1. По результатам конкурса на замещение вакантной должности государственной гражданской службы представитель нанимателя должен издать акт о назначении победителя конкурса на вакантную должность государственной гражданской службы, на основе которого с ним заключается служебный контракт. К. обратился в суд с иском к министерству сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности субъекта Российской Федерации о возложении обязанности заключить служебный контракт о прохождении государственной гражданской службы в качестве начальника отдела. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, иск К. удовлетворен. Судом установлено, что в министерстве сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности субъекта Российской Федерации проведен конкурс на замещение вакантной должности государственной гражданской службы – должности начальника отдела указанного государственного органа, по результатам проведения которого решением конкурсной комиссии победителем был признан К. Однако по прошествии шести месяцев с момента проведения конкурса акт представителя нанимателя о назначении К. на вакантную должность гражданской службы не издан, служебный контракт с К. также не заключен. Согласно части статьи Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» служебный контракт представляет собой соглашение между представителем нанимателя и гражданином, поступающим на гражданскую службу, или гражданским служащим о прохождении гражданской службы и замещении должности гражданской службы. Служебным контрактом устанавливаются права и обязанности сторон. Служебный контракт заключается на основе акта государственного органа о назначении на должность гражданской службы (часть 1 статьи 26 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации»). В соответствии с частью 1 статьи 22 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» поступление гражданина на гражданскую службу для замещения должности гражданской службы или замещение гражданским служащим другой должности гражданской службы осуществляется по результатам конкурса (если иное не установлено данной статьей). Конкурс заключается в оценке профессионального уровня претендентов на замещение должности гражданской службы, их соответствия установленным квалификационным требованиям к должности гражданской службы. Частью 12 этой же статьи предусмотрено, что положение о конкурсе на замещение вакантной должности государственной гражданской службы Российской Федерации, определяющее порядок и условия его проведения, утверждается указом Президента Российской Федерации. Порядок и условия проведения конкурса на замещение вакантной должности государственной гражданской службы Российской Федерации в федеральном государственном органе, государственном органе субъекта Российской Федерации или их аппаратах определяются Положением о конкурсе на замещение вакантной должности государственной гражданской службы Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 1 февраля 2005 г. № 112 «О конкурсе на замещение вакантной должности государственной гражданской службы Российской Федерации». В соответствии с пунктом 16 названного положения для проведения конкурса правовым актом государственного органа образуется конкурсная комиссия, действующая на постоянной основе. Состав конкурсной комиссии, сроки и порядок ее работы, а также методика проведения конкурса определяются правовым актом государственного органа. Решение конкурсной комиссии по результатам проведения конкурса является основанием для назначения гражданина, допущенного к участию в конкурсе, на вакантную должность гражданской службы либо отказа в таком назначении (пункт 21 Положения о конкурсе на замещение вакантной должности государственной гражданской службы Российской Федерации). Пунктом 23 названного положения предусмотрено, что по результатам конкурса издается акт представителя нанимателя о назначении победителя конкурса на вакантную должность гражданской службы и заключается служебный контракт с победителем конкурса. Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования К., суд руководствовался приведенными положениями законодательства и с учетом установленных по делу обстоятельств пришел к правильному выводу о том, что решение конкурсной комиссии по результатам конкурса на замещение вакантной должности начальника отдела, проведенного в органе государственной власти субъекта Российской Федерации, о признании К. победителем конкурса является основанием для издания представителем нанимателя акта о назначении К. на указанную должность государственной гражданской службы и заключения с ним служебного контракта. (По материалам судебной практики Камчатского краевого суда)
