проконсультироваться с защитником перед выступлением в прениях М. не предоставил. После окончания прений М. сообщил, что к последнему слову не готов, так как ему необходимо проконсультироваться с адвокатом, просил судебное разбирательство отложить на другой день, однако председательствующим в предоставлении времени и консультации с защитником также было отказано. При этом из протокола судебного заседания следует, что осуждённый по существу обвинения в последнем слове ничего не сказал. Таким образом, суд нарушил право подсудимого М. на защиту, что в соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 38917 УПК РФ является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора с направлением дела на новое судебное разбирательство, поскольку данное нарушение не может быть устранено судом апелляционной инстанции. Определение от 5 сентября 2013 г. № 78-АПУ13-28
8. Обстоятельства, исключающие