1. Гражданка И. оспаривает конституционность пункта 1 статьи 65 «Осуществление родительских прав» и статьи 66 «Осуществление родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка» Семейного кодекса Российской Федерации, а также статьи 198 «Содержание решения суда» и пункта 1 части второй статьи 3907 «Рассмотрение кассационных жалобы, представления» ГПК Российской Федерации. Из представленных материалов следует, что суд апелляционной инстанции отменил решение суда общей юрисдикции, которым, среди прочего, был определен порядок общения отца, проживающего отдельно от ребенка, с несовершеннолетним сыном И., и, в частности, изменил 2 установленный ранее в судебном порядке порядок их общения. Суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции определил порядок общения без учета интересов несовершеннолетнего ребенка и всех заслуживающих внимания обстоятельств. В передаче кассационной жалобы И. на апелляционное определение и определение суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано. По мнению заявительницы, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации противоречит статье 38 Конституции Российской Федерации, поскольку он позволяет при определении порядка общения с ребенком родителя, проживающего отдельно от него, не учитывать мнение и желания ребенка, приоритет его интересов и принуждать его к общению, а статья 66 того же Кодекса – ее статьям 21 и 38, поскольку она, предоставляя равные права родителям, не отдает приоритета защите интересов ребенка от злоупотребления родительскими правами. Заявительница также указывает, что пункт 2 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку он понимается как закрепляющий безусловное право родителя общаться с ребенком и допускающий принуждение ребенка к общению с родителем. Кроме того, И. указывает, что оспариваемые положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не соответствуют статье 46 Конституции Российской Федерации: статья 198 – как не обязывающая суды мотивировать отклонение доказательств того, что ребенку причиняется вред, и допускающая формальное разрешение споров без исследования всех доказательств; пункт 1 части второй статьи 3907 ГПК Российской Федерации – поскольку он позволяет отказывать в пересмотре судебных постановлений на основе формального отсутствия существенного нарушения норм права, не оценивая доказательств нарушения интересов ребенка и не учитывая фактические обстоятельства дела. 3 Таким образом, заявительница, требующая также дать конституционно-правовое истолкование оспариваемых норм, предполагающее, что ребенок вправе, а не обязан общаться с родителем и что недопустимо принуждать ребенка к общению, по существу, приводит доводы о нарушении конституционных прав своего несовершеннолетнего сына.
2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению. В соответствии с Конвенцией о правах ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка (пункт 1 статьи 3). Принцип приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних членов семьи закреплен в пункте 3 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, что согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (статья 38, часть 1; статья 671, часть 4) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года
1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы гражданки И., поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в
2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.