2. Заключение срочного служебного контракта с гражданским служащим, достигшим предельного возраста пребывания на государственной гражданской службе, является правом представителя нанимателя, а не его обязанностью. Д. обратилась в суд с иском к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы о признании незаконным приказа о расторжении служебного контракта, восстановлении на государственной гражданской службе в ранее замещаемой должности, ссылаясь на то, что с ней расторгнут служебный контракт в соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 39 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (достижение гражданским служащим предельного возраста пребывания на гражданской службе) и она имеет право на продление срока гражданской службы сверх предельного возраста пребывания на такой службе и на заключение в связи с этим срочного служебного контракта на срок от одного года до пяти лет. Согласно части статьи Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» гражданскому служащему, достигшему установленного данной нормой предельного возраста пребывания на гражданской службе, который составляет 60 лет, срок гражданской службы с его согласия может быть продлен по решению представителя нанимателя, но не свыше чем до достижения им возраста лет, а гражданскому служащему, замещающему должность гражданской службы категории «помощники (советники)», учрежденную для содействия лицу, замещающему государственную должность, – до окончания срока полномочий указанного лица. Федеральному гражданскому служащему, достигшему предельного возраста пребывания на гражданской службе, замещающему должность гражданской службы категории «руководители» высшей группы должностей гражданской службы, срок гражданской службы с его согласия может быть продлен по решению Президента Российской Федерации, но не свыше чем до достижения им возраста 70 лет. Разрешая спор, суд установил, что на момент расторжения служебного контракта Д. достигла предельного возраста пребывания на государственной гражданской службе. Отказывая в удовлетворении исковых требований Д. к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы, суд правомерно исходил из того, что заключение срочного служебного контракта с гражданским служащим, достигшим предельного возраста пребывания на государственной гражданской службе, в силу части 1 статьи 251 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» является правом, а не обязанностью. Следовательно, ответчик правомерно прекратил служебный контракт с Д. в соответствии с пунктом 4 части 2 статьи 39 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». (По материалам судебной практики Санкт-Петербургского городского суда)
3. Срочный служебный контракт о замещении должности государственной гражданской службы, учрежденной для содействия руководителю государственного органа в реализации его полномочий, расторгается по истечении срока его действия, ограниченного сроком полномочий указанного руководителя. С. обратился в суд с иском к министерству юстиции субъекта Российской Федерации о восстановлении на государственной гражданской службе. В обоснование иска С. ссылался на неправомерность расторжения заключенного с ним срочного служебного контракта по истечении срока его действия в период отсутствия С. на службе в связи с временной нетрудоспособностью. При рассмотрении дела судом установлено, что С. проходил государственную гражданскую службу по должности помощника министра юстиции субъекта Российской Федерации. Срок действия служебного контракта, заключенного с истцом, был ограничен сроком полномочий указанного руководителя государственного органа. В связи с изданием главой субъекта Российской Федерации акта об освобождении от должности министра юстиции субъекта Российской Федерации с С. расторгнут служебный контракт по пункту 2 части 1 статьи 33 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в связи с истечением срока действия срочного служебного контракта. Разрешая спор и отказывая удовлетворении исковых требований С., суд исходил из следующего. В соответствии с частью 3 статьи 25 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» срочный служебный контракт заключается в случаях, когда отношения, связанные с гражданской службой, не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом категории замещаемой должности гражданской службы или условий прохождения гражданской службы, если иное не предусмотрено данным федеральным законом и другими федеральными законами. Пунктом части статьи Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» предусмотрено заключение срочного служебного контракта в случае замещения должностей гражданской службы категории «помощники (советники)». Пунктом 2 части 2 статьи 9 названного федерального закона закреплено, что такие должности учреждаются для содействия лицам, замещающим государственные должности, руководителям государственных органов, руководителям территориальных органов федеральных органов исполнительной власти и руководителям представительств государственных органов в реализации их полномочий и замещаются на определенный срок, ограниченный сроком полномочий указанных лиц или руководителей. Согласно пункту 2 части 1 статьи 33 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» одним из общих оснований прекращения служебного контракта, освобождения от замещаемой должности гражданской службы и увольнения с гражданской службы является истечение срока действия срочного служебного контракта. В соответствии с частью 1 статьи 35 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» срочный служебный контракт расторгается по истечении срока его действия, о чем гражданский служащий должен быть предупрежден в письменной форме не позднее чем за семь дней до дня освобождения от замещаемой должности гражданской службы и увольнения с гражданской службы, если иное не установлено данным федеральным законом. Срочный служебный контракт о замещении государственной гражданской должности, относящейся к категории «помощники (советники)», учрежденной для содействия лицам или руководителям, указанным в пункте 2 части 2 статьи 9 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», расторгается по истечении срока его действия, ограниченного сроком их полномочий. Отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований, суд правомерно исходил из того, что служебный контракт, заключенный с С. на срок полномочий министра юстиции субъекта Российской Федерации, в связи с освобождением последнего от должности подлежит прекращению по пункту 2 части 1 статьи 33 указанного выше федерального закона (истечение срока действия срочного служебного контракта). Суд пришел к правильному выводу о том, что поскольку расторжение срочного служебного контракта по истечении срока его действия не отнесено к числу оснований расторжения служебного контракта по инициативе представителя нанимателя, указанных в части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», то положения части 3 названной статьи, в силу которой гражданский служащий не может быть освобожден от замещаемой должности государственной гражданской службы и уволен с гражданской службы по инициативе представителя нанимателя в период его пребывания в отпуске и в период его отсутствия на службе в связи с временной нетрудоспособностью (с учетом сроков, указанных в данной норме), не подлежат применению. (По материалам судебной практики Верховного Суда Республики Татарстан)
4. Расторжение срочного служебного контракта, заключенного на период замещения отсутствующего гражданского служащего, за которым сохраняется должность государственной гражданской службы (часть 3 статьи 35 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации»), является правомерным при условии выхода на службу этого гражданского служащего. М. обратилась в суд с иском к департаменту внешнеэкономических и международных связей субъекта Российской Федерации о признании незаконным увольнения, восстановлении на государственной гражданской службе. В обоснование иска М. указывала, что незаконно освобождена от замещаемой должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации в указанном государственном органе и уволена с гражданской службы в связи с истечением срока действия срочного служебного контракта. Решением суда первой инстанции М. отказано в удовлетворении требований. Суд исходил из того, что у ответчика имелись основания для увольнения М. с государственной гражданской службы в связи с истечением срока действия срочного служебного контракта, заключенного на период замещения отсутствующего гражданского служащего И., находившейся в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Суд полагал, что имел место выход на службу И., за которой сохранялась должность гражданской службы. Суд апелляционной инстанции не согласился с данными выводами суда первой инстанции. Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об удовлетворении исковых требований М., суд апелляционной инстанции указал на несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении, обстоятельствам дела и на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права по следующим основаниям. В силу пункта 2 части 1 статьи 33 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» одним из общих оснований прекращения служебного контракта, освобождения от замещаемой должности гражданской службы и увольнения с гражданской службы является истечение срока действия срочного служебного контракта (статья 35 данного федерального закона). Согласно части статьи Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» срочный служебный контракт заключается в случаях, когда отношения, связанные с гражданской службой, не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом категории замещаемой должности гражданской службы или условий прохождения гражданской службы, если иное не предусмотрено данным федеральным законом и другими федеральными законами. Пунктом 2 части 4 этой же статьи определено, что срочный служебный контракт заключается в случае замещения должности гражданской службы на период отсутствия гражданского служащего, за которым в соответствии с названным федеральным законом и другими федеральными законами сохраняется должность гражданской службы. В соответствии с частью 3 статьи 35 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» срочный служебный контракт, заключенный на период замещения отсутствующего гражданского служащего, за которым в соответствии с данным федеральным законом сохраняется должность гражданской службы, расторгается с выходом этого гражданского служащего на службу, гражданский служащий, замещавший указанную должность, освобождается от замещаемой должности гражданской службы и увольняется с гражданской службы. Условием прекращения служебного контракта, освобождения от замещаемой должности государственной гражданской службы и увольнения с гражданской службы в предусмотренном частью 3 статьи 35 названного федерального закона случае является выход на службу гражданского служащего, на период замещения которого заключен срочный служебный контракт. Срочный служебный контракт с М. был заключен на период отсутствия гражданского служащего И., находящейся в отпуске по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. 21 августа 2014 г. И. обратилась к представителю нанимателя с заявлением о прерывании отпуска по уходу за ребенком с 8 августа 2014 г. В этот же день представителем нанимателя был издан приказ, согласно которому И. надлежит считать приступившей к исполнению должностных обязанностей с 8 августа 2014 г. Также 21 августа 2014 г. И. обратилась к представителю нанимателя с заявлением о предоставлении отпуска по беременности и родам с 8 августа 2014 г. Учитывая, что И. отпуск по уходу за ребенком прерван с 8 августа 2014 г. и с этого же дня предоставлен отпуск по беременности и родам, причем совершение юридически значимых действий (обращение гражданского служащего с соответствующими заявлениями) осуществлено позднее календарной даты, указанной как дата выхода на службу, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу о том, что И. фактически на службу не выходила и, следовательно, отсутствуют основания прекращения служебного контракта с М., освобождения ее от замещаемой должности государственной гражданской службы и увольнения М. с гражданской службы в связи с истечением срока действия срочного служебного контракта. (По материалам судебной практики Московского городского суда)
5. Гражданский служащий, замещающий должность государственной гражданской службы категории «руководители», может быть уволен с гражданской службы за однократное грубое нарушение своих должностных обязанностей при условии, что допущенный им проступок повлек за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации. Н. обратился в суд с иском к территориальному органу Федерального казначейства о признании незаконными заключения служебной проверки и приказа об освобождении от замещаемой должности, восстановлении в ранее замещаемой должности государственной гражданской службы. Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований Н., суд указал следующее. Н., замещавший должность начальника отдела информационных систем указанного государственного органа, 23 мая 2013 г. освобожден от замещаемой должности и уволен с государственной гражданской службы по пункту 6 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». Пунктом 6 части 1 статьи 37 названного федерального закона предусмотрено, что служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае однократного грубого нарушения гражданским служащим, замещающим должность гражданской службы категории «руководители», своих должностных обязанностей, повлекшего за собой причинение вреда государственному органу и (или) нарушение законодательства Российской Федерации. Согласно пункту 5 части 1 статьи 57 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» увольнение с гражданской службы по основанию, установленному пунктом 6 части 1 статьи 37 данного федерального закона, является дисциплинарным взысканием. В соответствии с частью 2 статьи 58 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» перед применением дисциплинарного взыскания проводится служебная проверка. Порядок проведения служебной проверки в отношении государственных служащих установлен статьей 59 данного федерального закона. По результатам проведения служебной проверки установлено ненадлежащее исполнение Н. по его вине возложенных на него служебных обязанностей, выразившееся, в частности, в недостаточном принятии мер по оперативному решению проблем, возникших в работе системы электронного документооборота, а также по обеспечению эксплуатации прикладных информационных систем и администрированию прикладного программного обеспечения и технических средств информационно- технической инфраструктуры территориального органа Федерального казначейства, что повлекло причинение вреда данному территориальному органу, выразившегося в дезорганизации его информационного взаимодействия с внешними абонентами – получателями средств бюджетов. Служебная проверка также показала, что в результате дисциплинарного проступка Н. причинен вред Российской Федерации и субъекту Российской Федерации в виде увеличения за период с февраля по апрель 2013 года суммы не поступивших в бюджеты соответствующих уровней перечисляемых доходов до 105 миллионов рублей. Суд, исходя из приведенных выше положений Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», пришел к правильному выводу о наличии у ответчика основания для применения к Н. дисциплинарного взыскания в виде увольнения с государственной гражданской службы по пункту 6 части 1 статьи 37 данного федерального закона и о соблюдении установленного порядка увольнения с гражданской службы по данному основанию. (По материалам судебной практики Верховного Суда Республики Северная Осетия – Алания)
6. Предоставление гражданским служащим представителю нанимателя подложных документов или заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта является основанием расторжения представителем нанимателя служебного контракта, освобождения гражданского служащего от замещаемой должности гражданской службы и его увольнения с гражданской службы. Увольнение с государственной гражданской службы по указанному основанию не является дисциплинарным взысканием и поэтому не требует соблюдения установленного порядка применения дисциплинарного взыскания. К. обратился в суд с иском о признании незаконным приказа о расторжении с ним служебного контракта и увольнении с гражданской службы по пункту 7 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (предоставление представителю нанимателя подложных документов или заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта, восстановлении в прежней должности). В обоснование исковых требований истец указал, что никаких ложных сведений о себе он представителю нанимателя не сообщал, подложных документов не представлял. В удовлетворении исковых требований К. решением суда первой инстанции отказано. Судом установлено, что К. проходил государственную гражданскую службу в Министерстве энергетики Российской Федерации (Минэнерго России). При поступлении на гражданскую службу К. была заполнена анкета, в которой истец указал гражданство Российской Федерации. В ходе проверочных мероприятий, проводившихся в связи с оформлением К. допуска к государственной тайне, выявлено наличие у истца гражданства Республики Туркменистан, о котором он не сообщил при поступлении на гражданскую службу. Результаты проведенных в отношении К. проверок явились основанием издания приказа о расторжении с истцом служебного контракта и его увольнения с государственной гражданской службы по пункту 7 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». Разрешая спор, суд, сославшись на нормы законодательства о гражданстве Российской Федерации и о гражданстве Туркменистана, пришел к выводу о том, что у К. имелось гражданство Туркменистана, о наличии которого ему было известно. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации решение суда первой инстанции оставлено без изменения в связи со следующим. В соответствии с требованиями части 2 статьи 26 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» гражданин, поступающий на гражданскую службу, при заключении служебного контракта предъявляет представителю нанимателя в числе других документов собственноручно заполненную и подписанную анкету, форма которой утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 26 мая 2005 г. № 667-р. В графе 4 данной анкеты предусмотрено указание сведений о гражданстве, а также об изменении гражданства с указанием причины и даты изменения гражданства, если оно было изменено, и о наличии гражданства другого государства, если таковое имеется. В силу пункта 8 части 1 статьи 16 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» гражданин не может быть принят на гражданскую службу, а гражданский служащий не может находиться на гражданской службе в случае представления подложных документов или заведомо ложных сведений при поступлении на гражданскую службу. Согласно пункту 7 части 1 статьи 37 указанного федерального закона служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае предоставления гражданским служащим представителю нанимателя подложных документов или заведомо ложных сведений при заключении служебного контракта. Статья 13 Закона Российской Федерации от 28 ноября 1991 г. № 1948-I «О гражданстве Российской Федерации», действовавшая с 6 февраля 1992 г. до 1 июля 2002 г., предусматривала, что гражданами Российской Федерации признаются все граждане бывшего СССР, постоянно проживающие на территории Российской Федерации на день вступления в силу настоящего закона, если в течение одного года после этого дня они не заявят о своем нежелании состоять в гражданстве Российской Федерации. Лица, родившиеся 30 декабря 1922 г. и позднее и утратившие гражданство бывшего СССР, считаются состоявшими в гражданстве Российской Федерации по рождению, если родились на территории Российской Федерации или если хотя бы один из родителей на момент рождения ребенка был гражданином СССР и постоянно проживал на территории Российской Федерации. Под территорией Российской Федерации в данном случае понимается территория Российской Федерации по состоянию на дату их рождения. Согласно положениям статьи 49 ранее действовавшего Закона Туркменистана от 30 сентября 1992 г. № 740-ХII «О гражданстве Туркменистана» все граждане бывшего СССР, постоянно проживающие на территории Туркменистана ко времени вступления в силу данного закона, признаются гражданами Туркменистана, если они письменно не откажутся от гражданства Туркменистана. Из приведенных норм следует, что граждане бывшего СССР признавались гражданами Российской Федерации, если они на 6 февраля 1992 г. проживали на территории Российской Федерации и не заявили о нежелании состоять в гражданстве Российской Федерации. Гражданами Российской Федерации признавались также лица, утратившие гражданство бывшего СССР, если они родились на территории Российской Федерации или если хотя бы один из родителей на момент их рождения был гражданином СССР и постоянно проживал на территории Российской Федерации. В случае, если граждане бывшего СССР проживали на территории Туркменистана на момент вступления в силу Закона Туркменистана от 30 сентября 1992 г. и письменно не отказались от гражданства Туркменистана, то они признавались гражданами Туркменистана. Судом установлено, что К., родившийся в 1979 году в Туркменской ССР, на день вступления в силу Закона Туркменистана от 30 сентября 1992 г. № 740-ХII «О гражданстве Туркменистана» являлся несовершеннолетним и постоянно проживал на территории Туркменистана. Данных о том, что родители, действуя в его интересах, отказались от гражданства Туркменистана, он суду не представил. Таким образом, К. в силу положений закона о гражданстве Туркменистана являлся гражданином Туркменистана. В 1998 году он обратился в посольство Российской Федерации в Туркменистане за получением гражданства Российской Федерации, указав в опросном листе, что является гражданином Туркменистана. Таким образом, как правильно указал суд, К. было известно об имевшемся у него гражданстве Туркменистана. Из материалов дела следует, что гражданство Туркменистана он утратил на основании Указа Президента Туркменистана от 22 апреля 2003 г. «Об урегулировании вопросов прекращения действия двойного гражданства между Туркменистаном и Российской Федерацией», поскольку с 2001 года проживал на территории Российской Федерации и не сообщил в течение установленного этим указом срока о выборе гражданства Туркменистана. При таких обстоятельствах суд пришел к обоснованному выводу о том, что при поступлении на государственную службу в Минэнерго России К. сообщил недостоверные сведения о своем гражданстве, зная об их ложности, в связи с чем у ответчика имелись предусмотренные законом основания для расторжения с ним служебного контракта и увольнения по пункту 7 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». Доводы К. о нарушении ответчиком порядка увольнения правомерно отклонены судом ввиду того, что увольнение истца по указанному в приказе основанию не является дисциплинарным взысканием, поскольку не названо в части 1 статьи 57 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации», содержащей перечень дисциплинарных взысканий, и поэтому не требует соблюдения установленного порядка его применения. (По материалам апелляционной практики Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации)
7. Нарушение гражданским служащим предусмотренных служебным контрактом обязательств, связанных с защитой государственной тайны, может являться основанием прекращения гражданскому служащему допуска к государственной тайне и последующего увольнения с государственной гражданской службы по пункту 8 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации». К. обратился в суд с иском к исполнительному органу государственной власти субъекта Российской Федерации, высшему должностному лицу субъекта Российской Федерации о признании незаконными распоряжения о прекращении допуска к государственной тайне, приказа и распоряжения об увольнении. В обоснование исковых требований К. ссылался на то, что был освобожден от замещаемой должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации в указанном государственном органе и уволен с гражданской службы на основании пункта 8 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в связи с прекращением допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. Истец полагал, что оснований для прекращения ему допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, не имелось. Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, в удовлетворении исковых требований К. отказано. В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы, в том числе в случае прекращения допуска гражданского служащего к сведениям, составляющим государственную тайну, если исполнение должностных обязанностей требует допуска к таким сведениям. Согласно статье Закона Российской Федерации «О государственной тайне» допуск должностного лица или гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации, в частности в случае однократного нарушения им взятых на себя предусмотренных трудовым договором (контрактом) обязательств, связанных с защитой государственной тайны. Во исполнение Закона Российской Федерации «О государственной тайне» постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2010 г. № 63 утверждена Инструкция о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне (далее – Инструкция о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне), в соответствии с пунктом 15 которой допуск гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению должностного лица, принявшего решение о его допуске к государственной тайне, в случае расторжения с ним трудового договора (контракта) в связи с проведением организационных и (или) штатных мероприятий, однократного нарушения им обязательств, связанных с защитой государственной тайны, возникновения обстоятельств, являющихся в соответствии с пунктом 12 данной инструкции основанием для отказа гражданину в допуске к государственной тайне. Пунктом 19 названной инструкции предусмотрено, что перечень должностей, при назначении на которые гражданам оформляется допуск к государственной тайне, определяется номенклатурой должностей работников, подлежащих оформлению на допуск к государственной тайне